Элизабет Батори. История Кровавой графини

«Мощь вампиров заключается в том, что никто не верит в их существование».
Брэм Стокер

В 1729 году один ученый монах-иезуит случайно наткнулся в будапештском архиве на странный документ, который из-за своего жуткого содержания пролежал погребенным под другими бумагами еще целый век. То были судебные материалы по делу графини Эржебет Батори, которая уверовала в то, что кровь убитых ею молоденьких девушек сохранит ее молодость и красоту! Чудовище из Чейте - так назвали ее местные жители — стало женским вариантом насильника и садиста Жиля де Рэ, Синей Бороды, перед которым она, кстати, преклонялась. В чем была причина кровавых оргий этой! женщины? Было ли это одним из проявлений вампиризма или садизма? А может быть, целого комплекса патологических свойств ее натуры? Специалистам еще предстоит ответить на эти вопросы, ведь до сих пор о; деяниях Кровавой Графини было известно ничтожно мало.

В старину, когда Словакия принадлежала Венгрии, замок Чахтице носил мадьярское название Чейт и принадлежал древнему роду Батори. Никто не был храбрее Батори в битвах с врагами, никто не мог сравниться с ними в жестокости и своенравии. В XVI веке, после битвы при Мохаче, отдавшей Венгрию в руки турок, Батори разделились на две ветви - Эчед и Шомльо. Первая укрылась в горной Словакии, вторая завладела Трансильванией. В 1576 году Стефан Батори из ветви Шомльо стал королем Польши. Он со своей армией спас Вену от турок, заслужив признательность австрийских Габсбургов, которые к тому времени объявили себя королями Венгрии.

Странствующему художнику довелось запечатлеть Эржебет Батори, графиню Надашди в расцвете ее красоты. Кто был этот безымянный живописец? Итальянец? Фламандец? В чьих мастерских обучался он прежде того, как начал бродить от замка к замку и писать свои грубые портреты? От него осталось только потемневшее от времени полотно с большой буквой «Е» в правом верхнем углу. Это инициал изображенной на картине женщины - Эржебет, составленный из трех волчьих клыков, крепящихся на помещенной вертикально челюстной кости. А чуть выше - орлиные крылья, скорее тяжело обвислые, нежели парящие. Вокруг монограммы свился в кольцо дракон - символ древнего дакийского рода Батори.

Она была блондинкой, но только благодаря модному в ее время итальянскому изобретению - частому Мытью головы пеплом и отваром фенхеля и ромашки, а затем - полосканию волос в настое венгерского шафрана. Именно так: и длинные темные локоны, которые слуги часами держали перед горящими свечами зимой и у залитого солнцем окна - летом, и лицо Эржебет, покрытое слоем кремов и мазей, стали светлыми.

В соответствии с модой, к тому времени уже устаревшей во Франции, ее убранные волосы едва видны на портрете: они скрыты под жемчужной диадемой. Этот жемчуг венецианцы привозили на своих судах из той самой Турции, которая оккупировала восточную и центральную часть Венгрии. Вся Европа в то время жила под знаком жемчуга: двор Валуа в Париже и многочисленные замки в провинции, строгий двор английской королевы Елизаветы, чьи воротники, рукава и перчатки были унизаны им, и даже двор Ивана Грозного.

Семья Батори была с древних времен известна как добром, так и злом. Два древнейших ее представителя живших во времена, когда семья еще не получила своего имени (Bathor означает «смелый»), братья Гут Келед, родившиеся в замке Штауфен в Швабии, объединили племена даков, скакавших на своих быстры лошадях с копьями, украшенными головами драконов трепещущими на ветру лентами, и трубивших в рожки сделанные из клюва аиста или орла. Согласно Венским хроникам, в 1036 году император Генрих III послал и во главе своих войск на помощь венгерскому королю Петеру. Семья, чьим родовым гнездом стала деревня Гут, прославилась во времена короля Шаломош (XI век) и герцога Гезы (XI век). В последующие годы королевское покровительство уже не оставляло ее.

Позднее семья Батори разделилась на две ветви: одна часть обосновалась на востоке Венгрии - в Трансильвании, другая - на западе страны.

Петер Батори был каноником в Сатмаре, на севере востоке Венгрии, но его так и не посвятили в духовный сан, и он оставил церковь. Он стал основателем семы Батори-Эчед. На склонах Карпатских гор до сих по можно увидеть развалины древнего замка Батори. Долгое время в нем хранилась венгерская корона - корон святого Штефана с наклоненным крестом. Основателем западной ветви Батори-Шомльо, чьи земли находились у озера Балатон, был Йоханн Батори. Обеим семьям продолжали сопутствовать слава и удача: Штефан III , Штефан IV Большеногий были правителями Венгрии, Чехии (в 1526-1562 годах) из династии Габсбургов.

Эржебет Батори принадлежала к ветви Эчед: ее двоюродные братья Шомльо были королями Польши и Трансильвании. Все они без исключения были людьми испорченными, жестокими, распутными, темпераментными и отважными.

Ференц (Франц) Надашди

В древней стране даков все еще царила языческая религия. Эта земля отставала от остальной Европы в своем развитии, по крайней мере, на два века. В то время I как на западе Венгрии одни лишь горы Надаш оставались незаселенными, здесь, в остальной части страны, правила таинственная богиня густых лесов Мнеллики. Потомки даков признавали только одного бога Иштена и его трех сыновей: дерево Иштена, траву Иштена и птицу Иштена. Именно к Иштену взывала заклинающая облака Эржебет. У суеверных жителей Карпат существовал и свой собственный дьявол - Ердег, которому прислуживали ведьмы, собаки и черные коты. И все, что происходило, объяснялось действиями духов природы и фей природных стихий: Делибаб - полуденной феи и матери видений, возлюбленной ветра; чудесных сестер Тюндер и феи водопадов, расчесывающей свои водяные волосы. Среди священных деревьев, дубов и каштанов по-прежнему исполнялись древние ритуалы поклонения солнцу и луне, рассвету и «черной кобыле» ночи.

Ее портрет мало что говорит о ней. В то время как обычно женская фигур, на полотне стремится вперед, чтобы показать себя во всей красе тому, кто смотрит на нее, и рассказывая свою историю, скрытая во тьме Эржебет на портрете совершенно замкнута в себе - цветок, выросший на мистической почве. Кожа на ее нежных руках преувеличенно бела. Ее рук почти не видно, но ясно, что они очень длинны. На ее запястьях - золотые браслеты, чуть выше которых - широкие, по венгерской моде рукава. Она затянута в высокий корсет, вышитый нитками жемчуга, одета в бархатную рубашку гранатового цвета, на фоне которой еще контрастнее выгляди белый передник - признак знатной женщины в ее стране.

Задолго до этого сестра Стефана Анна вышла замуж за Дьёрдя Батори из ветви Эчед. Представители семьи и раньше вступали в родственные браки, которые быстро вели их к вырождению. Батори страдали эпилепсией (именно она привела к ранней смерти короля Стефана), сумасшествием, безудержным пьянством. В сырых стенах замков их донимали подагра и ревматизм. Ими болела и рожденная в 1560 году Эржебет (Елизавета) Батори, дочь Дьёрдя и Анны. Быть может, этим и объяснялись приступы дикой ярости, которые охватывали ее с детства. Но, скорее всего, дело здесь в семейных генах Батори и жестокости того времени в целом. На равнинах Венгрии и в Карпатских горах без устали резали друг друга турки, венгры и австрийцы. Пойманных полководцев врага живьем варили в котлах или сажали на кол. Дядю Эржебет, Андраша Батори, зарубили топором на горном перевале. Ее тетку Клару изнасиловал турецкий отряд, после чего бедняжке перерезали горло. Впрочем, она сама до того лишила жизни двух мужей.

Судьба знатных девушек в этом суровом мире была определена раз и навсегда: раннее замужество, дети, хозяйство. То же ждало и Эржебет, которую еще в детстве обручили с графским сыном Ференцем Надашди. Ее отец рано умер, мать уехала жить в другой замок, и не по годам развитая девочка была предоставлена самой себе. Ничего хорошего из этого не вышло. В 14 лет Эржебет родила сына от лакея. Виновный исчез бесследно, как и ребенок, а ее поспешили выдать замуж. Супруги поселились в Чейте - одном из 17 замков семейства Батори. Приданое было таким богатым, что Ференц не стал поднимать вопрос о невинности новобрачной. Впрочем, его это не слишком интересовало: вскоре после свадьбы он ушел в поход на турок и с тех пор появлялся дома нечасто. И тем не менее Эржебет родила дочерей Анну, Оршолю (Урсулу), Катарину и сына Пала. По обычаю тех лет, детьми сначала занимались кормилицы и служанки, а после их отправили на воспитание в другие знатные семьи.
Оставшись одна, Эржебет отчаянно скучала. Она мечтала вырваться из горной глухомани и отправиться на бал в Вену или Пресбург, где все бы увидели ее красоту. Она была высокой, стройной, удивительно белокожей. Светлыми были и ее густые кудри, которые она отбеливала настоем шафрана. Помимо этого, она каждое утро умывалась холодной водой и любила конные прогулки. Не раз чейтскую госпожу встречали ночью бешено скачущей по округе на ее черном как смоль коне Винаре. Еще рассказывали, что она сама наказывает служанок - щиплет их или таскает за волосы, причем при виде крови становится просто одержимой. Во время одного из визитов Ференц обнаружил в саду обнаженную девушку, привязанную к дереву и облепленную мухами и муравьями. На его удивленный вопрос Эржебет беспечно ответила: «Она таскала груши. Я обмазала ее медом, чтобы хорошенько проучить».

В ту пору графиня еще никого не убивала. Хотя безгрешной не была: в отсутствие мужа завела любовника, соседского помещика Ладислава Бенде. Однажды они вдвоем мчались на конях по дороге и обдали грязью какую-то безобразную старуху. «Спеши, спеши, красавица! - крикнула та вслед. - Скоро ты станешь такой же, как я!» Дома Эржебет долго всматривалась в венецианское зеркало. Неужели ведьма сказала правду? Да, ей уже за сорок, но ее формы так же безупречны, а кожа упруга. Хотя… вон предательская морщинка в углу рта. Еще немного, и подкрадется старость и никто уже не восхитится ее красотой. С испорченным настроением хозяйка Чейта пошла спать…

В начале 1604 года умер ее муж, подхвативший лихорадку в одном из походов. Соседи жалели вдову, и никто не знал, что ждет ее подданных в тихом городке у подножия замка.

Эржебет Батори без устали искала средство, чтобы вернуть уходящую красоту: то рылась в старых гримуарах (сборниках магических ритуалов и заклинаний), то обращалась к знахаркам. Однажды к ней привели ведьму Дарвулю, живущую недалеко от Чейта. Посмотрев на нее, старуха уверенно сказала: «Кровь нужна, госпожа. Купайся в крови девушек, не знавших мужчины, и молодость всегда будет с тобой». Вначале Эржебет опешила. Но потом вспомнила радостное возбуждение, которое всякий раз охватывало ее при виде крови. Неизвестно, когда именно она перешла границу, отделяющую человека от зверя. Но скоро девушки, отправленные в замок служить графине, стали пропадать неведомо куда, а на опушке леса начали появляться свежие могилы.

Хоронили и по трое, и по двенадцать сразу, объясняя смерть внезапным мором. На смену отошедшим в мир иной привозили крестьянок издалека, однако через неделю они куда-то исчезали. Ключница Дора Сентеш - мужеподобная бабища, пользовавшаяся особым расположением графини, - растолковывала любопытствующим жителям Чахтиц: мол, крестьянки оказались полными неумехами и отправлены по домам. Или: эти, новенькие-то, разгневали госпожу дерзостью, она пригрозила им наказанием, вот и убежали…

В начале XVII века (а происходило все это в 1610 году, когда Эржбете Батори исполнилось пятьдесят) в кругах знати считалось неприличным вмешиваться в частную жизнь равных себе, и потому слухи вспыхивали и угасали, не оставляя следа на репутации сиятельной дамы. Правда, возникло робкое предположение, что графиня Надашди втайне приторговывает живым товаром - поставляет розовощеких и статных христианок турецкому паше, большому их обожателю. А поскольку таким промыслом скрытно занимались многие славные представители высшего общества, стоило ли ломать голову, разгадывая, куда деваются девушки?

За десять лет, когда в Чейте правил ужас, механизм убийств оказался отработанным до мелочей. Он был таким же, как и за полтора века до Эржебет у французского барона Жиля де Ре, и таким же, как у русской помещицы Салтычихи (Дарьи Салтыковой) полутора веками позже. Во всех случаях жертвами были девушки, а у барона - еще и дети. Возможно, они казались особенно беззащитными, что распаляло пыл садистов. А может, главным здесь была зависть стареющих людей к юности и красоте. Свою роль сыграли и наследственные пороки рода Батори, и суеверия самой Эржебет. Она творила зло не одна: ей помогали подручные. Главным был уродливый горбун Янош Уйвари по прозвищу Фицко. Живя в замке на положении шута, он вдоволь наслушался насмешек и смертельно ненавидел всех, кто был здоров и красив. Шныряя по округе, он выискивал дома, где подрастали дочери. Потом в дело вступали служанки Илона Йо и Дорка: они являлись к родителям девушек и уговаривали их за хорошие деньги отдать дочек в услужение к графине. Они же помогали Эржебет избивать несчастных, а потом хоронили их тела. Позже местные крестьяне, почуяв неладное, перестали откликаться на посулы хозяйки замка. Ей пришлось нанять новых зазывал, которые подыскивали ей жертв в дальних деревнях.

Когда девушек доставляли в Чейт, к ним выходила сама графиня. Осмотрев их, она выбирала самых красивых, а остальных отправляла работать. Отобранных отводили в подвал, где Илона и Дорка сразу начинали бить их, колоть иглами и рвать кожу щипцами. Слушая крики жертв, Эржебет распалялась и сама бралась за пытки. Случалось, она зубами вырывала из тел своих жертв куски мяса. Хотя кровь не пила, так что вампиршей ее считают напрасно, впрочем, велика ли разница? Под конец, когда девушки уже не могли стоять, им перерезали артерии и сливали кровь в тазы, наполняя ванну, в которую погружалась графиня. Позже она заказала в Пресбурге чудо пыточной техники - «железную деву». Это была полая фигура, составленная из двух частей и утыканная длинными шипами. В потайной комнате замка очередную жертву запирали внутри «девы» и поднимали вверх, чтобы кровь потоками лилась прямо в ванну.

Время шло, а кровавые омовения не приносили результата: графиня продолжала стареть. В гневе она призвала Дарвулю и пригрозила сделать с ней то же, что по ее совету делала с девушками. «Вы ошиблись, госпожа! - запричитала старуха. - Нужна кровь не холопок, а знатных девиц. Раздобудьте таких, и дело сразу пойдет на лад». Сказано - сделано. Агенты Эржебет уговорили двадцать дочек бедных дворян поселиться в Чейте, чтобы развлекать графиню и читать ей на ночь. Уже через две недели никого из девушек не было в живых. Это вряд ли помогло их убийце омолодиться, но Дарвуле было уже все равно - она умерла от страха. Но безумные фантазии Эржебет уже не знали удержу. Она поливала крестьянок кипящим маслом, ломала им кости, отрезала губы и уши и заставляла есть их. Летом ее любимым развлечением было раздевать девушек и связанными сажать на муравейник. Зимой - обливать водой на морозе, пока они не превратятся в ледяные статуи.

Убийства совершались не только в Чейте, но и в двух других замках Эржебет, а также на водах в Пиштяне, где графиня также пыталась вернуть исчезающую красоту. Дошло до того, что она не могла провести и нескольких дней без убийств. Даже в Вене, где Эржебет по мрачному совпадению имела дом на Кровавой улице (Блютенштрассе), она заманивала к себе и убивала уличных нищенок. Остается удивляться, что столько лет ей все сходило с рук, тем более что по округе волнами расходились слухи о преступлениях «чейтской твари». Быть может, правы те, кто говорит о высоких покровителях убийцы. Так, свидетели вспоминали о знатной даме, которая приезжала в замок в элегантном мужском костюме и неизменно участвовала в пытках и убийствах, после чего удалялась с графиней в спальню. Видели здесь и мрачного господина с капюшоном, скрывающим лицо. Слуги шептались, что это воскресший Влад Дракул, когда-то творивший свои черные дела в соседней Валахии. Не укрылось от глаз и засилье в замке черных котов, и начертанные на стенах каббалистические знаки. Начались толки о связи графини с дьяволом, что считалось похуже убийства крестьянок.

Конец преступлениям Эржебет Батори положила самая банальная причина. Нуждаясь в деньгах для своих опытов по омоложению, графиня заложила один из замков за две тысячи дукатов. Опекун ее сына Имре Медьери поднял скандал, обвиняя ее в разбазаривании имущества семьи. Ее вызвали в Пресбург, где собрались на сейм все вельможи, включая императора Матиаса и ее родича и покровителя Дьёрдя Турзо. Последний уже получил письмо от священника, которому пришлось отпевать сразу девять убитых Эржебет девушек. Вначале он собирался по-семейному замять историю, но тут графиня прислала ему пирог. Чуя неладное, Турзо скормил пирог собаке, и та тут же сдохла. Разгневанный магнат дал делу законный ход. Для начала он допросил оказавшихся в городе родных Эржебет, которые рассказали немало интересного. Например, ее зять Миклош Зриньи однажды гостил у тещи, и его собака вырыла в саду отрубленную руку. Дочери обвиняемой были бледны и повторяли одно: «Простите маму, она не в себе».

Вернувшись в Чейт, графиня составила колдовское заклинание, которому научила ее Дарвуля: «Маленькое Облако, защити Эржебет, она в опасности… Пошли девяносто черных котов, пусть они разорвут на части сердце императора Матиаса и моего кузена Турзо, и сердце рыжего Медьери…» И все же она не смогла удержаться от искушения, когда к ней привели юную служанку Дорицу, пойманную за воровством сахара. Эржебет до изнеможения била ее плетью, а другие служанки наносили удары железными палками. Не помня себя, графиня схватила раскаленный утюг и затолкала его Дорице в рот до самого горла. Девушка была мертва, кровь залила весь пол, а злоба хозяйки Чейта только разгоралась. Подручные привели еще двух служанок, и, избив их до полусмерти, Эржебет успокоилась.

А наутро в замок явился Турзо с солдатами. В одной из комнат они нашли мертвую Дорицу и двух других девушек, еще подающих признаки жизни. В подвалах ждали другие страшные находки - тазы с высохшей кровью, клетки для пленниц, разломанные части «железной девы». Нашли и неопровержимое доказательство - дневник графини, где она фиксировала все свои злодеяния. Правда, имен большинства жертв она не помнила или просто не знала и записывала их так: «№ 169, маленького роста» или «№ 302, с черными волосами». Всего в списке было 610 имен, но туда попали не все убитые. Считается, что всего на совести «чейтской твари» не менее 650 жизней. Эржебет поймали буквально на пороге - она собиралась бежать. Стоит отметить, что в один из дорожных сундуков были аккуратно упакованы орудия пыток, без которых она уже не могла обойтись.

Турзо своей властью приговорил ее к вечному заточению в собственном замке. Ее подручных доставили на суд, где свидетели наконец-то смогли рассказать все, что знали, о преступлениях их бывшей госпожи. Илоне и Дорке раздробили пальцы, а потом заживо сожгли на костре. Горбуну Фицко отрубили голову, а тело тоже швырнули в костер. В апреле 1611 года в Чейт прибыли каменщики, которые заложили камнями окна и двери комнаты графини, оставив только маленькую щель для миски с едой. В заточении Эржебет Батори жила в вечной тьме, питаясь только хлебом и водой, не жалуясь и ничего не прося. Она умерла 21 августа 1614 года и была похоронена у стен замка, рядом с останками своих безымянных жертв. Говорят, что до сих пор по ночам из проклятого замка раздаются стоны, приводящие в ужас округу.

источники
http://alisavamp.narod.ru/biblio/articles/nikol/nikol15.html
http://www.zexe.de/batory.html
http://www.midnight.nnm.ru/

Давайте вспомним каким был , а так же как выглядит Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия -

Называемая также Чахтицкая пани или Кровавая Графиня, венгерская графиня, племянница Стефана Батория, печально знаменитая массовыми убийствами молодых девушек. Является, согласно «Книге рекордов Гиннесса», самым «массовым» серийным убийцей.

Её родителями были Дьёрдь Батори и Анна Батори (сестра будущего короля Польши Стефана Батория и внучка Иштвана IV), происходящие из двух ветвей той же самой семьи - Батори. Елизавета провела своё детство в замке Эчед. В 11 лет она была обручена с дворянином Ференцем Надажди и переселилась в его замок у Шарвара. В 1575 Елизавета вышла замуж за Ференца Надажди (смотрителя императорских конюшен и венгерского генерала) во Вранове. В 1578 году её муж был назначен командующим венгерскими войсками в войне против турок. За его маниакальную жестокость по отношению к пленным, турки прозвали его «Чёрный бей». В качестве свадебного подарка Надажди подарил Елизавете Чахтицкий замок в словацких Малых Карпатах, который в то время был имуществом императора.

В 1602 Надажди выкупил замок у Рудольфа II. Надажди всё время проводил в боевых походах, таким образом, Елизавета взяла на себя обязанности по управлению хозяйством. У супругов было 5 детей: Анна, Екатерина, Миклош, Урсула и Павел. Вскоре после приобретения замка, в 1604, Ференц умер, и Елизавета осталась вдовой.

Точное время, когда Елизавета начала убивать девушек, неизвестно, произошло это между 1585 и 1610 гг. Вероятно, что муж и родственники знали об этом и старались её в этом ограничивать. Большинство жертв были местными крестьянками. В 1610 слухи об убийствах начали доходить до двора, и император Матвей поручил палатину Дьёрдю Турзо расследовать дело. 29 декабря 1610 Турзо с вооружённым отрядом ворвался в замок и застиг Елизавету Батори с подручными, пытающими очередных жертв. Несмотря на доказательства, и даже на то, что ее заперли в её же замке на некоторое время, якобы для ее же безопасности, пока она не предстанет перед судом, Елизавета так никогда и не предстала перед судом - громкое имя семьи Батори (брат Чахтицкой пани, Габор Батори, был правителем Трансильвании) сделало своё дело. Тем не менее, остаток жизни Елизавета провела в заточении в Чахтицком замке. Суд над подручными состоялся 2 января 1611 в Битчанском замке.. Дорота Сентеш, Илона Йо и Катарина Беницка были сожжены, Яну Уйварю была отрублена голова. Согласно дневникам Елизаветы Батори и свидетельству отца-иезуита Ласло Туроши (его поддерживает венгерский исследователь - доктор Золтан Медер), боясь утратить свою молодость и привлекательность, она каждую неделю купалась в ванне, наполненной кровью молодых девственниц. Она убила 650 человек.

Существует версия, согласно которой графиня подверглась гонению как глава протестантов Западной Венгрии, а большинство улик фальсифицировано. Данная версия нашла отражение в фильме Юрая Якубиско «Батори» (2008).

Легенды

Согласно легенде, Елизавета Батори один раз ударила свою служанку по лицу. Кровь из носа горничной капнула на кожу, и Елизавете показалось, что кожа стала лучше выглядеть после этого. По легендам, у Батори была железная дева, где жертва истекала кровью, которой потом наполнялась каменная ванна, где Батори купалась…

Область Румынии под названием Трансильвания известна всем увлекающимся древними легендами. Именно там, как многие думают, жил прототип самого известного вампира графа Дракулы - Влад Цепеш. Да и сам граф во всех существующих литературных произведениях и фильмах имел в своём распоряжении поместье, находившееся непосредственно в Трансильвании. Но не только «вампирскими» историями известна эта местность. В 1560 году в одном из замков Трансильвании появилась на свет женщина, которая впоследствии прославилась невероятной жестокостью и огромным количеством убийств, так называемая кровавая графиня - Елизавета Батори.

Семья Елизаветы не отличалась высокими моральными принципами, как впрочем, и многие аристократы того времени. Повсюду царили разврат и жестокость. К тому же в роду Батори были душевнобольные, колдуны и распутники. Если добавить к этому общую обстановку в стране - кровавые распри, ожесточенные войны, в ходе которых жертв сажали на кол или варили живьем в котлах, то можно вообразить, чему научил девочку окружающий мир. С самых юных лет Елизавета проявляла жестокость - она впадала в ярость по любому поводу и могла кнутом избивать до полусмерти служанок.

Поскольку девочка была предоставлена самой себе, неудивительной стала её беременность от лакея в 14-летнем возрасте. Родители, узнав об этом, решили избавиться от ребёнка, а саму Елизавету поспешили выдать замуж. Мужем её стал граф Ференц Надашди.Они поселились в Чахтицком замке в Словакии, который принадлежал семейству Батори. Кстати, именно от названия этого замка и происходит ещё одно прозвище, которым впоследствии окрестили Елизавету - Чахтицкая пани. Именно с этим местом и связана самая ужасающая часть биографии графини.

Семейную жизнь молодой четы можно было назвать скучной. Несмотря на то, что муж Елизаветы бывал дома нечасто, она родила ему троих детей, однако, как было принято в то время, воспитанием наследников занималась прислуга. Елизавету же больше волновала её природная красота, которую она всеми силами стремилась оберегать. С внешностью графине действительно повезло - у неё была поразительно белая кожа, длинные густые волосы и отличная фигура даже к тому моменту, когда возраст её приближался к сорока годам. Не повезло ей с характером. Та жестокость, что проснулась в ней ещё в раннем детстве, во взрослом возрасте превратилась в настоящую патологию. За любые, даже самые мелкие провинности Елизавета жестоко наказывала служанок. Зимой она заставляла их прислуживать в обнаженном виде, после чего обливала холодной водой и оставляла на морозе, вгоняла под ногти провинившимся девушкам иголки, а иногда и отрубала пальцы, могла обжечь раскаленным утюгом за плохо выглаженное платье, а за кражу - положить в руку раскаленную монету. Но и эти жестокости меркли по сравнению с тем, что начала творить графиня в то время, когда её красота начала увядать…

В 1604 году её муж умер от лихорадки, Елизавета осталась одна. В тот момент её больше всего занимал вопрос, как вернуть уходящую молодость. Однажды (если верить легенде), когда она во время очередного приступа ярости ударила по лицу служанку, кровь из разбитого носа попала графине на кожу, и Елизавете показалось, что кожа в этом месте стала лучше выглядеть. После этого она позвала к себе в замок местную ведьму и спросила у неё о секрете молодости. Старуха посоветовала графине принимать ванны из крови юных девственниц. Для Елизаветы не составило труда последовать столь странному даже по меркам той эпохи совету.

Так началось кровавое десятилетие. Графиня окружила себя верными и такими же жестокими, как она сама, помощниками, которые по её приказу заманивали со всей округи, а также из дальних деревень, молодых невинных девушек якобы на службу в замок. Самых красивых девиц отправляли на смерть сразу же, прочих временно оставляли в статусе прислуги. Кровавая бойня происходила в подвалах замка. Девушек в буквальном смысле разрывали на части, снимали с них кожу, и даже сама графиня, в порыве кровавого экстаза, отрывала зубами куски мяса с тела своих жертв (по крайней мере, об этом свидетельствовали позднее на допросах соучастники преступлений Батори). В финале жертвам перерезали артерии, кровь из которых спускали в ванную, в которой купалась Елизавета, уверенная в том, что эти процедуры останавливают процесс старения и делают её ещё прекраснее. Трупы же убитых сначала хоронили, как положено, но, когда населению показалось подозрительным, что служанки умирают не по одной, а по двое, трое и даже по десять-двенадцать сразу, Елизавета приняла решение расчленять тела и закапывать их в лесу.

Через какое-то время после первых убийств, Елизавета с ужасом обнаружила новые морщины, и потребовала вновь позвать к себе ту старую колдунью, которая когда-то посоветовала ей кровавые ванны как панацею от старения. Ведьма, когда её притащили в замок, заявила, что процедуры не принесли желаемого результата, поскольку графиня принимала ванны из крови простолюдинок, а следует использовать кровь знатных особ.

Так началась вторая волна массовых убийств. Сообщники Елизаветы заманили в замок двадцать молодых девиц из знатных семей под предлогом развлечения графини, и уже спустя пару недель ни одной из этих девушек не было в числе живых. Кстати, и самый процесс убийств стал более технологичен - по заказу графини из Пресбурга в замок был доставлен пыточный агрегат под названием «железная дева», представляющий собой полую фигуру из двух оснащенных острыми длинными шипами частей, внутрь которой запиралась жертва. Фигуру поднимали, и кровь девушки потоками сливалась в приготовленные для этого тазы.

Жестокость графини не знала пределов. Свои кровавые безумства она стала совершать не только в Чахтицком замке, но и в других родовых поместьях. Попадавшим в замок крестьянкам она выбивала зубы, ломала кости, обливала их кипящим маслом, отрезала им уши, носы, губы и заставляла после этого их съедать. Елизавета не могла прожить без убийств и нескольких дней. Удивительно, что этот кошмар продолжался целое десятилетие.

Конец кровавой истории положила случайность. Елизавете срочно понадобились деньги, и она заложила одно из родовых поместий. Один из приближенных к семье - опекун сына графини - пожаловался на растрату семейного имущества родне Елизаветы. По этому поводу собрался семейный совет, на котором присутствовал родственник по имени Дьёрдь Турзо, который уже был наслышан о бесчинствах графини от местного священника. Сначала он хотел замять дело, однако после того, как Елизавета прислала ему пирог, и он, почувствовав неладное, отдал его собаке, а та после угощения сдохла, Турзо дал делу ход. Он опросил людей из деревни, а также родню, которая бывала в замке графини, и узнал много шокирующих фактов. Однако требовалось поймать убийцу на деле.

Долго ждать не пришлось. Елизавета, хотя и понимала, что над ней сгущаются тучи, не смогла сдержаться и учинила кровавую расправу над служанкой, оказавшейся воровкой сахара, - избила её плетью, и железными палками, а после затолкала несчастной в рот раскаленный утюг. Утром следующего дня на пороге замка появился Турзо в сопровождении солдат. Тут-то они и обнаружили труп девушки, орудия пыток, тазы с засохшей кровью, а также рукописный дневник Елизаветы, в котором она описывала подробности всех своих кровавых расправ. Список жертв оказался огромен, в нём значилось 610 имён, однако говорят, что на счету Чахтицкой пани на самом деле 650 жизней.

Елизавета пыталась сбежать, однако её поймали ещё в дороге. При ней был обнаружен чемодан, в котором находились орудия пыток - по всей видимости, без крови графиня уже просто не могла обходиться. Турзо приговорил Кровавую графиню к пожизненному заточению в собственном замке, сообщников же её казнили. В 1611 году каменщики заложили двери и окна комнаты, в которой содержалась графиня, камнями, оставив только маленькую щель для подачи еды. И, в полной темноте, питаясь только водой и хлебом, самая жестокая в истории женщина - серийная убийца прожила три года. Умерла Елизавета Батори в 1614 году, похоронили её рядом с телами её жертв, у стен замка.

Говорят, что до сих пор по ночам со стороны замка доносятся странные стоны, от которых у тех, кто живет неподалеку, кровь стынет в жилах….

ЛЕГЕНДЫ
Однажды, вернувшись из очередного похода, её муж застал в саду такую картину: к дереву была привязана обнажённая девушка, тело которой терзали осы и муравьи. Когда муж спросил Элизабет, что это, та ответила, что это воровка, которая пробралась к ним в сад. Элизабет приказала раздеть воровку, облить мёдом, и привязать к дереву, чтобы та ощутила себя игрушкой, которую все норовят украсть. Муж Элизабет лишь посмеялся над этим.

Батори очень боялась состариться и утратить свою красоту, молва о которой шла по всей Европе. Вот как она открыла свои "ванны красоты". Однажды причесывающая Елизавету служанка случайно выдернула ей волос.Рассерженная графиня ударила служанку с такой силой, что у той из носа хлынула кровь и несколько капель попало Елизавете на руки. Графиня сочла, что кровь сделала ее кожу более мягкой и нежной, и решила целиком искупаться в крови. По легендам, у Батори была «железная дева» (орудие пыток), где жертва истекала кровью; ею наполнялась каменная ванна, в которой графиня купалась. Жертвой её чудовищных преступлений стало 650 человек.В своём бешенстве, Элизабет могла впиться зубами в тело несчастной девушки, порой вырывая целые куски мяса из рук, лица и других частей тела своих жертв.

Существует и другая версия.После смерти мужа Елизавета имела связи с более молодыми мужчинами, иногда это были и совсем ещё парни. Однажды, будучи в сопровождении молодого кавалера, она увидела старую женщину и спросила у него: «Что бы ты сделал, если бы тебе пришлось поцеловать вон ту старую каргу?». Он рассмеялся и ответил словами отвращения, которые она и ожидала услышать. Старая женщина услышала насмешки графини, подошла к ней и обвинила Елизавету в чрезмерном тщеславии и эгоизме, а также напомнила ей, что старения ещё никто не избежал. Испугавшись утратить красоту и популярность среди более молодых ухажеров, Батори начала искать утешение в магии и оккультизме, мысль о ваннах из крови ей внушила знакомая колдунья.Ведьма сказала Элизабет, что её красоту сможет сохранить регулярный приём ванн из крови молоденьких девственниц. С помощью своих доверенных слуг Элизабет заманивала в замок девушек из округи, которые становились её жертвами.Она нанимала девушек на работу в соседних деревнях. Родители с радостью отдавали своих дочерей богатой графине, не подозревая, какая их ожидает участь. Однако, несмотря на регулярный приём ванн, Элизабет продолжала увядать. Она пришла к колдунье и в ярости набросилась на неё. Ведьма сказала, что Элизабет всё делала неправильно, и купаться надо было не в крови крестьянок, а в “голубой крови” аристократок. И Элизабет стала приглашать в свой замок дочерей разорившихся дворянских семей. Родители отпускали своих дочерей в замок к Графине, надеясь, что они обучатся там придворному этикету, и кровавое пиршество продолжилось. Однако вечно это не могло продолжаться. Одно дело, когда исчезает безродная простушка, другое дело, когда речь идёт об аристократическом роде, пусть даже самом бедном.

Есть версия жизни и смерти графини Батори. По ней все зверства графини являются вымыслом католической церкви, которые сфальсифицировали все улики против несчастной графини.

Турзо претендовал на земли семейства Батори, и в сговоре с церковниками они оклеветали графиню, чтобы заполучить её богатые земли. Матиас II задолжал Батори крупную сумму денег, и её смерть была ему на руку, так как ему не нужно было возвращать долг.

Поэтому Матиас II закрыл глаза на беспредел церкви, которая не раз, отобрав земли у их владельцев, выставляла их в таком неприглядном свете, чтобы отвлечь внимание народа от беспрепятственного дележа имущества невинных людей.

Наверняка вы многократно слышали предания о венгерской графине, любившей принимать ванны из крови юных девушек. «Ой, что за байки из склепа?!», — недоверчиво отмахнутся некоторые наши читатели. И будут неправы: кажется невероятным, но кровавая леди, сгубившая сотни девичьих жизней, существовала в реальности. Имя ей — Елизавета Батори.

Супруг Елизаветы Батори

Девушка рано ощутила вкус взрослой жизни: когда Елизавете едва исполнилось десять лет, ее обручили с Ференцем Надашдем, сыном венгерского барона. Свадьба выдалась поистине шикарной: на торжество было приглашено около пяти тысяч человек. Однако последующую семейную жизнь нельзя назвать удачной. Ференц часто покидал молодую (если не сказать — маленькую) жену и отправлялся то на учебу в Вену, то на охоту, то на военные сборы. Согласно легенде, через пару лет после свадьбы недовольная таким положением дел Елизавета завела любовника из числа слуг. Разъяренный супруг, узнав о неверности со стороны жены, решил проучить соперника. Сначала он собственноручно кастрировал бедолагу, а затем скормил его стае голодных псов.

Заскучавшая Елизавета, насмотревшись на зверства мужа, решила придумать себе похожие развлечения. Разумеется, как обычно и бывает в подобных ситуациях, под руку потенциальной садистке попались ее слуги, среди которых были преимущественно юные девушки. И тут потенциал Елизаветы реализовался во всей полноте. Незначительное опоздание, пылинка на мебели и даже неосторожный взгляд приводили к жестоким побоям и садистским пыткам. Например, графиня Батори могла легко и непринужденно заколоть провинившуюся служанку ножницами или столовыми приборами; также Елизавета обожала вгонять жертвам иглы под ногти и с наслаждением вкушать девичьи страдания. Одним из любимых «приемов» Батори была пытка холодом: избитую до бессознательного состояния служанку выставляли нагишом на мороз. К слову, зимы в Венгрии иногда не уступают российским, поэтому никто из девушек после подобных экзекуций не выживал.

Елизавета Батори

Однако с течением лет кровавые фантазии графини достигли апогея. Согласно бытующему преданию, во время убийства очередной жертвы на открытый участок тела Елизаветы попало несколько капель крови. Позже, отдыхая от расправы и смывая с себя следы жестокого преступления, Батори заметила, будто окропленная кожа начала выглядеть гораздо лучше, нежели вся остальная: она стала гладкой, светлой, бархатистой. Это напомнило Батори о скоротечности молодости и подсказало ей прекрасную идею вечной красоты и бессмертия. Елизавета смекнула, что если окунуться в кровь целиком, от макушки до пят, до организм обновится, и уже увядающая внешность графини снова станет такой же, как в юности. Тогда Батори начала использовать кровь убитых в качестве косметики для ухода за телом: если современные девушки жить не могут без горячей ванны с ароматной пеной, то Елизавета предпочитала расслабляться в крови юных жертв. Батори свято верила, что это и есть рецепт долгосрочной красоты. Однако вскоре лимит прислуги оказался исчерпан: девушки попросту закончились. Тогда графиня начала обманным путем заманивать новых «доноров» в свое логово. Одним Елизавета обещала достойные гонорары за помощь по замку, вторых отдавали наивные родители, поверившие в обещания графини обучить их милых дочурок правилам поведения в высшем обществе. А третьих девушек и вовсе бесцеремонно похищали.

Герб рода Батори

Впрочем, бесследные исчезновения юных особ, продолжавшиеся на протяжении многих лет, не могли остаться незамеченными. Лютеранский священнослужитель Иштван Мадьяри прилюдно назвал Батори убийцей и садисткой. Но прошел не один год, прежде чем по делу Батори началось уголовное расследование. Как и следовало ожидать, свидетелей обнаружилось очень много, и абсолютно все показания были направлены против графини. К тому же, обнаружились дневники Батори, в которые она вносила имена всех жертв. Говорят, их количество достигало шести сотен. По легенде, арест кровавой графини произошел в ту секунду, когда Елизавета изощренно пытала свою последнюю горничную. Оправдательный приговор казался невозможным, однако Елизавету так и не настигла участь ее жертв. После суда Батори отправили… домой. Конечно, мы немного утрируем: графиня в качестве заключения не валялась в теплой постельке, а была замурована в сыром подвале одной из башен ее собственного замка Чейте. Елизавета провела под домашним арестом около трех лет, после чего скончалась. К слову, весьма безболезненно: она просто в один прекрасный день не проснулась утром.

Сообщникам Батори, покрывавшим ее преступления, повезло гораздо меньше. Двух ее помощниц отправили на костер, предварительно оторвав им пальцы раскаленными щипцами, еще одному верному слуге отрубили голову, а затем его тело оставили на съедение языкам
пламени (отметим, что его участь была не такой уж страшной: намного приятнее отмучиться за пару секунд, нежели гореть заживо под разъяренные крики толпы). Четвертая же приспешница была признана наименее виновной: ее приговорили к пожизненному заключению.