И снова о Софье: Великая княгиня Московская София Палеолог и ее роль в истории. Софья палеолог биография кратко

Иван III Васильевич в 1467 году овдовел. Через два года явилось в Москву посольство из Рима. Кардинал Виссарион, поборник Флорентийского единения церквей, в письме предлагал Ивану Васильевичу руку Софии, племянницы последнего византийского императора, дочери его брата Фомы, князя Морейского, который после падения Константинополя нашел со своим семейством убежище в Риме. Папа Павел II через своего кардинала надумал устроить брак Софии с великим князем, чтобы завязать отношения с Москвою и постараться утвердить свою власть над Русской церковью.

Такое предложение порадовало самолюбивого Ивана; но он, по своему осторожному нраву, не сразу ответил согласием. Он советовался и с матерью, и с митрополитом, и с ближайшими боярами. Все находили, как и сам царь, этот брак желательным. Иван Васильевич отправил в Рим послом Ивана Фрязина, своего денежника (чеканившего монету). Тот возвратился оттуда с грамотами от папы и портретом Софии и вновь был отослан в Рим представлять жениха при обручении. Папа думал восстановить Флорентийское соединение и надеялся найти в русском государе сильного союзника против турок. Фрязин, хотя и принял в Москве православие, но особо не дорожил им и потому готов был обещать папе все, чего тот хотел, лишь бы поскорей уладить дело.

1472 год, лето - София Палеолог уже ехала в Москву. Ее сопровождал кардинал Антоний; кроме этого, с нею было много греков. На пути устраивались ей торжественные встречи. Когда она подъезжала ко Пскову, к ней навстречу вышли посадники и духовенство с крестами и хоругвями. София пошла в Троицкий собор, там усердно молилась и прикладывалась к образам. Это понравилось народу; но римский кардинал, бывший с нею, смущал православных.

Он был одет, по словам летописца, не по нашему обычаю – весь в красном, на руках были перчатки, которых он никогда не снимал и благословлял в них. Пред ним несли серебряное литое распятие на длинном древке (латинский крыж). Он не крестился и к образам не прикладывался; приложился только к иконе Богородицы, и то по требованию царевны. Очень уж не нравилось это все православным.

Из церкви София отправилась на княжеский двор. Там посадники и бояре угощали ее и приближенных ее различными яствами, медом и вином; наконец, поднесли ей подарки. Бояре и купцы дарили ее, кто чем мог. От всего Пскова поднесли ей в дар 50 рублей. Так же торжественно принимали ее в Новгороде.

Когда София подъезжала уже к Москве, великий князь совещался с матерью, братьями и боярами, как быть: проведал он, что всюду, куда входила София, шел впереди папский кардинал, а пред ним несли латинский крыж. Одни советовали не запрещать этого, чтобы не обидеть папу; другие говорили, что никогда еще не бывало на Руси, чтобы такая почесть воздавалась латинской вере; попробовал было сделать это Исидор, да за то и погиб.

Послал великий князь спросить у митрополита, как он думает об этом, и получил такой ответ:

– Папскому послу не только входить в город с крестом, но даже и подъезжать близко не подобает. Буде ты почтить его, то он – в одни ворота в город, а я, отец твой, другими воротами вон из города! Не только видеть, но и слышать нам о том неприлично. Кто чужую веру чтит, тот над своей ругается!

Такая нетерпимость митрополита клатинству уже наперед показывала, что папский посол не сможет ничего добиться. Великий князь велел боярину взять у него крест и спрятать в сани. Вначале легат не хотел было уступить; в особенности противился Иван Фрязин, которому хотелось, чтобы папский посол был принят в Москве с такою же честью, как принимали его, Фрязина, в Риме; но боярин настоял, и наказ великого князя был исполнен.

Приезд Софьи в Москву

1472 год, 12 ноября - въехала София в Москву. В тот же день совершили бракосочетание; а на другой день был принят папский посол. Он поднес великому князю дары от папы.

В течении трех месяцев было римское посольство в Москве. Здесь его угощали, держали в большой чести; Иван III с щедростью одарил кардинала. Попытался было тот заговорить о соединении церквей, однако из этого, как и следовало ожидать, ничего не вышло. Иван Васильевич отдал это церковное дело на решение митрополита, а тот нашел какого-то книжника Никиту Поповича для состязаний с легатом. Этот Никита, по словам летописца, переспорил кардинала, так что тот не знал, что и отвечать, – отговаривался только тем, что с ним нет книг, необходимых для спора. Попытка папы соединить церкви кончилась и на этот раз полной неудачей.

Приданное Софьи Палеолог

София привезла с собой щедрое приданое. Это была легендарная «либерия» – библиотека, привезенная будто бы на 70 подводах (больше известная как «библиотека Ивана Грозного»). В нее входили греческие пергаменты, латинские хронографы, древневосточные манускрипты, среди которых были неизвестные нам поэмы Гомера, сочинения Аристотеля и Платона и даже уцелевшие книги из легендарной Александрийской библиотеки.

По преданию, Софья привезла с собой в подарок мужу «костяной трон» (сейчас известный как «трон Ивана Грозного»): его деревянный остов покрывали пластины из слоновой и моржовой кости с вырезанными на них сюжетами на библейскую тематику.

Привезла Софья и несколько православных икон, в том числе и, предположительно, редкую икону Божией Матери «Благодатное Небо».

Значение брака Ивана и Софьи

Брак Великого князя с греческой царевной имел важные последствия. Бывали и раньше случаи, что русские князья женились на греческих царевнах, но эти браки не имели такого значения, как женитьба Ивана и Софьи. Византия была теперь порабощена турками. Византийский император раньше считался главным защитником всего восточного христианства; теперь таким защитником становился московский государь; с рукой Софии он как бы наследовал и права Палеологов, даже усваивает герб Восточной Римской империи – двуглавого орла; на печатях, которые привешивались к грамотам, стали с одной стороны изображать двуглавого орла, а с другой – прежний московский герб, Георгия Победоносца, поражающего дракона.

Византийские порядки стали все сильней и сильней сказываться в Москве. Хотя последние византийские императоры вовсе не были могущественными, но держали себя в глазах всех окружающих очень высоко. Доступ к ним был очень труден; множество различных придворных чинов наполняло великолепный дворец. Пышность дворцовых обычаев, роскошная царская одежда, блистающая золотом и драгоценными камнями, необычайно богатое убранство царского дворца – все это в глазах народа очень возвышало особу государя. Пред ним все преклонялось, как пред земным божеством.

Не то было в Москве. Великий князь был уже могучим государем, а жил немногим пошире и побогаче, чем бояре. Они обходились с ним почтительно, но просто: некоторые из них были из удельных князей и свое происхождение вели тоже, как и великий князь, от Рюрика. Незатейливая жизнь царя и простое обращение с ним бояр не могли понравиться Софьи, знавшей о царском величии византийских самодержцев и видевшей придворную жизнь пап в Риме. От жены и в особенности от людей, приехавших с нею, Иван III мог многое слышать о придворном обиходе византийских царей. Ему, хотевшему быть настоящим самодержцем, многие придворные византийские порядки должны были очень понравиться.

И вот мало-помалу начали появляться в Москве новые обычаи: Иван Васильевич начал держать себя величаво, в сношениях с иностранцами титуловался «царем», послов начал принимать с пышною торжественностью, установил обряд целования царской руки в знак особой милости. Потом появились придворные чины (ясельничий, конюший, постельничий). Великий князь стал жаловать в бояре за заслуги. Кроме сына боярского, в это время появляется другой низший чин – окольничий.

Бояре, бывшие ранее советниками, думцами княжими, с которыми государь, по обычаю, совещался о всяком важном деле, как с товарищами, теперь обратились в покорных слуг его. Милость государя может возвысить их, гнев – уничтожить.

Под конец своего княжения Иван III стал настоящим самодержцем. Не по душе многим боярам были эти перемены, но никто не смел высказать этого: великий князь был очень суров и наказывал жестоко.

Нововведения. Влияние Софьи

Со времени приезда Софии Палеолог в Москву завязались сношения с Западом, в особенности с Италией.

Внимательный наблюдатель московской жизни барон Герберштейн, два раза приезжавший в Москву послом германского императора при Ивановом преемнике, наслушавшись боярских толков, замечает о Софье в своих записках, что это была женщина необыкновенно хитрая, имевшая большое влияние на великого князя, который по ее внушению сделал многое. Ее влиянию приписывали даже решимость Ивана III сбросить с себя татарское иго. В боярских россказнях и суждениях о царевне нелегко отделить наблюдение от подозрения или преувеличения, руководимого недоброжелательством.

Москва того времени была очень неприглядной. Деревянные небольшие постройки, поставленные как попало, кривые, немощеные улицы, грязные площади – все это делало Москву похожей на большую деревню или, верней, на собрание множества деревенских усадеб.

После свадьбы и сам Иван Васильевич почувствовал необходимость в перестройке Кремля, в могущественную и неприступную цитадель. Все началось с катастрофы 1474 г., когда Успенский собор, возводимый псковскими мастерами, рухнул. В народе сразу поползли слухи, что беда стряслась из-за «грекини», до этого пребывавшей в «латинстве». Пока выяснились причины обрушения, Софья посоветовала супругу пригласить архитекторов из Италии, которые тогда были лучшими мастерами в Европе. Их творения могли сделать Москву равной по красоте и величественности европейским столицам и поддержать престиж московского государя, а также подчеркнуть преемственность Москвы не только Второму, но и Первому Риму.

Один из лучших итальянских строителей того времени Аристотель Фиораванти согласился ехать в Москву за 10 рублей жалованья в месяц (деньги по тем временам порядочные). Он за 4 года соорудил великолепный по тогдашнему времени храм – Успенский собор, освященный в 1479 году. Это здание сохранилось до сих пор в Московском Кремле.

Потом начали строить и другие каменные церкви: в 1489 году был возведен Благовещенский собор, имевший значение домовой церкви царя, а незадолго до смерти Ивана III был снова построен Архангельский собор вместо прежней обветшавшей церкви. Задумал государь построить каменную палату для торжественных собраний и приемов иноземных послов.

Эта постройка, сооруженная итальянскими зодчими, известная под названием Грановитой палаты, сохранилась до наших дней. Кремль был обведен снова каменной стеной и украшен красивыми воротами и башнями. Для себя великий князь приказал выстроить новый каменный дворец. Вслед за великим князем начал и митрополит сооружать себе кирпичные палаты. Трое бояр также построили себе каменные дома в Кремле. Таким образом, Москва стала постепенно обстраиваться каменными зданиями; но эти постройки долго и после этого не входили в обычай.

Рождение детей. Государственные дела

1474 год, 18 апреля - Софья родила первую (быстро умершую) дочь Анну, потом еще одну дочь (тоже умершую так быстро, что ее не успели окрестить). Разочарования в семейной жизни компенсировались активностью в государственных делах. Великий князь советовался с ней в принятии государственных решений (в 1474 он выкупил половину Ростовского княжества, заключил дружественный союз с крымским ханом Менгли-Гиреем).

Софья Палеолог принимала деятельное участие в дипломатических приемах (венецианский посланник Кантарини отметил, что прием, который организовала она, прошел «весьма величаво и ласково»). Согласно легенде, приведенной не только русскими летописями, но и английским поэтом Джоном Милтоном, в 1477 Софья смогла перехитрить татарского хана, объявив, что имела знак свыше о строительстве храма святому Николаю на том месте в Кремле, где стоял дом ханских наместников, контролировавших сборы ясака и действия Кремля. Эта легенда представляет Софью решительной натурой («выставила их из Кремля, дом снесла, хотя храм не стала строить»).

1478 год - Русь фактически прекратила выплату дани Орде; до полного свержения ига осталось 2 года.

В 1480, опять-таки по «совету» жены, Иван Васильевич выехал с ополченцами к реке Угре (под Калугой), где стояло к войско татарского хана Ахмата. «Стояние на Угре» битвой не закончилось. Начавшиеся морозы и отсутствие продовольствия заставили хана с войском уйти. Эти события положили конец ордынскому игу.

Главное препятствие на пути усиления великокняжеской власти рухнуло и, опираясь, на свою династическую связь с «православным Римом» (Константинополем) через жену Софью, государь провозгласил себя преемником державных прав византийских императоров. Московский герб с Георгием Победоносцем был объединен с двуглавым орлом – древним гербом Византии. Этим было подчеркнуто, что Москва – наследница Византийской империи, Иван III – «царь всего православия», Русская Церковь – преемница греческой. Под влиянием Софьи церемониал великокняжеского двора приобрел невиданную доселе пышность, схожую с византийско-римской.

Права на московский престол

Софья начала упорную борьбу за обоснование права на московский престол за своим сыном Василием. Когда тому было восемь лет, она даже попыталась организовать заговор против супруга (1497 год), но тот был раскрыт, а сама Софья подверглась осуждению по подозрению в волшебстве и связи с «бабой-колдуньей» (1498 год) и вместе с царевичем Василием подверглась опале.

Но судьба была к ней милостива (за годы своего 30-ти летнего брака Софья родила 5 сыновей и 4 дочери). Смерть старшего сына Ивана III, Ивана Молодого, заставила мужа Софьи сменить гнев на милость и возвратить сосланных в Москву.

Смерть Софьи Палеолог

Скончалась Софья 7 апреля 1503 г. Она была похоронена в великокняжеской усыпальнице Вознесенского женского монастыря в Кремле. Постройки этой обители были разобраны в 1929 г., и саркофаги с останками великих княгинь и цариц были перевезены в подвальную палату Архангельского собора в Кремле, где они находятся и сегодня.

После смерти

Это обстоятельство, а также хорошая сохранность скелета Софьи Палеолог дали возможность экспертам воссоздать ее облик. Работа проводилась в Московском бюро судебно-медицинской экспертизы. Видимо, нет необходимости описывать подробно процесс восстановления. Отметим лишь, что портрет был воспроизведен с использованием всех научных методик.

Исследование останков Софьи Палеолог показало, что она была невысокого роста - около 160 см. Череп и каждая кость тщательно изучались, и в результате было установлено, что смерть великой княгини наступила в возрасте 55-60 лет. В результате исследований останков установили, что Софья была женщиной полной, с волевыми чертами лица и имела нисколько не портившие ее усики.

Когда перед исследователями предстал облик этой женщины, лишний раз стало ясным, что в природе не бывает ничего случайного. Речь идет об удивительном сходстве Софьи Палеолог и ее внука - царя Ивана IV Грозного, подлинный облик которого нам хорошо знаком по работе известного советского антрополога М.М.Герасимова. Ученый, работая над портретом Ивана Васильевича, отмечал черты средиземноморского типа в его облике, связывая это как раз с влиянием крови его бабушки, Софьи Палеолог.

В середине XV века, когда Константинополь пал под натиском турок, 17-летняя византийская принцесса София покинула Рим, чтобы перенести дух старой империи в новое, еще зарождавшееся государство.
С ее сказочной жизнью и путешествием, полным приключений, - от плохо освещенных переходов папской церкви до заснеженных русских степей, от секретной миссии, стоявшей за обручением с московским князем, до таинственной и до сих пор не найденной коллекции книг, которую она привезла с собой из Константинополя, - нас познакомил журналист и писатель Йоргос Леонардос, автор книги «София Палеолог - из Византии на Русь», а также многих других исторических романов.

В разговоре с корреспондентом Афинско-македонского агентства о съемках российского фильма о жизни Софии Палеолог г-н Леонардос подчеркнул, что она была разносторонней личностью, практичной и амбициозной женщиной. Племянница последнего Палеолога вдохновила своего супруга, московского князя Ивана III, на создание сильного государства, заслужив уважение Сталина спустя почти пять веков после своей смерти.
Российские исследователи высоко оценивают тот вклад, который Софья оставила в политической и культурной истории средневековой Руси.
Йоргос Леонардос так описывает личность Софии: «София была племянницей последнего императора Византии Константина XI и дочерью Фомы Палеолога. Ее крестили в Мистре, дав христианское имя Зоя. В 1460 году, когда Пелопоннес захватили турки, принцесса вместе со своими родителями, братьями и сестрой отправилась на остров Керкира. При участии Виссариона Никейского, уже ставшего к тому моменту католическим кардиналом в Риме, Зоя с отцом, братьями и сестрой переехала в Рим. После преждевременной кончины ее родителей Виссарион взял на себя опеку над тремя детьми, перешедшими в католическую веру. Однако жизнь Софии изменилась, когда папский престол занял Павел II, который хотел, чтобы она заключила политический брак. Принцессу сосватали московскому князю Ивану III, надеясь, что православная Русь перейдёт в католичество. Софью, происходившую из византийской императорской семьи, Павел отправил в Москву как наследницу Константинополя. Ее первой остановкой после Рима был город Псков, где молодую девушку с восторгом принял русский народ».

© Sputnik. Валентин Черединцев

Автор книги считает ключевым моментом в жизни Софии посещение одного из псковских храмов: «Она была впечатлена, и, хотя рядом с ней тогда находился папский легат, следивший за каждым ее шагом, она вернулась в православие, пренебрегая волей папы. 12 ноября 1472 года Зоя стала второй супругой московского князя Ивана III под византийским именем София».
С этого момента, по словам Леонардоса, начинается ее блистательный путь: «Под влиянием глубокого религиозного чувства София убедила Ивана скинуть бремя татаро-монгольского ига, ведь в то время Русь платила дань Орде. И действительно, Иван освободил свое государство и объединил разные независимые княжества под своей властью».

© Sputnik. Балабанов

Вклад Софии в развитие государства велик, поскольку, как поясняет автор, «она завела при русском дворе византийские порядки и помогла создать российское государство».
«Так как София была единственной наследницей Византии, Иван считал, что унаследовал право на императорский престол. Он перенял желтый цвет Палеологов и византийский герб - двуглавого орла, который просуществовал вплоть до революции 1917 года и был возвращен после распада Советского Союза, а также назвал Москву Третьим Римом. Поскольку сыновья византийских императоров принимали имя Цезаря, Иван взял себе и этот титул, который по-русски стал звучать как "царь". Также Иван повысил архиепископство Московское до патриархии, давая понять, что первая патриархия - это не захваченный турками Константинополь, а Москва».

© Sputnik. Алексей Филиппов

По мнению Йоргоса Леонардоса, «София была первой, кто создал на Руси по образцу Константинополя тайную службу, прообраз царской охранки и советского КГБ. Этот её вклад и сегодня признают российские власти. Так, бывший глава Федеральной службы безопасности России Алексей Патрушев в День военной контрразведки 19 декабря 2007 года заявил, что страна чтит Софию Палеолог, так как она защищала Русь от внутренних и внешних врагов».
Также Москва «обязана ей изменением своего облика, поскольку София привезла сюда итальянских и византийских архитекторов, которые строили в основном каменные здания, например, Архангельский собор Кремля, а также кремлевские стены, существующие до сих пор. Также по византийскому образцу под территорией всего Кремля были вырыты тайные ходы».

© Sputnik. Сергей Пятаков

«С 1472 года на Руси начинается история современного - царского - государства. В то время из-за климата здесь не занимались земледелием, а только охотились. София убедила подданных Ивана III возделывать поля и таким образом положила начало формированию сельского хозяйства в стране».
К личности Софии с уважением относились и при советской власти: по словам Леонардоса, «когда в Кремле был разрушен Вознесенский монастырь, в котором хранились останки царицы, от них не только не избавились, но по указу Сталина поместили в гробницу, которую затем перенесли в Архангельский собор».
Йоргос Леонардос рассказал, что София привезла из Константинополя 60 телег с книгами и редкими сокровищами, которые хранились в подземных сокровищницах Кремля и не найдены до сих пор.
«Имеются письменные источники, - говорит г-н Леонардос, - указывающие на существование этих книг, которые Запад пытался выкупить у ее внука, Ивана Грозного, на что он, конечно, не согласился. Книги продолжают искать и по сей день».

София Палеолог умерла 7 апреля 1503 года в возрасте 48 лет. Ее супруг, Иван III, стал первым правителем в истории России, который был назван Великим за свои деяния, совершенные при поддержке Софии. Их внук, царь Иван IV Грозный, продолжил укрепление государства и вошел в историю как один из самых влиятельных правителей России.

© Sputnik. Владимир Федоренко

«София перенесла дух Византии в только начавшую зарождаться Российскую империю. Именно она построила на Руси государство, придав ему византийские черты, и в целом обогатила устройство страны и ее общество. Даже сегодня в России есть фамилии, которые восходят к византийским именам, как правило, они заканчиваются на -ов», - отметил Йоргос Леонардос.
Что касается изображений Софии, Леонардос подчеркнул, что «ее портретов не сохранилось, однако еще при коммунизме с помощью специальных технологий ученые воссоздали облик царицы по ее останкам. Так появился бюст, который размещен около входа в Исторический музей рядом с Кремлем».
«Наследие Софии Палеолог - это сама Россия…» - подвел итог Йоргос Леонардос.

София Палеолог жена Ивана 3: биография, личная жизнь, исторические факты. Сериал «София», который транслирует телеканал Россия 1, возбудил большой интерес к личности этой удивительной женщине, которая смогла через любовь преломить ход истории и способствовала зарождению русской государственности. Большинство историков утверждают, что София(Зоя) Палеолог сыграла в становлении Московского царства огромную роль. Именно благодаря ей появился «двуглавый орел», и именно её считают автором концепции «Москва – третий Рим». К слову, двуглавый орел сначала был гербом именно её династии. Потом же он перекочевал на герб всех российских императоров и царей.

Зоя Палеолог родилась на греческом полуострове Пелопоннес, в 1455 году. Она была дочерью деспота Морейского Фомы Палеолога. Девочка появилась на свет в довольно трагическое время – падения Византийской империи. После того, как Константинополь был взят турками и император Константин погиб, семья Палеологов бежала в Корфу, а оттуда в Рим. Там Фома насильно принял католицизм. Родители девочки и двух её малолетних братьев рано умерли, а воспитанием Зои занялся греческий ученый, который служил кардиналом при Папе Сиксте Четвертом. В Риме девочку воспитывали в католической вере.

София Палеолог жена Ивана 3: биография, личная жизнь, исторические факты. Когда девушке исполнилось 17 лет, её попытались выдать замуж за короля Кипра, однако умная София сама способствовала разрыву помолвки, так как не хотела выходить за иноверца. После смерти родителей девушка втайне общалась с православными старцами.

В 1467 году в России умирает жена Ивана III Мария Борисовна. И Папа Павел II, надеясь на распространение католичества на территории Руси, предлагает в жены овдовевшему князю Софию. Говорят, что Московскому Князю девушка понравилась по портрету. Она обладала удивительной красотой: белоснежная кожа, красивые выразительные глаза. В 1472 году состоялся брак.

Главным достижением Софии считают то, что она повлияла на мужа, который вследствие этого влияния, отказался платить дань Золотой орде. Местные князья и народ не хотели войны и готовы были платить дань и дальше. Однако Иван III смог преломить страх народа, с которым он сам справился с помощью любящей жены.

София Палеолог жена Ивана 3: биография, личная жизнь, исторические факты. В браке с Князем у Софии родились 5 сыновей и 4 дочки. Личная жизнь сложилась очень удачно. Единственное, что омрачало жизнь Софии – это отношения с сыном мужа от первого брака, Иваном Молодым. София Палеолог стала бабушкой царя Ивана Грозного. София умерла в 1503 году. Её муж пережил жену лишь на 2 года.

Племянница последнего владыки Византии, пережив крушение одной империи, решила возродить её на новом месте.

Мать «Третьего Рима»

В конце XV века в русских землях, объединившихся вокруг Москвы, начинает зарождаться концепция, согласно которой Русское государство является правопреемником Византийской империи. Спустя несколько десятилетий тезис «Москва - Третий Рим» станет символом государственной идеологии Российского государства.

Большую роль в формировании новой идеологии и в изменениях, которые происходили в это время внутри России, было суждено сыграть женщине, имя которой слышали практически все, кто хоть раз соприкасался с русской историей. София Палеолог, жена великого князя Ивана III , внесла свой вклад в развитие русского зодчества, медицины, культуры и многие другие сферы жизни.

Есть и другой взгляд на неё, согласно которому она была «русской Екатериной Медичи», чьи козни пустили развитие России по совершенно иному пути и внесли смуту в жизнь государства.

Правда, как обычно, находится где-то посередине. София Палеолог не выбирала Россию - Россия выбрала её, девушку из последней династии византийских императоров, в качестве супруги для великого князя московского.

Византийская сирота при папском дворе

Зоя Палеологиня, дочь деспота (это название должности) Мореи Фомы Палеолога , появилась на свет в трагическое время. В 1453 году Византийская империя, наследница Древнего Рима, после тысячи лет существования рухнула под ударами османов. Символом гибели империи стало падение Константинополя, в котором погиб император Константин XI , родной брат Фомы Палеолога и дядя Зои.

Морейский деспотат, провинция Византии, которой правил Фома Палеолог, продержалась до 1460 года. Эти годы Зоя прожила вместе с отцом и братьями в Мистре, столице Мореи, городе, расположенном рядом с Древней Спартой. После того как султан Мехмед II захватил и Морею, Фома Палеолог уехал на остров Корфу, а затем в Рим, где скончался.

Дети из царственной семьи погибшей империи жили при дворе папы римского. Незадолго до смерти Фома Палеолог, чтобы получить поддержку, перешёл в католицизм. Католиками стали и его дети. Зою после крещения по римскому обряду нарекли Софьей.

10-летняя девочка, взятая на попечение папским двором, не имела возможности что-либо решать самостоятельно. Её наставником был назначен кардинал Виссарион Никейский , один из авторов унии, которая должна была объединить католиков и православных под общей властью папы римского.

Судьбу Софьи собирались устроить путём замужества. В 1466 году её предложили в качестве невесты кипрскому королю Жаку II де Лузиньяну , но он отказался. В 1467 году её предложили в жёны князю Караччоло , знатному итальянскому богачу. Князь выразил согласие, после чего состоялось торжественное обручение.

Невеста на «иконе»

Но стать женой итальянца Софье было не суждено. В Риме стало известно, что овдовел великий князь московский Иван III. Русский князь был молод, на момент смерти первой супруги ему исполнилось всего 27 лет, и ожидалось, что вскоре он будет искать новую жену.

Кардинал Виссарион Никейский увидел в этом шанс продвинуть свою идею униатства на русские земли. С его подачи в 1469 году папа римский Павел II направил Ивану III письмо, в котором предложил в качестве невесты 14-летнюю Софью Палеолог. В письме о ней говорилось как о «православной христианке», без упоминания о переходе в католицизм.

Иван III не был лишён честолюбия, на чём впоследствии часто будет играть его жена. Узнав о том, что в невесты предложена племянница византийского императора, он ответил согласием.

Переговоры, однако, только начались - необходимо было обговорить все детали. Русский посол, отправленный в Рим, вернулся с подарком, шокировавшим и жениха, и его окружение. В летописи этот факт был отражён словами «царевну на иконе написану принесе».

Дело в том, что в России к тому моменту светской живописи не существовало вовсе, и портрет Софьи, присланный Ивану III, в Москве восприняли как «икону».

Впрочем, разобравшись, что к чему, московский князь внешним обликом невесты остался доволен. В исторической литературе встречаются различные описания Софьи Палеолог - от красавицы до уродины. В 1990-х годах были проведены исследования останков жены Ивана III, в ходе которых был восстановлен и её внешний вид. Софья была невысокой женщиной (около 160 см), склонной к полноте, с волевыми чертами лица, которые можно назвать если не красивыми, то довольно миловидными. Как бы то ни было, Ивану III она понравилась.

Провал Виссариона Никейского

Формальности были улажены к весне 1472 года, когда в Рим прибыло новое русское посольство, на сей раз уже за самой невестой.

1 июня 1472 году в базилике святых апостолов Петра и Павла состоялось заочное обручение. Заместителем великого князя был русский посол Иван Фрязин . В качестве гостей присутствовали жена правителя Флоренции Лоренцо Великолепного Клариче Орсини и королева Боснии Катарина . Папа, кроме подарков, дал невесте приданое в 6 тыс. дукатов.

24 июня 1472 года большой обоз Софьи Палеолог вместе с русским послом выехал из Рима. Невесту сопровождала римская свита во главе с кардиналом Виссарионом Никейским.

Добираться до Москвы пришлось через Германию по Балтийскому морю, а затем через Прибалтику, Псков и Новгород. Такой сложный маршрут был вызван тем, что у России в этот период в очередной раз начались политические проблемы с Польшей.

Испокон веков византийцы славились своей хитростью и коварством. То, что эти качества Софья Палеолог унаследовала в полной мере, Виссарион Никейский узнал вскоре после того, как обоз невесты пересёк границу России. 17-летняя девушка объявила, что с этой поры более не будет исполнять католические обряды, а возвращается к вере предков, то есть к православию. Все амбициозные планы кардинала рухнули. Попытки католиков закрепиться в Москве и усилить своё влияние потерпели неудачу.

12 ноября 1472 года Софья въехала в Москву. Здесь тоже было много тех, кто относился к ней с настороженностью, видя в ней «римского агента». По некоторым сведениям, митрополит Филипп , недовольный невестой, отказался проводить церемонию венчания, из-за чего церемониал проводил коломенский протопоп Осия .

Но, как бы то ни было, Софья Палеолог стала женой Ивана III.

Как Софья избавила Россию от ига

Их брак продлился 30 лет, она родила мужу 12 детей, из которых пятеро сыновей и четыре дочери дожили до взрослого возраста. Судя по историческим документам, великий князь был привязан к жене и детям, за что даже получал упрёки от высокопоставленных служителей церкви, считавших, что это идёт во вред государственным интересам.

Софья никогда не забывала о своём происхождении и вела себя так, как, по её мнению, полагалось себя вести племяннице императора. Под её влиянием приёмы у великого князя, особенно приёмы послов, были обставлены сложным и красочным церемониалом, подобным византийскому. Благодаря ей, византийский двуглавый орёл перекочевал и в русскую геральдику. Благодаря её влиянию, великий князь Иван III начал именовать себя «русским царём». При сыне и внуке Софьи Палеолог это именование русского владыки станет официальным.

Судя по поступкам и делам Софьи, она, лишившись родной Византии, всерьёз взялась за построение её в другой православной стране. В помощь ей было честолюбие мужа, на котором она успешно играла.

Когда ордынский хан Ахмат готовил нашествие на русские земли и в Москве обсуждали вопрос о размере дани, с помощью которой можно откупиться от несчастья, в дело вмешалась Софья. Заливаясь слезами, она стала упрекать мужа в том, что страна до сих пор вынужден платить дань и что с этим позорным положением пора кончать. Иван III не был человеком воинственным, но упрёки жены задели его за живое. Он принял решение собрать войско и выступить навстречу Ахмату.

При этом жену с детьми великий князь отправил сначала в Дмитров, а потом на Белоозеро, опасаясь военной неудачи.

Но неудачи не случилось - на реке Угре, где встретились войска Ахмата и Ивана III, сражения не произошло. После того, что известно под названием «стояние на Угре», Ахмат ретировался без боя, а зависимость от Орды завершилась окончательно.

Перестройка XV века

Софья внушала мужу, что государь такой великой державы, как он, не может жить в столице с деревянными храмами и палатами. Под влиянием жены Иван III начал перестройку Кремля. Для строительства Успенского собора из Италии был приглашён архитектор Аристотель Фиораванти . На стройке активно использовался белый камень, отчего и появилось сохранившееся в веках выражение «белокаменная Москва».

Приглашение иностранных специалистов в разных областях стало широко распространённым явлением при Софье Палеолог. Итальянцы и греки, занявшие при Иване III должности послов, начнут активно зазывать в Россию своих земляков: архитекторов, ювелиров, мастеров монетного дела и оружейников. Среди приезжих было большое количество профессиональных врачей.

Софья приехала в Москву с большим приданым, часть которого занимала библиотека, включавшая в себя греческие пергаменты, латинские хронографы, древневосточные манускрипты, среди которых были поэмы Гомера , сочинения Аристотеля и Платона и даже книги из Александрийской библиотеки.

Эти книги и составили основу легендарной пропавшей библиотеки Ивана Грозного, которую энтузиасты пытаются искать и по сей день. Скептики, однако, полагают, что такая библиотека в действительности не существовала.

Говоря о неприязненном и настороженном отношении к Софье русских, надо сказать, что их смущало её независимое поведение, активное вмешательство в государственные дела. Подобное поведение для предшественниц Софьи в качестве великих княгинь, да и просто для русских женщин было нехарактерным.

Сражение наследников

К моменту второго брака Ивана III у него уже был сын от первой супруги - Иван Молодой , который и был объявлен наследником престола. Но с рождением детей у Софьи начала нарастать напряжённость. Русская знать раскололась на две группировки, одна из которых поддерживала Ивана Молодого, а вторая - Софью.

Отношения между мачехой и пасынком не сложились, да так, что самому Ивану III приходилось увещевать сына вести себя прилично.

Иван Молодой был всего на три года младше Софьи и почтения к ней не испытывал, видимо, считая новый брак отца предательством по отношению к умершей матери.

В 1479 году Софья, рожавшая до этого только девочек, произвела на свет сына, наречённого Василием . Как истинная представительница византийского императорского рода, она была готова обеспечить сыну трон любой ценой.

К этому времени Иван Молодой уже упоминался в русских документах как соправитель отца. А в 1483 году наследник женился на дочери господаря Молдавии Стефана Великого Елене Волошанке .

Отношения Софьи и Елены сразу стали враждебными. Когда же в 1483 году Елена родила сына Дмитрия , перспективы Василия унаследовать трон отца стали совсем призрачными.

Женское соперничество при дворе Ивана III было ожесточённым. И Елена, и Софья горели желанием избавиться не только от конкурентки, но и от её потомства.

В 1484 году Иван III решил одарить невестку жемчужным приданым, оставшимся от первой жены. Но тут выяснилось, что Софья уже подарила его своей родственнице. Великий князь, разгневанный самоуправством жены, заставил её вернуть подаренное, а самой родственнице вместе с мужем из страха перед наказанием пришлось бежать из русских земель.

Проигравший теряет всё

В 1490 году наследник престола Иван Молодой заболел «ломотой в ногах». Специально для его лечения из Венеции был вызван лекарь Леби Жидовин , но помочь он не смог, и 7 марта 1490 года наследник скончался. Лекарь по приказу Ивана III был казнён, а в Москве бродили слухи, что Иван Молодой погиб в результате отравления, которое является делом рук Софьи Палеолог.

Доказательств этому, правда, нет. После смерти Ивана Молодого новым наследником стал его сын, в русской историографии известный как Дмитрий Иванович Внук .

Официально наследником Дмитрий Внук провозглашён не был, и поэтому Софья Палеолог продолжала попытки добиться трона для Василия.

В 1497 году был раскрыт заговор сторонников Василия и Софьи. Разгневанный Иван III отправил его участников на плаху, но жену и сына не тронул. Однако они оказались в опале, фактически под домашним арестом. 4 февраля 1498 года Дмитрий Внук был официально провозглашён наследником престола.

Борьба, однако, завершена не была. Вскоре партии Софьи удалось добиться реванша - на сей раз в руки палачей отдали сторонников Дмитрия и Елены Волошанки. Развязка наступила 11 апреля 1502 года. Новые обвинения в заговоре в адрес Дмитрия Внука и его матери Ивана III счёл убедительными, отправив их под домашний арест. Спустя несколько дней соправителем отца и наследником престола был провозглашён Василий, а Дмитрий Внук с матерью были помещены в тюрьму.

Рождение империи

Софья Палеолог, фактически возведшая сына на русский престол, сама до этого момента не дожила. Она умерла 7 апреля 1503 года и была похоронена в массивном белокаменном саркофаге в усыпальнице Вознесенского собора в Кремле рядом с могилой Марии Борисовны , первой супруги Ивана III.

Великий князь, овдовевший вторично, пережил любимую Софью на два года, уйдя из жизни в октябре 1505 года. Елена Волошанка скончалась в тюрьме.

Василий III, взойдя на престол, первым делом ужесточил условия содержания для конкурента - Дмитрия Внука заковали в железные кандалы и поместили в маленькую камеру. В 1509 году 25-летний высокородный узник скончался.

В 1514 году в договоре с императором Священной Римской империи Максимилианом I Василий III впервые в истории Руси назван императором русов. Эту грамоту затем использует Пётр I как доказательство своих прав на коронацию в качестве императора.

Усилия Софьи Палеолог, гордой византийки, взявшейся за выстраивание новой империи взамен утраченной, не пропали даром.

В конце июня 1472 года из Рима в Москву торжественно отправилась в путь византийская принцесса Софья Палеолог: она ехала на свадьбу с великим князем Иваном III. Этой женщине суждено было сыграть важную роль в исторических судьбах России.

Византийская принцесса

29 мая 1453 года легендарный Царьград, осажденный турецкой армией, пал. Последний византийский император Константин XI Палеолог погиб в бою, защищая Константинополь.

Его младший брат Фома Палеолог, правитель небольшого удельного государства Морея на полуострове Пелопоннес, бежал с семьей на Корфу, а затем в Рим. Ведь Византия, надеясь получить от Европы военную помощь в борьбе с турками, подписала в 1439 году Флорентийскую унию об объединении Церквей, и теперь ее правители могли просить себе убежище у папского престола. Фома Палеолог смог вывезти величайшие святыни христианского мира, в том числе и главу святого апостола Андрея Первозванного. В благодарность за это он получил дом в Риме и хороший пансион от папского престола.

В 1465 году Фома скончался, оставив троих детей - сыновей Андрея и Мануила и младшую дочь Зою. Точная дата ее рождения неизвестна. Предполагают, что она родилась в 1443 или 1449 году во владениях своего отца на Пелопоннесе, где получила начальное воспитание. Образование царственных сирот взял на себя Ватикан, поручив их кардиналу Виссариону Никейскому. Грек по происхождению, бывший архиепископ Никейский, он был ревностным сторонником подписания Флорентийской унии, после чего стал кардиналом в Риме. Он воспитал Зою Палеолог в европейских католических традициях и особенно поучал, чтобы она во всем смиренно следовала принципам Католицизма, называя ее «возлюбленной дочерью Римской Церкви». Только в этом случае, внушал он воспитаннице, судьба одарит тебя всем. Однако сложилось все совсем наоборот.

В те годы Ватикан искал союзников, чтобы организовать против турок новый крестовый поход, намереваясь вовлечь в него всех европейских государей. Тогда по совету кардинала Виссариона папа и решил выдать Зою за недавно овдовевшего московского государя Ивана III, зная о его стремлении стать наследником византийских басилевсов. Этим браком преследовались две политические цели. Во-первых, рассчитывали, что великий князь Московии теперь примет Флорентийскую унию и подчинится Риму. А во-вторых, станет могущественным союзником и отвоюет бывшие владения Византии, взяв часть из них в приданое. Так по иронии истории этот судьбоносный для России брак был инспирирован Ватиканом. Оставалось получить согласие Москвы.

В феврале 1469 года в Москву прибыл посол кардинала Виссариона с письмом великому князю, в котором ему предлагалось сочетаться законным браком с дочерью деспота Морейского. В письме между прочим упоминалось, что Софья (имя Зоя дипломатично заменили на православное Софья) уже отказала двум сватавшимся к ней венценосным женихам - французскому королю и герцогу Медиоланскому, не желая выходить замуж за правителя-католика.

По представлениям того времени, Софья считалась уже немолодой женщиной, но она была очень привлекательна, с удивительно красивыми, выразительными глазами и нежной матовой кожей, что на Руси считалось признаком великолепного здоровья. А главное, она отличалась острым умом и статью, достойной византийской принцессы.

Московский государь принял предложение. Он направил в Рим своего посла, итальянца Джан Баттисту делла Вольпе (его в Москве прозвали Иваном Фрязиным), свататься. Посланный вернулся через несколько месяцев, в ноябре, привезя с собой портрет невесты. Этот портрет, которым словно началась в Москве эпоха Софьи Палеолог, считается первым на Руси светским изображением. По крайней мере, им были так изумлены, что летописец назвал портрет «иконой», не найдя другого слова: «А царевну на иконе написану принесе».

Однако сватовство затянулось, потому что московский митрополит Филипп долго возражал против брака государя с униаткой, к тому же воспитанницей папского престола, боясь распространения католического влияния на Руси. Только в январе 1472 года, получив согласие иерарха, Иван III отправил посольство в Рим за невестой. Уже 1 июня по настоянию кардинала Виссариона в Риме совершилось символическое обручение - помолвка принцессы Софьи и великого князя московского Ивана, которого представлял русский посол Иван Фрязин. В том же июне Софья тронулась в путь с почетной свитой и папским легатом Антонием, которому вскоре пришлось воочию убедиться в напрасности надежд, возлагаемых Римом на этот брак. По католической традиции, впереди шествия несли латинский крест, чем приводили в сильное смущение и волнение жителей России. Узнав о том, митрополит Филипп пригрозил великому князю: «Буде позволишь в благоверной Москве нести крест перед латинским епископом, то он внидет в единые врата, а я, отец твой, изыду другими вон из града». Иван III немедленно выслал боярина навстречу процессии с приказом убрать крест в сани, и легату пришлось с великим неудовольствием подчиниться. Сама принцесса повела себя, как и пристало будущей правительнице Руси. Вступив на псковскую землю, она первым делом посетила православный храм, где приложилась к иконам. Легату и здесь пришлось повиноваться: последовать за ней в церковь, а там и поклониться святым иконам и приложиться к образу Богоматери по приказу деспины (от греческого деспот - «правитель»). А потом Софья пообещала восхищенным псковичам свою защиту перед великим князем.

Иван III не намеревался ни воевать за «наследство» с турками, ни тем более принимать Флорентийскую унию. И Софья вовсе не собиралась окатоличивать Русь. Напротив, она явила себя деятельной православной. Некоторые историки считают, что ей было все равно, какую веру исповедовать. Другие же предполагают, что Софья, по-видимому, воспитанная в детстве афонскими старцами, противниками Флорентийской унии, в глубине души была глубоко православной. Она умело скрывала свою веру от могущественных римских «покровителей», которые не оказали помощи ее родине, предав ее иноверцам на разорение и гибель. Так или иначе, этот брак только усилил Московию, способствуя ее обращению в великий Третий Рим.

Кремлевская деспина

Ранним утром 12 ноября 1472 года Софья Палеолог прибыла в Москву, где все было готово к свадебному торжеству, приуроченному к именинам великого князя - дню памяти святого Иоанна Златоуста. В тот же день в Кремле во временной деревянной церкви, поставленной около строящегося Успенского собора, чтобы не прекращать богослужений, государь обвенчался с ней. Византийская принцесса впервые тогда увидела своего супруга. Великий князь был молод - всего 32 года, хорош собой, высок и статен. Особенно замечательными были его глаза, «грозные очи»: когда он гневался, женщины падали в обморок от его страшного взгляда. И прежде Иван Васильевич отличался крутым характером, а теперь, породнившись с византийскими монархами, он превратился в грозного и властного государя. В том была немалая заслуга его молодой жены.

Венчание в деревянной церквушке произвело сильное впечатление на Софью Палеолог. Византийская принцесса, воспитанная в Европе, многим отличалась от русских женщин. Софья принесла с собой свои представления о дворе и могуществе власти, и многие московские порядки пришлись ей не по сердцу. Ей не нравилось, что ее державный муж остается данником татарского хана, что боярское окружение ведет себя слишком вольно со своим государем. Что русская столица, построенная сплошь из дерева, стоит с залатанными крепостными стенами и с обветшавшими каменными храмами. Что даже государевы хоромы в Кремле деревянные и что русские женщины глядят на мир из окошечка светелок. Софья Палеолог не только произвела перемены при дворе. Некоторые московские памятники обязаны ей своим возникновением.

Она привезла на Русь щедрое приданое. После венчания Иван III принял в герб византийского двуглавого орла - символ царской власти, поместив его и на своей печати. Две головы орла обращены на Запад и Восток, Европу и Азию, символизируя их единство, а также единство («симфонию») духовной и светской власти. Собственно же приданым Софьи была легендарная «либерия» - библиотека, привезенная будто бы на 70 подводах (больше известная как «библиотека Ивана Грозного»). Она включала в себя греческие пергаменты, латинские хронографы, древневосточные манускрипты, среди которых были неизвестные нам поэмы Гомера, сочинения Аристотеля и Платона и даже уцелевшие книги из знаменитой Александрийской библиотеки. Увидев деревянную Москву, обгоревшую после пожара 1470 года, Софья испугалась за судьбу сокровища и на первое время спрятала книги в подклет каменной церкви Рождества Богородицы на Сенях - домовой церкви московских великих княгинь, построенной по приказанию святой Евдокии, вдовы Дмитрия Донского. А собственную казну, по московскому обычаю, положила на сохранение в подпол кремлевской церкви Рождества Иоанна Предтечи - самой первой церкви Москвы, стоявшей до 1847 года.

По преданию, она привезла с собой в подарок мужу «костяной трон»: его деревянный остов весь был покрыт пластинами из слоновой и моржовой кости с вырезанными на них сюжетами на библейские темы. Этот трон известен нам как трон Ивана Грозного: царь именно на нем изображен скульптором М. Антокольским. В 1896 году трон установили в Успенском соборе для коронации Николая II. Но государь приказал поставить его для императрицы Александры Федоровны (по другим данным - для своей матери, вдовствующей императрицы Марии Федоровне), а сам пожелал короноваться на троне первого Романова. И ныне трон Ивана Грозного - самый древний в кремлевском собрании.

Софья привезла с собой и несколько православных икон, в том числе и, как предполагают, редкую икону Божией Матери «Благодатное Небо». Икона находилась в местном чине иконостаса кремлевского Архангельского собора. Правда, по другому преданию, эта икона была привезена в древний Смоленск из Константинополя, а когда город захватила Литва, этим образом благословили литовскую княжну Софью Витовтовну на брак с великим московским князем Василием I. Икона, которая сейчас находится в соборе, - список с того древнего образа, исполненный по повелению Федора Алексеевича в конце XVII века. По традиции москвичи приносили к образу Божией Матери «Благодатное Небо» воду и лампадное масло, которые исполнялись лечебными свойствами, поскольку эта икона обладала особой, чудодейственной целительной силой. И еще после свадьбы Ивана III в Архангельском соборе появилось изображение византийского императора Михаила III, родоначальника династии Палеолог, с которой породнились московские правители. Так утверждалась преемственность Москвы Византийской империи, а московские государи представали наследниками византийских императоров.

После свадьбы и сам Иван III почувствовал необходимость перестроить Кремль в могущественную и неприступную цитадель. Все началось с катастрофы 1474 года, когда Успенский собор, возводимый псковскими мастерами, рухнул. В народе тотчас поползли слухи, что беда стряслась из-за «грекини», прежде пребывавшей в «латинстве». Пока выяснили причины обрушения, Софья посоветовала мужу пригласить итальянских архитекторов, которые тогда были лучшими мастерами в Европе. Их творения могли сделать Москву равной по красоте и величественности европейским столицам и поддержать престиж московского государя, а также подчеркнуть преемственность Москвы не только Второму, но и Первому Риму. Ученые подметили, что итальянцы ехали в неведомую Московию без страха, ибо деспина могла дать им защиту и помощь. Иногда встречается утверждение, будто бы это Софья подсказала мужу мысль пригласить именно Аристотеля Фиораванти, о котором она могла слышать в Италии или даже знать его лично, ведь он был на родине знаменит как «новый Архимед». Так это или нет, только русский посол Семен Толбузин, отправленный Иваном III в Италию, пригласил Фиораванти в Москву, и тот с радостью согласился.

В Москве его ждал особый, секретный заказ. Фиораванти составил генеральный план нового Кремля, возводимого его соотечественниками. Есть предположение, что неприступную крепость соорудили и для защиты либерии. В Успенском соборе зодчий сделал глубокий подземный склеп, куда сложили бесценную библиотеку. Этот-то тайник и обнаружил случайно великий князь Василий III спустя много лет после смерти родителей. По его приглашению в 1518 году в Москву для перевода этих книг приехал Максим Грек, который будто бы успел рассказать о них перед смертью Ивану Грозному, сыну Василия III. Где оказалась эта библиотека во времена Грозного, до сих пор неизвестно. Ее искали и в Кремле, и в Коломенском, и в Александровской слободе, и на месте Опричного дворца на Моховой. А теперь появилось предположение, что либерия покоится под дном Москвы-реки, в подземельях, прорытых от палат Малюты Скуратова.

Возведение некоторых кремлевских храмов также связано с именем Софьи Палеолог. Первым из них был собор во имя святого Николая Гостунского, построенный около колокольни Ивана Великого. Прежде там был ордынский двор, где жили ханские наместники, и такое соседство удручало кремлевскую деспину. По преданию, Софье во сне явился сам святой Николай Чудотворец и повелел построить на том месте православный храм. Софья проявила себя как тонкий дипломат: она направила к жене хана посольство с богатыми дарами и, рассказав о явленном ей чудесном видении, просила уступить ей землю в обмен на другую - за пределами Кремля. Согласие было получено, и в 1477 году появился деревянный Никольский собор, позднее замененный каменным и простоявший до 1817 года. (Напомним, что дьяконом этого храма был первопечатник Иван Федоров). Впрочем, историк Иван Забелин считал, что по приказу Софьи Палеолог в Кремле выстроили другую церковь, освященную во имя святых Космы и Дамиана, которая не дожила до наших дней.

Предания называют Софью Палеолог основательницей Спасского собора, который, правда, при возведении Теремного дворца в XVII веке был построен заново и стал тогда же называться Верхоспасским - из-за своего расположения. Другое предание гласит, что Софьей Палеолог был привезен в Москву храмовый образ Нерукотворного Спаса этого собора. В XIX веке художник Сорокин писал с него образ Господа для храма Христа Спасителя. Этот образ чудом сохранился до наших дней и теперь находится в нижнем (стилобатном) Преображенском храме как его главная святыня. Известно, что Софья Палеолог действительно привезла образ Спаса Нерукотворного, которым благословил ее отец. В кремлевском соборе Спаса на Бору хранился оклад с этого образа, а на аналое лежала икона Всемилостивого Спаса, тоже привезенная Софьей.

С храмом Спаса на Бору, который тогда был соборным храмом кремлевской Спасской обители, и деспиной связана еще одна история, благодаря которой в Москве появился Новоспасский монастырь. После свадьбы великий князь все еще жил в деревянных хоромах, то и дело горевших в частых московских пожарах. Однажды самой Софье пришлось спасаться от огня, и она наконец попросила мужа построить каменный дворец. Государь решил сделать жене приятное и исполнил ее просьбу. Так собор Спаса на Бору вместе с обителью оказался стеснен новыми дворцовыми постройками. И в 1490 году Иван III перенес обитель на берег Москвы-реки в пяти верстах от Кремля. С тех пор монастырь стал именоваться Новоспасским, а собор Спаса на Бору остался обычной приходской церковью. Из-за постройки дворца долго не восстанавливалась кремлевская церковь Рождества Богородицы на Сенях, тоже пострадавшая от пожара. Лишь когда дворец был готов окончательно (а это случилось только при Василии III), у него появился второй этаж, и в 1514 году архитектор Алевиз Фрязин поднял Рождественский храм на новый уровень, отчего он и сейчас виден с Моховой улицы.

В XIX веке во время раскопок в Кремле обнаружили чашу с античными монетами, чеканенными при римском императоре Тиверии. По мнению ученых, эти монеты привез кто-то из многочисленной свиты Софьи Палеолог, в которой были уроженцы и Рима, и Константинополя. Многие из них заняли государственные посты, стали казначеями, послами, переводчиками. В свите деспины на Русь прибыл А. Чичери, предок бабушки Пушкина, Ольги Васильевны Чичериной, и знаменитого советского дипломата. Позднее Софья пригласила из Италии врачей для семьи великого князя. Занятие врачеванием было тогда очень опасным для иностранцев, особенно когда дело касалось лечения первого лица государства. Требовалось полное выздоровление высочайшего пациента, в случае же смерти больного у самого врача отнималась жизнь.

Так, лекарь Леон, выписанный Софьей из Венеции, поручился головой, что вылечит страдавшего подагрой наследника - князя Ивана Ивановича Младого, старшего сына Ивана III от первой жены. Однако наследник умер, и лекаря казнили в Замоскворечье на Болвановке. В смерти молодого князя народ обвинил Софью: ей особенно могла быть выгодна смерть наследника, ибо она мечтала о престоле для своего сына Василия, родившегося в 1479 году.

Софью не любили в Москве за ее влияние на великого князя и за перемены в московской жизни - «нестроения великие», как выразился боярин Берсень-Беклемишев. Она вмешивалась и во внешнеполитические дела, настаивая, чтобы Иван III перестал платить дань ордынскому хану и освободился от его власти. И будто бы однажды молвила она мужу: «Я отказала в руке своей богатым, сильным князьям и королям, для веры вышла за тебя, а ты теперь хочешь меня и детей моих сделать данниками; разве у тебя мало войска?» Как отметил В.О. Ключевский, искусные советы Софьи всегда отвечали тайным намерениям ее мужа. Иван III действительно отказался платить дань и растоптал ханскую грамоту прямо на ордынском дворе в Замоскворечье, где потом возвели Преображенский храм. Но и тогда народ «наговорил» на Софью. Перед выходом к великому стоянию на Угре в 1480 году Иван III отправил жену с малыми детьми на Белоозеро, за что ему приписали тайные намерения бросить власть и бежать с супругой, если хан Ахмат возьмет Москву.

Освободившись от ханского ига, Иван III ощутил себя полновластным государем. Стараниями Софьи дворцовый этикет стал напоминать византийский. Великий князь сделал жене «подарок»: он разрешил ей иметь собственную «думу» из членов свиты и устраивать «дипломатические приемы» на своей половине. Она принимала иностранных послов и заводила с ними учтивую беседу. Для Руси это было неслыханное новшество. Изменилось обращение и при государевом дворе. Византийская принцесса принесла мужу державные права и, по словам историка Ф.И. Успенского, право на трон Византии, с чем пришлось считаться боярам. Прежде Иван III любил «против себя встречу», то есть возражения и споры, но при Софье изменил обращение с придворными, стал держать себя недоступно, требовал особого почтения и легко впадал в гнев, то и дело налагая опалу. Эти напасти тоже приписали пагубному влиянию Софьи Палеолог.

Между тем их семейная жизнь не была безоблачной. В 1483 году брат Софьи Андрей выдал свою дочь замуж за князя Василия Верейского, правнука Дмитрия Донского. Софья преподнесла племяннице на свадьбу ценный подарок из государевой казны - украшение, прежде принадлежавшее первой жене Ивана III Марии Борисовне, естественно полагая себя в полном праве сделать этот подарок. Когда великий князь хватился украшения, чтобы пожаловать его невестке Елене Волошанке, подарившей ему внука Дмитрия, разразилась такая буря, что Верейскому пришлось бежать в Литву.

А вскоре и над головой самой Софьи нависли грозовые тучи: начались распри по поводу наследника престола. У Ивана III от старшего сына остался внук Дмитрий, родившийся в 1483 году. Софья же родила ему сына Василия. Кому из них должен был достаться престол? Эта неопределенность стала причиной борьбы между двумя придворными партиями - сторонниками Дмитрия и его матери Елены Волошанки и сторонниками Василия и Софьи Палеолог.

«Грекиню» тут же обвинили в нарушении законного престолонаследия. В 1497 году недруги наговорили великому князю, будто Софья хочет отравить его внука, чтобы посадить на престол собственного сына, что ее тайно посещают ворожеи, готовящие ядовитое зелье, и что сам Василий участвует в этом заговоре. Иван III принял сторону внука, арестовал Василия, ворожей велел утопить в Москве-реке, а жену от себя удалил, демонстративно казнив нескольких членов ее «думы». Уже в 1498 году он венчал в Успенском соборе Дмитрия как наследника престола. Ученые считают, что именно тогда зародилось знаменитое «Сказание о князьях Владимирских» - литературный памятник конца XV - начала XVI веков, где повествуется о шапке Мономаха, которую византийский император Константин Мономах будто бы прислал с регалиями своему внуку - киевскому князю Владимиру Мономаху. Таким образом доказывалось, что русские князья породнились с византийскими правителями еще во времена Киевской Руси и что потомок старшей ветви, то есть Дмитрий, обладает законным правом на престол.

Однако способность плести придворные интриги была у Софьи в крови. Она сумела добиться падения Елены Волошанки, обвинив ее в приверженности ереси. Тогда великий князь наложил на невестку и внука опалу и в 1500 году нарек Василия законным наследником престола. Кто знает, по какому пути пошла бы русская история, если бы не Софья! Но Софье выпало недолго наслаждаться победой. Она умерла в апреле 1503 года и была с почетом похоронена в кремлевском Вознесенском монастыре. Иван III умер два года спустя, и в 1505 году Василий III взошел на престол.

В наши дни ученые сумели восстановить по черепу Софьи Палеолог ее скульптурный портрет. Перед нами предстает женщина выдающегося ума и сильной воли, что подтверждает многочисленные предания, сложенные вокруг ее имени.