Все это русские люди, мыслители и философы, которые стали изгнанниками своей Родины. Они и многие другие представители покинули Россию осенью 1922 года по принуждению. Философский пароход - такое собирательное название получили два судна, отправившиеся из России в Германию, на борту которых были выдворенные из страны представители интеллигенции, не принявшие большевистскую идеологию.

В последнее время появились издания и документальные фильмы, доказывающие, что философский пароход - это выдумка большевиков, что на самом деле не так много человек было выслано. А главное назначение шумихи в том, чтобы западноевропейские правительства поверили, что в Европу направились противники большевистского режима. А на самом деле там были шпионы, разведчики, которые должны были готовить почву для мировой революции, о которой тогда грезили социал-демократы России.

Обратимся к фактам. В начале 20-х годов в России установился во главе с Лениным. Политическая жизнь находилась под полным контролем, проводились громкие процессы против эсеров и меньшевиков, формировалась единая идеологическая система. Но культурная и духовная жизнь как будто выходила за рамки этой единой политики. Серебряный век, обозначившийся всплеском в искусстве, философской и научной мысли, по инерции продолжал свое развитие. Интеллигенция, свободно мыслящая, способная критически оценивать коммунистическую идеологию, представляла опасность для складывающегося режима. Прочитайте «Собачье сердце», вам многое станет ясно о положении мыслящих людей того времени.

В такой обстановке Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принимает закон «Об административной высылке», логическим завершением которого и стал философский пароход. 1922 год ознаменовался арестами представителей интеллигенции, заподозренных в контрреволюционных наклонностях, перед которыми вставал выбор: либо «добровольный» выезд, либо тюрьма или даже расстрел.

По воспоминаниям Николая Бердяева понятно, что проводилась обработка «добровольных» эмигрантов. Просидев в тюрьме неделю, Бердяев подписал расписку о том, что не вернется на Родину. В противном случае был бы расстрелян. Подобную обработку прошли многие спутники Николая Александровича.

По всей России формировались списки неугодных для новой власти. Среди них были врачи, агрономы, инженеры, артисты и философы. Последние внесли особый вклад в развитие мировой философии, социологии, политологии.

Всего философский пароход увез из России около 200 ее лучших представителей. Проследив жизненный путь многих, мы поймем, что это были честные люди, далеко не богатые, для большинства из них эмиграция не была легкой, и до конца дней они оставались русскими по духу. Тяжелое испытание, выпавшее на долю России в 1941-1945 гг., не оставило равнодушными выдворенных из страны. По мере сил они помогали Родине и Советской армии в борьбе с фашизмом.

Судно, на котором выдворяли эмигрантов, назвали «философский пароход». 1922 год для них стал последним в России. Исключение представляет только и историк Лев Карсавин. В конце 20-х годов он переезжает в Литву, которая вскоре оказалась в В 1950 году Лев Платонович был арестован в возрасте 68 лет по обвинению в антисоветском заговоре и приговорен к 10 годам колонии. Умер в заключении.

Таковы факты. Возможно, философский пароход и вез несколько человек, которые играли роль двойных агентов. Однако сути дела это не меняет. Важно понимать, что философский пароход стал следствием борьбы за управление обществом, в результате были устранены лучшие умы России.

«Мы этих людей выслали потому, что расстрелять
их не было повода, а терпеть было невозможно»

Л.Д. Троцкий

Философский пароход

Осенью 1922 г. из советской России было выслано около двухсот неугодных власти интеллектуалов: в их число входили инженеры, экономисты, врачи, писатели, журналисты, юристы, философы, преподаватели... На двух пароходах тогда уместились почти все русские философы. 29 сентября на борту парохода "Обербургомистр Хакен" уплыли в Германию Н. А. Бердяев, С. Л. Франк, И. А. Ильин, С. Е. Трубецкой, Б. П. Вышеславцев, М. А. Осоргин и многие другие.

Через полтора месяца пароход "Пруссия" увез Н. О. Лосского, Л. П. Карсавина, И. И. Лапшина, А. А. Кизеветтера. Еще раньше в Ригу были депортированы философы П. А. Сорокин и Ф. А. Степун, а историк А.В. Флоровский - в Константинополь. В начале 1923 г. за рубеж был выслан известный философ и религиозный деятель С. Н. Булгаков.

Н.А. Бердяев

Акция принудительной высылки лучшей части отечественной интеллигенции ознаменовала не столько начало политических репрессий, сколько раскол внутри русской культуры. С момента, как пароход «Пруссия» отправился в свой исторический рейс, русская мысль перестала быть единым феноменом, культурным событием, - она трагически разделилась на Русское Зарубежье и Россию Советскую. Поразительно точно описал ситуацию Н. О. Лосский: "...Германия - все же не Сибирь, но как же чудовищно трудно было оторваться от корней, от самой своей сути, которая умещалась в одном коротком слове - Россия". Те же, кто остался, кто не был предан своей страной, предвидели ужасные последствия высылки: "Страна, лишившись своей интеллигенции, двигается вспять", - писал Максим Горький, - "без творцов русской науки и культуры нельзя жить, как нельзя жить без души".

Спустя много лет это драматическое событие получило символическое название "философские пароходы". Тем самым авторы данного термина хотели подчеркнуть огромный вклад, который внесли высланные философы в воспитание нового поколения русской эмиграции, в мировую и отечественную философскую мысль. Размышляя о феномене "философского парохода" стоит обратить внимание на характерную деталь в судьбе "изгнанников идеи": "..в отличие от писателей, известность которых фактически не выходила за круг эмиграции, работы русских философов получили в Западной Европе широкое распространение. Их знали не только в русских кварталах Берлина и Парижа - они сделались величинами мирового масштаба, а русская философская мысль благодаря их трудам стала частью философской культуры человечества".

И.А. Ильин

Сегодня известно множество причин высылки русской интеллигенции из страны: это и выход русского варианта книги О. Шпенглера "Закат Европы", изданной философами Н. А. Бердяевым, Ф. А. Степуном и С. Л. Франком, и критические отзывы о советской власти и экономической модели в журнале "Экономист", издававшемся в Петрограде, и выступления профессуры против большевистских реформ высшей школы в 1921 г., и много другое. Однако настоящей причиной, как писал И.А. Бунин в "Окаянных днях", были не события, а время... По мере перехода к НЭПу В. И. Ленин и его окружение оказались перед дилеммой: сопроводить определенную свободу в сфере экономики политической либерализацией, определенным ограничением своей власти или для ее сохранения в будущем пойти по пути высылок, репрессий по отношению к политическим оппонентам и потенциальным конкурентам. Большевистским правительством был выбран второй вариант. В 1921 - 1922 гг. обычным делом стали аресты, высылки, расстрелы, которые выносились революционными трибуналами и коснулись всех политических противников РКП(б) - меньшевиков, эсеров, кадетов, священнослужителей.

В русле этой тактики уничтожения политической и идеологической оппозиции к лету 1922 г. было принято решение организовать высылку за границу представителей «антисоветской интеллигенции», тех, кто скептически относился к эксперименту большевиков, выступал публично против их идей, кто до октября 1917 г. был активным сторонником демократических идей и не собирался от них отказываться. Они работали в вузах, в издательствах, в журналах, в различных государственных учреждениях, в кооперации, то есть, в целом оказывали влияние на интеллектуальное развитие страны. "Политиканствующие ученые-профессора» обвинялись в том, что «на каждом шагу оказывали упорное сопротивление советской власти, упорно, злобно и последовательно старались дискредитировать все начинания советской власти, подвергая их якобы научной критике".

А.А. Кизеветтер

"Операция" против инакомыслящих представляла собой не одномоментное действие, а серию последовательных акций. Можно выделить следующие ее основные этапы: аресты и административные ссылки врачей, репрессии вузовской профессуры и профилактические мероприятия в отношении буржуазного студенчества. В этот же период проходили аресты руководителей политических партий, оппозиционных большевикам.

Идею высылки представителей оппозиции за границу выдвинул В. И.Ленин. «Почти все [философы] - законнейшие кандидаты на высылку за границу, явные контрреволюционеры», - писал он Л. Д. Троцкому. Из директив В. И. Ленина: "Продолжать неуклонно высылку активной антисоветской интеллигенции за границу. Тщательно составить списки. На каждого интеллигента должно быть дело...". Существовало несколько параллельно разрабатывавшихся списков: московский, петроградский, украинский. На высылаемых заготавливались характеристики. Их основу составлял компрометирующий материал, которым располагали органы политической полиции. Всех философов высылали по статье № 75 Уголовного Кодекса: "контрреволюционная деятельность".

Аресты, процесс и сама высылка напоминали фарс. Вот, что вспоминает философ и публицист М. А. Осоргин: "...все эти следователи были малограмотны, самоуверенны и ни о ком из нас не имели никакого представления... в одной бумажке оказалось изложение нашей вины: «нежелание примириться и работать с советской властью".

Н.О. Лосский

И далее о том, как проходила высылка: "Это тянулось больше месяца. Всесильное ГПУ оказалось бессильным помочь нашему добровольному выезду за пределы Родины. Германия отказала в вынужденных визах, но обещала немедленно предоставить их по нашей личной просьбе. И вот нам, высылаемым, было предложено сорганизовать деловую группу с председателем, канцелярией, делегатами. Собирались, заседали, обсуждали, действовали. Меняли в банке рубли на иностранную валюту, заготовляли красные паспорта для высылаемых и сопровождающих их родных. Среди нас были люди со старыми связями в деловом мире, только они могли добиться отдельного вагона в Петербурге. В Петербурге сняли отель, кое-как успели заарендовать все классные места на уходящем в Штетин немецком пароходе. Все это было очень сложно, и советская машина по тем временам не была приспособлена к таким предприятиям. Боясь, что всю эту сложность заменят простой нашей ликвидацией, мы торопились и ждали дня отъезда; а пока приходилось как-то жить, добывать съестные припасы, продавать свое имущество, чтобы было с чем приехать в Германию. Многие хлопотали, чтобы их оставили в РСФСР, но добились этого только единицы... Люди разрушали свой быт, прощались со своими библиотеками, со всем, что долгие годы служило им для работы, без чего как-то и не мыслилось продолжение умственной деятельности, с кругом близких и единомышленников, с Россией. Для многих отъезд был настоящей трагедией,- никакая Европа их манить к себе не могла; вся их жизнь и работа были связаны с Россией связью единственной и нерушимой отдельно от цели существования".

Л.П. Карсавин

В "Правде" публикуется сообщение о высылке, в котором указывается, что наиболее активные «контрреволюционные элементы» из среды профессуры, врачей, агрономов, литераторов, высылаются частью в Северные губернии России, частью за границу. Среди высылаемых почти нет крупных научных имен.

Что касается судьбы высланных, то она удивительна: оторванные от родины, лишенные привычного культурного контекста, помещенные в чуждую среду отечественные философы и мыслители не растворились в потоках эмиграции, а наоборот преподнесли Европе совершенно неизвестную интеллектуальную Россию.

Изгнание выдающихся представителей русской культуры и науки, - безусловно, трагической эпизод истории России XX в. Между тем, анализ с позиций сегодняшнего дня, как это и ни странно, показывает не только негативные стороны этого события. Благодаря высылке остались в живых выдающиеся ученые, которые внесли существенный вклад в развитие мировой науки, техники и искусства. Примерно такой же точки зрения придерживаются и некоторые историки Русского Зарубежья: "Благодаря Ленину, Зарубежная Россия получила когорту блестящих ученых и интеллектуалов, чья деятельность призвана была заложить основы культуры русской эмиграции".

П.А. Сорокин

Высылка за границу была решением радикальным, но, по сравнению со смертными приговорами, выносимыми на публичных процессах, мерой достаточно "гуманной". К тому же советское правительство не могло рискнуть в 1922 г. расстрелять сто или двести виднейших представителей русской интеллигенции.

Многие изгнанники, находясь за границей, вошли в число выдающихся ученых XX века: Питирим Сорокин стал «отцом» американской социологии, Николай Бердяев оказал существенное влияние на умы всей думающей Европы, основал Религиозно-Философскую академию, публикует журнал «Путь» , С. Н. Булгаков возглавлял Православный Богословский Институт в Париже, Л. П. Карсавин организует Русский научный институт, Н. О. Лосский создает в эмиграции выдающие труды по этике и теории познания, повлиявшие на развитие многих философских школ.

"Философский пароход" стал знаковым явлением для российской истории мысли. Сегодня многие требуют дать однозначный ответ: отрицательное ли это событие с точки зрения культуры или положительное с точки зрения судьбы высланных. А есть ли необходимость выносить вердикт? "Философский пароход" - факт нашей истории, его, разумеется, нельзя игнорировать при том, что идеологизация его неизбежна. Существенно здесь то, что мысль, свободная мысль, была сохранена, и диалог с ней продолжается до сих пор.

Гусев Д.А.

Аспирант факультета философии и политологии СПбГУ

29 сентября 1922 года из Петрограда отплыл «Философский пароход», пассажирами его были выдающиеся русские мыслители. Кто это был? Почему они оказались на борту? Мы расскажем о семерых наиболее известных пассажирах этого памятного рейса.

Николай Бердяев

О чем думал
Несмотря на то, что в молодости Бердяев пережил серьезное увлечение марксизмом (как и любой образованный человек того времени), высылки он не избежал, поскольку проявил себя прежде всего религиозным мыслителем. Главная тема Бердяева – свобода, которая имеет для него добожественное происхождение и коренится в Ничто. Христианство Бердяев понимает, прежде всего, как религию свободы, религию, впервые утверждающую роль личности в истории. Человек по Бердяеву – соработник Бога, и главная его задача – приближение Царства Божиего.

За что выслали
Бердяев был одной из центральных фигур движения веховцев, программный сборник которого Ленин в 1909 году охарактеризовал как «энциклопедию либерального ренегатства». В 1920 году Бердяев был допрошен лично Дзержинским по делу о так называемом Тактическом центре, к которому непосредственного отношения философ не имел. Однако на допросе он открыто высказал свое отношение к коммунистической идеологии. Бердяев критиковал коммунизм, прежде всего, с религиозных позиций, как учение отрицающее личность, но видел в революции историческую неизбежность и отмечал правоту марксизма во многих социально-экономических вопросах.

Вне России
Бердяев органично влился в интеллектуальную жизнь Европы: принимал участие в международных философских конгрессах, читал лекции, публиковался в немецких и французских изданиях. По его инициативе в Париже открылась Религиозно-философская академия (РФА), с 1925 по 1940 гг. издавался религиозно-философский журнал «Путь». Бердяев был главным идеологом Русского студенческого христианского движения (РСХД), руководил издательством «YMCA ‒ Press» («Христианского союза молодёжи»), участвовал в создании Лиги православной культуры. Во время Второй мировой войны Бердяев занял активную просоветскую позицию.

Иван Ильин

О чем думал
В 1918 году была издана главная работа Ильина до высылки из России – «Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека». Н. О. Лосский отмечал, что Ильин опроверг ложное представление о философии Гегеля как системе абстрактного панлогизма и доказал, что идея для Гегеля – это конкретный принцип. В этом выразилась характерная для русской философии тенденция к конкретному идеал-реализму. Ильин видел смысл философии в постижении Бога и божественных проявлений в мире. Одной из самых известных книг Ильина является «Сопротивление злу силою», где он полемизирует с учением Льва Толстого.

За что выслали
Ильин – один из самых оригинальных представителей консервативной мысли в России. Он открыто поддерживал белое движение, выступал против реформы орфографии 1918 г., последовательно критиковал большевистскую власть.

Вне России
С 1923 по 1934 гг. Ильин работал в Русском научном институте в Берлине. Являясь главным идеологом белого движения (с 1927 по 1930 гг. издавал журнал «Русский колокол»), активно участвовал в общественной жизни Германии: выступал на антикоммунистических митингах, на первых порах активно поддерживал распространение фашизма в Европе, видя в нем защиту от коммунизма. В 1938 перебрался в Швейцарию, где обосновался благодаря помощи Сергея Рахманинова.

Семен Франк

О чем думал
В молодости был убежденным марксистом, но позже перешел в стан христианского идеализма. Франка относят к философскому течению интуитивизма. Он исследовал природу человеческого познания, его границы. В книге «Душа человека» Франк разработал философские основы психологии. Он развивал идеи платонизма, стремился объединить рациональное знание и религиозную веру.

За что выслали
Франк был участником движения веховцев, публиковался в сборниках «Проблемы идеализма» (1902), «Вехи» (1909), «Из глубины» (1918). Он не скрывал своего критического отношения к социализму, в котором видел идеологию, отрицающую свободу личности и целиком превращающую человека в винтик общественной машины.

Вне России
За границей Франк сначала поселился в Берлине, участвовал в деятельности Религиозно-Философской Академии, организованной Бердяевым. Позже переехал во Францию, затем в Лондон. В эмиграции продолжил заниматься творческой деятельностью: читал лекции, участвовал в международных философских конгрессах, публиковался в европейских журналах.

Николай Лосский

О чем думал
Николай Онуфриевич Лосский – русский религиозный мыслитель, один из основателей интуитивистской философии. Интуитивизмом Лосский называет «учение о том, что познанный объект, даже если он составляет часть внешнего мира, включается непосредственно сознанием познающего субъекта, так сказать, в личность и поэтому понимается как суще¬ствующий независимо от акта познания» . Философ выделяет три вида интуиции - чувственную, интеллектуальную и мистическую. Важнейшим вкладом Лосского в русскую культуру считается сделанный им перевод «Критики чистого разума» Канта.

За что выслали
С 1916 года Лосский был профессором Санкт-Петербургского университета. Однако после революции его лишили кафедры за христианское мировоззрение. После запрещения преподавательской деятельности последовала и высылка из России.

Вне России
До 1942 года Лосский жил в Праге, где остановился по приглашению философа, социолога и первого президента Чехословакии Томаша Масарика. С 1942 по 1945 г. был профессором философии в Братиславе, в Чехословакии. Потом перебрался в Нью-Йорк, там он преподавал в Русской духовной академии. Умер Лосский в 1965 году, в Париже.

Борис Вышеславцев

О чем думал
Важнейшей проблемой, которой занимался Вышеславцев, является, так называемая «философия сердца». По замечанию Лосского, он, вслед за христианским мистицизмом, «понимает сердце не просто как способность к эмоциям, но как нечто гораздо более значительное, а именно как онтологический сверхрациональный принцип, составляющий реальную «самость» личности» .

За что выслали
Еще в 1908 году Вышеславцев сдал магистерский экзамен по философии. После трехлетнего пребывания за границей, он читал лекции по философии права в Московском университете. После революции участвовал в работе Вольной академии духовной культуры, основанной Бердяевым.

Вне России
Вышеславцев остановился в Берлине, где до 1924 г. преподавал в Религиозно-философской академии. Вместе с академией переехал в Париж. Там до 1947 года преподавал в Свято-Сергиевском православном богословском институте. Участвовал в создании издательства YMCA-Press.

Сергей Трубецкой

О чем думал
Сергей Евгеньевич Трубецкой – сын религиозного философа Евгения Николаевича Трубецкого. В 1912 году окончил историко-филологический факультет Московского университета. На Первую мировую войну пытался уйти добровольцем, но не был допущен из-за проблем со здоровьем. После Февральской революции занимался антисоветской деятельностью. В 1919 году стал одним из инициаторов создания Тактического центра – объединения подпольных антибольшевистских организаций.

За что выслали
Сергей Трубецкой был арестован в феврале 1920 года по обвинению в пособничестве контрреволюции. Верховный ревтрибунал при ВЦИК приговорил его к расстрелу, но наказание было заменено на 10 лет лишения свободы. В конце 1921 года Трубецкого освободили от отбытия наказания, а 29 сентября 1922 года выслали за границу.

Вне России
Сергей Трубецкой поселился в Берлине. До 1938 года работал в Русском общевоинском союзе (РОВС) – самой массовой организации русских эмигрантов, созданной П. Н. Врангелем; занимался публицистикой и переводами. Самая известная работа Сергея Трубецкого – книга мемуаров «Минувшее».

Лев Карсавин

О чем думал
Лев Платонович Карсавин – не только религиозный философ, но и историк-медиевист. Окончил Историко-филологический факультет Петербургского университета. Защитил магистерскую диссертацию «Очерки религиозной жизни в Италии XII-XIII веков», и докторскую – «Основы средневековой религиозности в XII-XIII вв., преимущественно в Италии». Кроме многочисленных трудов по истории религиозных течений, Карсавин разрабатывал собственную версию философии Всеединства.

За что выслали
В 1918 – 1922 гг. участвовал в деятельности Братства Святой Софии, был одним из учредителей издательства «Петрополис» и Богословского института.

Вне России
В Берлине Карсавина избрали товарищем председателя Бюро Русского академического союза в Германии. Он участвовал в создании Русского научного института и издательства «Обелиск». В 1926 году переехал в Париж, где стал участником Евразийского движения. В 1927 году Карсавина пригласили занять кафедру в Литовском университете, в Каунасе. Там он преподавал до 1940 года, потом стал профессором Вильнюсского университета. В 1949 г. Карсавина арестовали за участие в антисоветском евразийском движении и приговорили к 10 годам лишения свободы. В 1952 году он умер от туберкулеза в одном из лагерей республики Коми.

Александр Славич

Русская интеллигенция в своем большинстве не приняла антидемократического большевистского переворота 1917 г., и поэтому она стала одной из главных жертв красного террора. По сведениям, собранным русским историком и политическим деятелем С. П. Мельгуновым, из 5004 расстрелянных во второй половине 1918 г. интеллигенты составляли 1286 – много больше представителей других слоев населения.

С началом нэпа появилась надежда, что коммунистический режим будет эволюционировать к большей свободе не только в экономической, но и в идеологической и даже политической сферах. В частных издательствах и журналах, в различных общественных и культурно-просветительских организациях, в философских кружках находили себе приют мыслители и публицисты, далекие от марксистского официоза. Порой представители интеллигенции пытались прямо оппонировать новой власти. Например, в мае 1922 г. на I Всероссийском съезде геологов была принята следу­ющая резолюция: «Русские ученые остро чувствуют гражданское бесправие, в котором пребывает сейчас весь народ, и полагают, что уже наступило время для обеспечения в стране элементарных прав человека и гражданина, без чего никакая общеполезная ра­бота, и научная прежде всего, не может протекать нормально». Однако большевики очень быстро показали, что не намерены отказываться от идеологической и политической монополии. Длань красного самодержавия оказалась куда тяжелей, чем самодержавия романовского.

8 июня 1922 г. было принято Постановление Политбюро «Об антисоветских группировках среди интеллигенции», гласившее, что отныне «ни один съезд или всероссийское совещание спецов (врачей, агрономов, инженеров, адвокатов и проч.) не может созываться без соответствующего на то разрешения НКВД РСФСР. Местные съезды или совещания спецов разрешаются губисполкомами с предварительным запросом заключения местных отделов ГПУ (губотделов)». Главному политическому управлению предписывалось «произвести… перерегистрацию всех обществ и союзов (научных, религиозных, академических и проч.) и не допускать открытия новых обществ и союзов без соответствующей регистрации ГПУ. Незарегистрированные общества и союзы объявить нелегальными и подлежащими немедленной ликвидации». Политотделу Госиздата совместно с ГПУ надлежало «произвести тщательную проверку всех печатных органов, издаваемых частными обществами, секциями спецов при профсоюзах и отдельными наркоматами…», а также строжайше предписывалось следить за политическими настроениями профессуры и студенчества. В ноябре вышел циркуляр ГПУ своим органам в вузах о том, что на каждого профессора и политически активного студента должен составляться формуляр, куда бы систематически заносился осведомительский материал. Это был конец (пусть и очень относительной) автономии интеллигенции от коммунистического государства.

Одним из наиболее ярких эпизодов антиинтеллигентской кампании стала массовая высылка выдающихся представителей русской интеллектуальной элиты за границу, известная под не совсем точным названием «Философский пароход». Главным инициатором этой высылки был сам «вождь мирового пролетариата» В. И. Ленин (Ульянов), бдительно следивший за немарксистской гуманитарной литературой, все еще издававшейся в «стране победившего социализма». Например, в марте 1922 г. его внимание привлек, в сущности, невинный сборник статей Н. А. Бердяева, Я. М. Букшпана, Ф. А. Степуна и С. Л. Франка «Освальд Шпенглер и Закат Европы», который он «отрецензировал» в письме секретарю Совнаркома Н. И. Горбунову следующим образом: «Секретно. Т. Горбунов! О прилагаемой книге я хотел поговорить с Уншлихтом [зампред ГПУ. – С. Сергеев. ]. По-моему, похоже на “литературное прикрытие белогвардейской организации”. Поговорите с Уншлихтом не по телефону, и пусть он мне напишет секретно, а книгу вернет».

12 марта 1922 г. в журнале «Под знаменем марксизма» была опубликована программная статья Ленина «О значении воинствующего материализма», в которой об авторах журнала «Экономист», и прежде всего о знаменитом социологе П. А. Сорокине, было недвусмысленно заявлено: «Рабочий класс в России сумел завоевать власть, но пользоваться ею пока еще не научился, ибо в противном случае он бы подобных преподавателей и членов ученых обществ давно бы вежливенько препроводил в страны буржуазной “демократии”. Там подобным крепостникам самое настоящее место». 19 мая 1922 г. в письме к Ф. Э. Дзержинскому Владимир Ильич поставил вопрос об авторах «Экономиста» на практическую почву: «Это [«Экономист». – С. С. ], по-моему, явный центр белогвардейцев. В № 3… напечатан на обложке список сотрудников. Это, я думаю, почти все – законнейшие кандидаты на высылку за границу. Все это явные контрреволюционеры, пособники Антанты, организация ее слуг и шпионов и растлителей учащейся молодежи. Надо поставить дело так, чтобы этих “военных шпионов” изловить, и излавливать постоянно и систематически, и высылать за границу. Прошу показать это секретно, не размножая, членам Политбюро, с возвратом Вам и мне, и сообщить мне их отзывы и Ваше заключение».

И вновь по инициативе Ленина в Уголовный кодекс РСФСР в июне 1922 г. была включена статья 70, гласившая: «Пропаганда и агитация в направлении помощи международной буржуазии… карается изгнанием из пределов РСФСР или лишением свободы на срок не ниже трех лет». Ее хорошо дополняла статья 71: «Самовольное возвращение в пределы РСФСР… карается высшей мерой наказания». 10 августа 1922 г. был принят декрет ВЦИК об административной высылке за границу или «в определенные местности» страны с целью «изоляции лиц, причастных к контрреволюционным выступлениям». Так было создано «юридическое обеспечение» высылки. Тогда же, в августе, компетентные органы принялись «излавливать и высылать» неугодных рабоче-крестьянской власти инакомыслящих, список которых утверждался на уровне Политбюро.

Операцию лично курировали высшие чины ГПУ: Ф. Э. Дзержинский, В. Р. Менжинский, И. С. Уншлихт, Г. Г. Ягода (Иегуда) и др. 18 августа Уншлихт рапортовал Ленину: «Согласно вашему распоряжению направляю списки интеллигенции по Москве, Питеру и Украине, утвержденные Политбюро. Операция произведена в Москве и Питере с 16-го на 17-е с. г., по Украине с 17-го на 18-е. Московской публике сегодня объявлено постановление о высылке за границу и [арестованные. – С. С .] предупреждены, что самовольный въезд в РСФСР карается расстрелом… Ежедневно буду вам посылать сводку о ходе высылки». Кроме указанных Уншлихтом мест, аресты проводились также в Казани. Сохранилось немало документальных свидетельств о том, как происходил процесс высылки.

Н. А. Бердяев был задержан 16 августа 1922 г., это был уже второй его арест (первый произошел в 1920 г.). Обыск, начавшийся в 1 час ночи, закончился в 5 часов 10 минут утра. Был проведен тщательно запротоколированный допрос, на котором арестованному задавали вопросы об отношении к советской власти, забастовкам профессоров; о взглядах на задачи интеллигенции; о перспективах эмиграции и т. д.

19 августа следователь Бахвалов подписал постановление, решившее судьбу подследственного: «1922 года, августа 19 дня, я, сотрудник 4-го отделения СО ГПУ Бахвалов, рассмотрел дело № 15564 о гр-не Бердяеве Николае Александровиче, постановил: привлечь его в качестве обвиняемого и предъявить ему обвинение в том, что он с Октябрьского переворота и до настоящего времени не только не примирился с существующей в России Рабоче-крестьянской властью, но ни на один момент не прекращал своей антисоветской деятельности, причем в моменты внешних затруднений для РСФСР свою контрреволюционную деятельность усиливал, т. е. в преступлении, предусмотренном ст. 57-й Уголовного кодекса РСФСР. Как меру пресечения уклонения от суда и следствия гр-на Бердяева избрать содержание под стражей».

В тот же день это постановление было предъявлено Бердяеву. Он отверг его основные пункты: «От 19 августа 1922 г. постановление о привлечении меня в качестве обвиняемого по 57-й статье Уголовного кодекса РСФСР прочел и не признаю себя виновным в том, что занимался антисоветской деятельностью, и особенно не считаю себя виновным в том, что в моменты внешних затруднений для РСФСР занимался контрреволюционной деятельностью». Разумеется, это несогласие не повлияло на решение ГПУ «в целях пресечения дальнейшей антисоветской деятельности Бердяева Николая Александровича… выслать из пределов РСФСР за границу бессрочно». Вот так, без всяких судебных формальностей!

Философа и писателя И. А. Ильина 4 сентября 1922 г. арестовывали уже в шестой (!) раз. На допросе ему были заданы те же вопросы, что и Бердяеву, на которые он отвечал чрезвычайно смело: «Считаю советскую власть исторически неизбежным оформлением великого общественно-духовного недуга, назревавшего в России в течение нескольких сот лет. ˂…> Политическая партия строит государство только тогда, и только постольку, поскольку она искренно служит сверхклассовой солидарности; я глубоко убежден в том, что РКП, пренебрегая этим началом, вредит себе, своему делу, своей власти в России. ˂…> Считаю так называемую забастовку профессуры мерою борьбы, вытекающей из начал здорового правосознания… ˂…> Высшая школа прошла при советской власти через целый ряд реформ; боюсь, что в результате всех этих сломов от высшей школы останется одно название. На высшие учебные заведения советская власть смотрела все время не как на научную лабораторию, а как на политического врага».

Выезжать за границу изгнанники должны были за свой счет. Подавляющее большинство высылаемых вовсе не хотели покидать Родину, несмотря на ненавистную им большевистскую диктатуру. «…Что касается эмиграции, то я против нее: не надо быть врагом, чтобы не покидать постели своей больной матери. Оставаться у этой постели – естественный долг всякого сына. Если бы я был за эмиграцию, то меня уже давно не было в России», – сказал на допросе другой русский философ – Ф. А. Степун. Но людей буквально поставили перед выбором: высылка или расстрел. Об этом говорят те подписки, которые они были вынуждены дать ГПУ: «Подписка. Дана сия мною, гр-ном Бердяевым, Государственному политическому управлению в том, что обязуюсь не возвращаться на территорию РСФСР без разрешения органов Советской власти. Статья 71 Уголовного кодекса РСФСР, карающая за самовольное возвращение в пределы РСФСР высшей мерой наказания, мне объявлена, в чем и подписуюсь».

«Дана сия мною, гражданином Иваном Александровичем Ильиным, СО ГПУ в том, что обязуюсь: 1) выехать за границу согласно решению Коллегии ГПУ за свой счет; 2) в течение 7 дней после освобождения ликвидировать все свои личные и служебные дела и получить необходимые для выезда за границу документы; 3) по истечении 7 дней обязуюсь явиться в СО ГПУ к нач. [альнику] IV отделения тов. Решетову. Мне объявлено, что неявка в указанный срок будет рассматриваться как побег из-под стражи со всеми вытекающими последствиями, в чем и подписуюсь».

Точное количество высланных осенью 1922 – зимой 1923 г. до сих пор уточняется исследователями. По последним данным, всего в чекистские списки попали 270 представителей интеллигенции. Из них 81 человек был вынужден покинуть родину, остальные либо подверглись административной ссылке в отдаленные районы России, либо вовсе не пострадали. Что же касается «философского парохода», то это, конечно, некий обобщенный образ. В реальности высылали не одних лишь философов и не одним пароходом, а несколькими; наконец, не только по морю, но и по суше.

19 сентября 1922 г. пароходом из Одессы в Константинополь прибыла небольшая «украинская» группа. 23 сентября поездами Москва – Рига и Москва – Берлин отправилась большая партия москвичей. 29 сентября из Петрограда в Штеттин отплыл пароход «Обербургомистр Хакен», пассажирами которого были более 30 инакомыслящих. 16 ноября пароход «Пруссия» увез еще 17 человек. В конце 1922 – начале 1923 г. продолжались высылки из Севастополя, Одессы и Петрограда.

Перечислим наиболее значительных изгнанников. Это философы: Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, И. А. Ильин, Л. П. Карсавин, И. И. Лапшин, Н. О. Лосский, Ф. А. Степун, С. Л. Франк; социолог П. А. Сорокин; историки: А. А. Кизеветтер, С. П. Мельгунов, В. А. Мякотин, А. В. Флоровский; общественно-политические деятели и публицисты: А. С. Изгоев (Ланде), А. В. Пешехонов, С. Е. Трубецкой; физиолог Б. П. Бабкин; зоолог М. М. Новиков; математик Д. Ф. Селиванов; астрофизик В. В. Стратонов; инженер-технолог В. И. Ясинский; литераторы Ю. И. Айхенвальд и М. А. Осоргин (Ильин); бывший личный секретарь Л. Н. Толстого, заведующий Толстовским домом-музеем В. Ф. Булгаков… Это была своего рода верхушка айсберга, основной корпус которого включал много менее известных специалистов, среди которых, кроме научных работников, были врачи, агрономы, бухгалтеры.

Н. О. Лосский, отбывший на «Пруссии», вспоминал: «На пароходе ехал с нами сначала отряд чекистов. Поэтому мы были осторожны и не выражали своих чувств и мыслей. Только после Кронштадта пароход остановился, чекисты сели в лодку и уехали. Тогда мы почувствовали себя более свободными. Однако угнетение от пятилетней жизни под бесчеловечным режимом большевиков было так велико, что месяца два, живя за границею, мы еще рассказывали об этом режиме и выражали свои чувства, оглядываясь по сторонам, как будто чего-то опасаясь».

Судьбы наиболее именитых изгнанников на Западе сложились, в общем, достаточно благополучно. Бердяев, живя во Франции, как философ приобрел европейскую известность, был 7 раз номинирован на Нобелевскую премию по литературе; умер в собственном доме в пригороде Парижа Кламаре. Сорокин стал одним из столпов американской социологии, профессором Гарварда, президентом Американской социологической ассоциации. Степун успешно вписался в немецкое академическое сообщество (за исключением периода нацистского правления). С. Булгаков, Ильин, Лапшин, Лосский и Франк пользовались известностью в кругах русской эмиграции и свои главные труды создали именно в это время. Все они умерли своей смертью, надолго пережив большинство своих гонителей.

Единственное исключение – Карсавин, с конца 1920-х гг. живший и преподававший в Литве. Там в конце 1940-х его настигла карающая рука советского правосудия – и свои дни он окончил в ГУЛАГе. Его судьба, как и судьбы философов П. А. Флоренского и Г. Г. Шпета, не подвергшихся высылке и сгинувших в 1930-х гг. в лагерях, показывает, какой участи избежали пассажиры «философских» пароходов и поездов. Так что для их личной биографии высылку, пожалуй, стоит оценить как благо. Однако для развития русской культуры в России она имела самые прискорбные последствия, – прежде всего для культуры философской мысли, которая в СССР была практически уничтожена и заменена примитивным агитпропом марксизма-ленинизма.

29 сентября 1922 года от Петроградского причала отошел пароход "Обербургомистр Хакен", 16 ноября - "Пруссия", 19 сентября - отшвартовался пароход из Одессы, 18 декабря - итальянский пароход "Жанна" из Севастополя. Морские суда, как и отправлявшиеся за границу поезда, с легкой руки известного физика и философа Сергея Хоружего вошли в Историю под собирательным образом философского парохода.

Статья Л.Д. Троцкого "Диктатура, где твой хлыст?", опубликованная в газете "Правда" N121 за 1922 год, стала одним из сигналов к высылке инакомыслящих.

Он увозил на чужбину будущее России.

Эта спецоперация советской власти проходила под личным контролем и по указанию ее вождя, отдавшего роковое распоряжение 19 мая 1922 года. За три дня до того, как перенес первый инсульт.

т. Дзержинский!

К вопросу о высылке за границу писателей и профессоров, помогающих контрреволюции. Надо это подготовить тщательнее. Без подготовки мы наглупим...
Все это явные контрреволюционеры, пособники Антанты, организация ее слуг и шпионов и растлителей учащейся молодежи. Надо поставить дело так, чтобы этих "военных шпионов" изловить, и излавливать постоянно и систематически и высылать за границу.
Прошу показать это секретно, не размножая, членам Политбюро, с возвратом Вам и мне, и сообщить мне их отзывы и Ваше заключение.
Ленин".

Что потеряла Россия, выдав билет в один конец всего лишь нескольким десяткам пассажиров? "Родина" напомнит о некоторых из них...

БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ

Надо поставить дело так, чтобы этих "военных шпионов" изловить и излавливать постоянно и систематически и высылать за границу".

В.И. Ленин

Мы этих людей выслали потому, что расстрелять их не было повода, а терпеть было невозможно".

Л. Д. Троцкий

Пароходные рейсы из Петрограда были не единственными: высылки осуществлялись также на пароходах из Одессы и Севастополя и поездами из Москвы в Латвию и Германию

Разрешалось взять на человека:

• две пары кальсон
• две пары носков
• две пары обуви
• пиджак
• брюки
• пальто
• шляпа

Запрещалось брать с собой:

• деньги
• драгоценности
• ценные бумаги

197 человек включал список высылаемых (67 из Москвы, 53 из Петрограда, 77 с Украины). В том числе:

• 69 научно-педагогических работников
• 43 врача
• 34 студента
• 29 писателей и журналистов
• 22 экономиста, агронома и кооператора
• 47 политических деятелей, ученых, писателей, инженеров, а также члены их семей (всего не менее 114 человек) были высланы из Советской России осенью 1922 года на пароходах "Обербургомистр Хакен" и "Пруссия"

75 человек в общей сложности были реально высланы из страны в 1922-1923 годах (35 ученых и педагогов, 19 писателей и журналистов, 12 экономистов, агрономов и кооператоров, 4 инженера, 2 студента, политический деятель, служащий и священник). Более трети из них ранее состояли в небольшевистских партиях.

Пароходы:

из Петрограда в Штеттин (Германия):

Поезда:

Религиозный и политический философ, семь раз номинировался на Нобелевскую премию по литературе

Чем занимался до 1922 года

Будучи студентом естественного факультета в киевском Университете Святого Владимира, арестован за участие в "Союзе борьбы за освобождение рабочего класса" и выслан в Вологду. Здесь, как он позже напишет, "вернулся я от социальных учений, которыми одно время увлекался, на свою духовную родину, к философии, религии, искусству".

Активно участвует в общественной жизни Серебряного века, став завсегдатаем литературных объединений Петербурга, печатается в журналах и сборниках вместе с А. Блоком, А. Белым, Д. Мережковским, В. Ивановым, Л. Шестовым, В. Брюсовым. Сам издает журналы, собирает по вторникам единомышленников на домашние "мировоззренческие вечера".

Уже в то время его философские взгляды привлекают внимание выдающихся современников. Только В. Розанов напишет об одной из его книг 14 статей.

В первые годы Советской власти, пользуясь покровительством Льва Каменева, делает неожиданную карьеру: входит в руководство Московского Союза писателей и даже некоторое время руководит им, основывает Вольную Академию философской культуры, избирается профессором Московского университета.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает ее...

Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании.

Причины изгнания

Получив от большевиков охранную грамоту на квартиру, библиотеку и собственную жизнь, тем не менее, не желал иметь с ними ничего общего: "Большевизм есть рационалистическое безумие, мания окончательного регулирования жизни, опирающаяся на иррациональную народную стихию".

Дважды попадал в тюрьму, о чем рассказал в автобиографических записках "Самопознание":

"Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечён не был".

Бердяев отметил особо, что во время этого ареста его допрашивали лично Феликс Дзержинский и Вацлав Менжинский. И далее:

"Некоторое время я жил сравнительно спокойно. Положение начало меняться с весны 22 года. Образовался антирелигиозный фронт, начались антирелигиозные преследования. Лето 22 года мы провели в Звенигородском уезде, в Барвихе, в очаровательном месте на берегу Москвы-реки, около Архангельского Юсуповых, где в то время жил Троцкий... Однажды я поехал на один день в Москву. И именно в эту ночь, единственную за всё лето, когда я ночевал в нашей московской квартире, явились с обыском и арестовали меня. Я опять был отвезён в тюрьму Чека, переименованную в Гепеу. Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян...

Когда мне сказали, что меня высылают, у меня сделалась тоска. Я не хотел эмигрировать, и у меня было отталкивание от эмиграции, с которой я не хотел слиться. Но вместе с тем было чувство, что я попаду в более свободный мир и смогу дышать более свободным воздухом. Я не думал, что изгнание моё продлится 25 лет. В отъезде было для меня много мучительного...".

Чем занимался за границей

Приобрел невероятную популярность за книгу "Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы", мгновенно переведенную на множество языков. Создал журнал "Путь", выходивший до 1940 года и печатавший самых видных представителей европейской философии.

В своей лучшей книге "Русская идея" (1946) сформулировал надежду, ставшую его завещанием и опорой последних дней. Бердяев надеялся, что в постсоветской России будет создан более справедливый строй, и она сможет выполнить предназначенную ей миссию - стать объединительницей восточного (религиозного) и западного (гуманистического) начал истории.

В 1947 году в Кембридже получил почетное звание доктора honoris causa, присуждаемое без защиты диссертации на основании значительных заслуг перед мировой наукой и культурой.

О своей популярности высказывался с горечью:

"Я постоянно слышу, что у меня "мировое имя"... Я очень известен в Европе и Америке, даже в Азии и Австралии, переведен на много языков, обо мне много писали. Есть только одна страна, в которой меня почти не знают, - это моя Родина..."

Умер в Кламаре, под Парижем, от разрыва сердца. За две недели до смерти завершил книгу "Царство Духа и Царство Кесаря". Похоронен в Кламаре, на городском кладбище Буа-Тардье.

Режиссер-реформатор, драматург, музыкант, художник

Чем занимался до 1922 года

"Евреинов, можно сказать, родился с мечтой, перешедшей у него в магию, в идеологическую одержимость о театре, преобразующем жизнь в нечто гораздо более выпуклое и яркое, чем жизнь", - говорил о нем поэт Сергей Маковский.

К этой мечте шел он недолго. По окончании привилегированного Императорского училища правоведения в Санкт-Петербурге стал чиновником Канцелярии Министерства путей сообщения с блестящими карьерными перспективами. Но решил посвятить жизнь творчеству. В 1908 году выходит трехтомник его драматических сочинений. А годом раньше Евреинов создал и возглавил театр, какого в России еще не было, - Старинный театр.

Задача была поставлена необычайная: "Надо изучить все <...> театральные эпохи, когда театр был в расцвете, и практически их осуществить: тогда составится богатый набор сценических приемов, навыков, действенность которых будет проверена и которые лягут в основу нового искусства театра".

Творческие искания Евреинова были удивительно созвучны эпохе Серебряного века. Василий Каменский не посчитал преувеличением назвать его "пламенным философом-режиссером-музыкантом, избалованным толпой театральным Колумбом". А еще один яркий представитель своего времени, профессор-лингвист и знаток театра Б.В. Казанский считал, что именно к теоретическим исследованиям и творческим экспериментам Евреинова "восходит вся идеология нового театра".

Осенью 1920 года Евреинов поставил к третьей годовщине Октября массовое революционное действо "Взятие Зимнего дворца". Оно стало самым крупным "массовым зрелищем" века. В нем участвовали более восьми тысяч статистов, несколько сот солдат и матросов действующей армии, многие из которых принимали участие в революционных событиях.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Когда я думаю о себе, о своей жизни, мне представляется оторванное облако и его одинокий путь. Оно далеко от земли, от людей, и вместе с этим так близко и земле, и людям, ведь они его создали! И правда, часто, когда оно оранжево-знойное, красное, кажется, что испарения крови людской, пота и слез людских образовали эту страшную массу! - что насыщенная раздражением, усталостью и горем, она должна сломить кого-то, уничтожить, сделать ужасное. В другое же время - напротив! - оно как будто из опалов, перламутра, из лунных камней, легкомысленное, красивое, немножко смешное...

Причины бегства

Евреинов не был интернирован. Он просто отказался поддерживать творческие отношения с идеологами советского искусства. И воспользовался тем, что власть разрешила - ненадолго - своим врагам уезжать из страны по собственной воле. В последней, написанной незадолго до смерти статье "Нас было четверо", Евреинов объяснил свой выбор:

"Потому что все, что радовало раньше в нашем новом театре и заражало своими замыслами передовые театры Европы и Америки, стало в СССР гонимым, как нечто чуждое - по мнению "начальства" - советской общественности и искажающее революционную действительность, а также непонятное своими "упадочными течениями" массовому зрителю".

Чем занимался за границей

В Париже ставил оперные спектакли в знаменитой Русской частной опере М.Н. Кузнецовой, создал Театр русской драмы, ставил спектакли в театре Ж. Копо "Вьё-Коломбье", организовал "Объединение русских артистов". Режиссировал оперные и драматические спектакли в Пражском национальном театре, участвовал в подготовке программ эмигрантских театров миниатюр - "Летучая мышь" и "Бродячие комедианты", учил студентов Сорбонны реконструированию спектаклей средневекового театра. Театральные идеи Евреинова предвосхитили теорию и практику европейского театра XX века, оказали большое воздействие на творчество нобелевского лауреата Луиджи Пиранделло и Бертольда Брехта.

Умер в Нью-Йорке. Похоронен под Парижем на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.

Пассажиры Философского парохода: Валентин БУЛГАКОВ (1886-1966)

писатель, просветитель, последний секретарь Л.Н. Толстого

Чем занимался до 1922 года

24-летний Булгаков провел рядом со Львом Толстым самый трудный, пожалуй, год его жизни. В ежедневных записях секретаря, вчерашнего студента, подробно и осмысленно отражен внутренний мир великого писателя, терзания, которые привели к трагической развязке. На выход первого издания дневников отликнулся Александр Куприн: "Книга по-настоящему прекрасная. Ее будут читать и перечитывать еще много лет: в ней беспристрастно и любовно отразились последние дни нашего незабвенного Старика".

Причастность к Толстому изменила цель жизни самого Булгакова.

После смерти писателя он становится одним из вдохновителей "Общества Истинной свободы в духе Л. Толстого". Этот выбор и стал для него роковым.

Причины изгнания

ГПУ обратило внимание на деятельность "Общества...", когда с фронтов Гражданской войны дезертировали около трех миллионов красных бойцов, бывших крестьян. Многие из них исповедовали толстовство в доступнейшем его понимании: нельзя использовать силу и оружие против братьев своих. Советская пропаганда оперативно создала устрашающий образ толстовца-подрывника, классового врага.

Вот лишь несколько выдержек из донесений некоего Е.А. Тучкова, сотрудника "органов": "Выступая в августе 1920 года в Политехническом музее с докладом "Лев Толстой и Карл Маркс", В.Ф. Булгаков сказал, что всякий социализм, который обещает рай на земле, есть лишенная всякого смысла фантазия"; "На собрании толстовцев 25 декабря 1920 года, говоря о диспуте с Луначарским, сказал, что сейчас все очевиднее становится тяготение народа к учению Льва Толстого, а потому можно думать, что теперешняя насильственная власть будет свергнута, так как народ начинает просыпаться и видит, на какую дорогу он попал"; "19 августа сего года на собрании толстовцев (Газетный переулок, 12) выступил В.Ф. Булгаков на тему: "Долой войну и пролитие братской крови"...

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Бывают случаи, когда молчать грех, когда вся несправедливость, весь ужас, все безумие жизни мира достигают крайних, непостижимых размеров, разрушающих всякую возможность молчаливого наблюдения и терпения, когда к горлу подступает удушье от страшного кошмара и - хочется громко крикнуть! Тогда не надо молчать. И искренний человек всегда скажет, что молчание в подобный момент - это измена долгу человека и христианина. Надо крикнуть: человек чувствует, что в противном случае он потеряет самоуважение. Надо крикнуть, не размышляя даже о последствиях этого крика: сначала - долг, а потом все остальное...

Чем занимался за границей

Открыл в Збраславе, пригороде Праги, Русский культурно-исторический музей. Это событие всколыхнуло всю русскую эмиграцию. Булгакову присылали ценнейшие материалы из Франции и Германии, Югославии и Китая, США и других стран, куда судьба забросила изгнанников из России.

Результатом его поездок во Францию, Италию, Прибалтику стало пополнение коллекции музея бесценными работами Бенуа, Гончаровой, Коровина, Григорьева, Виноградова и других русских художников, скульпторов, архитекторов.

В 1937 году Булгаков получил Континентальную премию общества "Новая история в США" за размышления "Как достичь всеобщего разоружения". В 1938 г. по предложению Н.К. Рериха был избран почетным членом лиги поощрения культуры "Фламма" (штат Индиана, США).

После вторжения фашистских войск на территорию СССР германские оккупационные власти арестовали Булгакова и поместили сначала в пражскую тюрьму Панкрац, а затем в концлагерь для интернированных в Баварии. Но и здесь он упорно работал над рукописью, очередная книга будет называться "Друзья Толстого".

В 1948 году, как значится в записной книжке Булгакова, он отправил "домой", в Советский Союз, "25 ящиков с книгами, рукописями, предметами русской старины и более 150 работ русских художников: картины Репина, 15 картин Рериха, работы Билибина, Добужинского".

Осенью 1948 года возвратился с семьей на Родину, где до конца жизни работал главным хранителем музея-усадьбы в Ясной Поляне. Там последний секретарь ее хозяина и умер в возрасте восьмидесяти лет.

Философ, писатель и публицист, враг марксизма и большевизма

Чем занимался до 1922 года

Окончил гимназию с золотой медалью, что давало возможность поступить в любой вуз России. Выбрал юридический фаультет Московского университета, получил блестящее знание права, которое изучал под руководством выдающегося философа-правоведа П.И. Новгородцева.

В 1918 году защитил диссертацию на тему "Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека" и одновременно стал профессором правоведения.

"Уходят ли от постели больной матери? Да еще с чувством виновности в ее болезни? Да, уходят - разве только за врачом и лекарством. Но, уходя за лекарством и врачом, оставляют кого-нибудь у ее изголовья. И вот - у этого изголовья мы и остались. Мы считали, что каждый, кто не идет к белым и кому не грозит прямая казнь, должен оставаться на месте".

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Грядущая Россия будет нуждаться в новом, предметном питании русского духовного характера, не просто в "образовании" (ныне обозначаемом в Советии пошлым и постылым словом "учеба"), ибо образование, само по себе, есть дело памяти, смекалки и практических умений в отрыве от духа, совести, веры и характера. Образование без воспитания не формирует человека, а разнуздывает и портит его, ибо оно дает в его распоряжение жизненно выгодные возможности, технические умения, которыми он, - бездуховный, бессовестный, безверный и бесхарактерный, - и начинает злоупотреблять. Надо раз навсегда установить и признать, что безграмотный, но добросовестный простолюдин есть лучший человек и лучший гражданин, чем бессовестный грамотей; и что формальная "образованность" вне веры, чести и совести создает не национальную культуру, а разврат пошлой цивилизации.

Причины изгнания

В списке высылаемых из России интеллигентов, утвержденном Постановлением Политбюро ЦК РКП(б) от 10 августа 1922 года, значится под N 16: "Весною 1920 г. был арестован по делу Тактического центра в связи с происходившими у него на квартире собраниями членов Нац[ионального] центра. Настроен определенно антисоветски. Весною сего года посещал нелегальные собрания на квартире профессора Авинова, где читались рефераты и доклады контрреволюционного характера. Арестовать, выслать за границу. Главпрофобр за высылку".

Ильина шесть раз арестовывали, дважды судили (30 ноября 1918 года на Президиуме Коллегии Отдела по борьбе с контрреволюцией и 28 декабря 1918 года в Московском Революционном Трибунале). При последнем аресте 4 сентября 1922 года был обвинен в том, что "с момента октябрьского переворота до настоящего времени не только не примирился с существующей в России Рабоче-Крестьянской властью, но ни на один момент не прекращал своей антисоветской деятельности".

Чем занимался за границей

Стал одним из организаторов, профессором и деканом Русского Научного института. Избран членом-корреспондентом Славянского института при Лондонском университете. Организовал журнал "Русский Колокол" в продолжение традиций "Колокола", издаваемого Герценым, читал лекции по русской культуре, стал главным идеологом Белого движения.

В политическом смысле стоял на правых позициях, не всегда умеренного характера. Открыто симпатизировал фашизму. "Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе".

До конца своих дней не оставлял надежды на крах коммунистической идеологии в России, мечтал о восстановлении национального государства. Этим объясняется обилие его работ о будущем государственном обустройстве России. "Всё, что я уже написал и ещё пишу, и ещё напишу, - всё посвящено возрождению России, её обновлению и её расцвету", - признавался в 1950 году. Назначение будущей власти связывал с ее способностью защищать русские интересы. "Мы не знаем, - писал Ильин, - как сложится государственная власть в России после большевиков. Но знаем, что если она будет антинациональной и противогосударственной, угодливой по отношению к иностранцам, расчленяющей страну и патриотически безыдейной, то революция не прекратится, а вступит в фазу новой гибели".

Творческое наследие насчитывает более четырех десятков книг и брошюр, несколько сот статей и огромное количество писем.

Умер в Швейцарии. В октябре 2005 года прах И.А. Ильина и его жены был перезахоронен в некрополе Донского монастыря в Москве, рядом с могилой А.И. Деникина.

Пассажиры Философского парохода: Михаил НОВИКОВ (1876-1965)

Выдающийся зоолог, общественный и государственный деятель, ректор Московского университета

Чем занимался до 1922 года

Окончил курс на естественном факультете Гейдельбергского университета в Германии, где специализировался у А. Косселя (будущего лауреата Нобелевской премии). По окончании курса получил степень доктора натурфилософии с оценкой summa cum laude ("с высшим отличием"). Тема диссертации, которую Новиков защитил уже в Московском университете, сразу прославила его имя. Он открыл у некоторых животных... третий "теменной" глаз.

Знаменитый ученый преуспевал и в общественной жизни. В течение десяти лет избирался гласным в Московскую Городскую думу. Воспринял Февральскую революцию как процесс освобождения жизни и науки. В июле 1917 года был выдвинут кандидатом в депутаты Учредительного собрания от Съезда кадетской партии. Занимался вопросами народного образования, по инициативе Новикова были открыты новые вузы - Киевский и Харьковский коммерческие институты, Тифлисский университет.

В 1918 году становится деканом физико-математического факультета, а в марте следующего года избирается ректором Московского университета.

Причины изгнания

Уже на склоне лет Новиков в мемуарах "От Москвы до Нью-Йорка: Моя жизнь в науке и политике" напишет:

"Я добровольно не ушел в эмиграцию, а дождался того, что сама Советская власть принудила меня покинуть родину. Но к этому присоединились еще два важных момента. Во-первых, я не чувствовал себя вправе покинуть Родину-мать, когда она находилась в жестоко болезненном состоянии и когда мне казалось, что я, хоть в малой мере, могу облегчить ее страдания. А во-вторых, мы, члены оппозиции по отношению к прежнему правительственному режиму, видели, что новая власть усвоила себе те методы произвола, с которыми мы были знакомы и прежде, но которые она вознесла на гораздо более высокую ступень".

"Слушали: Дело N 15600 Новикова Михаила Михайловича, обвиненного в антисоветской деятельности. Арестован 16 августа с.г. Содержится во внутренней тюрьме ГПУ. Постановили. На основании п. 2 лит. Е положения о ГПУ от 6/11 с.г. выслать из пределов РСФСР за границу".

"Моя жизнь на родине, посвященная науке и России, кончилась, - писал он об этих днях. - Начиналась новая жизнь на чужбине, которая часто омрачалась всевозможными беженскими скорбями и трудностями. Но и ее я старался наполнить и оживить научной работой и служением русскому народу".

Чем занимался за границей

В Берлине принял активное участие в организации Русского научного института, объединившего талантливых ученых-эмигрантов. Оказавшись в Праге, 16 лет возглавлял Русский народный университет. Продолжал ощущать себя частью великой русской культуры, а свои научные достижения рассматривал как успех "ради русского имени". Это выражение Д.И. Менделеева он повторял часто.

В августе 1949 года вместе с семьей переехал в США, где руководил Русской академической группой, участвовал в деятельности Пироговского общества, выступал с публичными лекциями. В конце 1954 года профессор Новиков возглавил Организационный комитет по празднованию в Нью-Йорке 200-летнего юбилея Московского университета. Тогда же Гейдельбергский университет наградил его "золотым докторским дипломом".

В 1957 году Новиков был избран действительным членом американской Академии искусств и наук.

Он автор 120 книг и статей естественнонаучного и публицистического характера, изданных на многих европейских языках. В том числе книги ценнейших мемуаров "От Москвы до Нью-Йорка: моя жизнь в науке и политике".

Скончался на 89-м году жизни в Нэйаке, под Нью-Йорком. Похоронен на кладбище православного Новодивеевского монастыря

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Преподаватели, студенты и служащие университета постоянно находились под дамокловым мечом обыска и ареста. И надо сказать, что этот меч нередко обрушивался на членов нашей академической семьи, и особенно часто, конечно, на профессоров. Хлопоты об освобождении их и являлись обычным поводом моих посещений Наркомпроса. Помню, в одно из таких посещений я упрекнул М.Н. Покровского (заместитель Луначарского по Министерству народного просвещения. - Авт.) в несправедливости и излишней жестокости по отношению к лояльным гражданам. На это он мне ответил: "Вы, как биолог, должны знать, сколько крови и грязи бывает при рождении человека. А мы рождаем целый мир".

Ученый, просветитель, классик социологии

Чем занимался до 1922 года

Окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. За время учебы опубликовал около 50 работ и был оставлен на факультете для подготовки к профессорскому званию.

В 1917 году редактирует эсеровскую газету "Воля народа", избирается делегатом I Всероссийского съезда крестьянских депутатов, трудится секретарем председателя Временного правительства А.Ф. Керенского.

Большевистский переворот воспринял как контрреволюцию, считая, что к власти пришли "преторианцы". 2 января 1918 года впервые арестован большевистским правительством. Заявляет об отходе от политики и возвращении к "настоящему делу своей жизни" - культурному просвещению народа. Тем не менее ввязывается в так называемую "архангельскую авантюру" (попытка созыва нового Учредительного собрания для свержения власти большевиков Северного края). Попав в застенки великоустюжского ЧК, приговорен к расстрелу. От смерти спасли энергичные усилия друзей и статья Ленина "Ценные признания Питирима Сорокина", где вождь с удовлетворением оценил факт "отречения" Сорокина от политической деятельности.

В 1919 году становится одним из организаторов кафедры социологии Санкт-Петербургского университета, профессором социологии Сельскохозяйственной академии и Института народного хозяйства. В 1920 году вместе с академиком И.П. Павловым организует "Общество объективных исследований человеческого поведения". С 1921 года работает в Институте мозга, в Историческом и Социологическом институтах.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Что бы ни приключилось в будущем, я твердо знаю, что извлек три урока... Жизнь, даже если она трудна, самое прекрасное, чудесное и восхитительное сокровище мира. Следовать долгу столь прекрасно, что жизнь становится счастливой, душа же обретает непоколебимую силу отстаивать идеалы, - вот мой второй урок. А третий - насилие, ненависть и несправедливость никогда не смогут сотворить ни умственного, ни нравственного и ни даже материального царствия на Земле.

Причины изгнания

Написал разгромную рецензию на книгу Н.И. Бухарина "Теория исторического материализма".

В первом списке врагов советской власти, подлежащих высылке (составлен 22 июля 1922 года заместителем Председателя ВЧК-ГПУ Иосифом Уншлихтом для Ленина), получил следующую характеристику:

"Фигура, несомненно, антисоветская. Учит студентов ориентировать свою жизнь на преподобного Сергия. Последняя книга была враждебна и содержит целый ряд инсинуаций против Соввласти".

Чем занимался за границей

Летом 1924 года приступил к чтению лекций в Миннесотском университете. В 1931 году основал социологический факультет в Гарвардском университете и руководил им до 1942 года. В числе его студентов были будущие президент Джон Ф. Кеннеди, госсекретарь Дин Раек, консультанты президента У. Ростоу и А. Шлезингер. На Западе признан классиком социологии XX столетия, в одном ряду с О. Контом, Г. Спенсером, М. Вебером.

В 1941 году издает книгу "Кризис нашего общества", которая сразу стала бестселлером (и спустя семь десятилетий не утратила актуальности). Заканчивает работу над фундаментальным четырехтомником "Социальная и культурная динамика" (1937-1941 гг.), который ныне ставят в один ряд с "Капиталом" К. Маркса. Американские ученики и коллеги в знак признания научных достижений наставника провели в 1963 году беспримерную в истории науки кампанию по избранию Сорокина президентом Американской социологической ассоциации.

У "читающей Америки", особенно у студенчества 60-х, идеи Сорокина пользовались огромной популярностью.

Опубликованная после его смерти переписка (среди корреспондентов ученого Эйнштейн и Швейцер, Гувер и Дж. Кеннеди) неоспоримо свидетельствует: Питирим Сорокин был центром интеллектуальной и общественно-политической жизни Запада середины прошлого столетия. За помощью к нему обращались русские эмигранты, его советы принимали известнейшие американские политики, его учениками стали исследователи, внесшие огромный вклад в развитие мировой науки.

Умер в возрасте 79 лет, после тяжелой болезни.

Федор СТЕПУН (1884-1965)

Религиозный философ, историк культуры, писатель

Чем занимался до 1922 года

После окончания частного реального училища в Москве изучал философию в Гейдельбергском университете, защитил докторскую диссертацию. Воевал в чине прапорщика на фронтах Первой мировой войны. Награжден орденами Анны и Станислава, был представлен к Георгиевскому оружию. Написал об этом книгу "Записки прапорщика-артиллериста", изданную в 1918 году.

Февральскую революцию встретил восторженно, считал ее "всенародной мистериальной трагедией", которая вознесла русскую жизнь "к неведомым вершинам". Политическая ориентация была близкой к эсерам. От этой партии был избран армейским представителем во Всероссийский Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, в дальнейшем назначен начальником политического управления в Военном министерстве правительства Керенского.

После Октября призван в Красную армию, был ранен.

Состоял литературным и художественным руководителем "Показательного театра Революции" в Москве. Не принял концепцию классовой (пролетарской) культуры и был снят с должности. Сотрудничал с созданной Н.А. Бердяевым "Вольной академией духовной культуры", издавал литературный сборник "Шиповник", публиковался в журналах "Искусство театра", "Театральное обозрение", преподавал в театральных училищах.

В голодные годы военного коммунизма уехал в деревню, занимался натуральным хозяйством. Создал театр, в котором актерами стали крестьяне окрестных деревень.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Одного из последних русских эмигрантов спросили о его политической программе, он ответил, что, в конце концов, она сводится к одному пункту, к требованию "права на молчание". Помимо своего внешнего смысла, советский человек "молчит - значит, контра, диверсант, троцкист", это требование таит и другую, более глубокую мысль. Посягательство на свободу молчания означает, потому, топор под самые корни человеческого я. Вряд ли будет устойчив государственный порядок, при котором, в период острых кризисов, гражданам разрешалась бы свобода слова вплоть до проповеди революционного низвержения власти; но запрет молчания представляет собою явление совершенно особого, и в истории человечества до некоторой степени нового порядка. В нем с одинаковою силою сказывается и метафизический характер большевизма, и изуверство его метафизики, в корне отрицающей личность и свободу.

Причины изгнания

Степуну прислали только что вышедшую в Германии книгу Освальда Шпенглера "Закат Европы". Книга произвела на Федора Августовича сильное впечатление, по его инциативе выходит вполне просветительский сборник "Освальд Шпенглер и закат Европы" с заглавной статьей самого Степуна. Однако Ленин увидел в сборнике "литературное прикрытие белогвардейской организации".

Тогда же Зинаида Гиппиус ввела в оборот мрачную присказку "Степун тебе на язык!".

В списке высылаемых из России интеллигентов Степун характеризовался следующим образом: "Философ, мистически и эсеровски настроенный. В дни керенщины был нашим ярым, активным врагом, работая в газете правых с[оциалистов]-р[еволюционеров] "Воля народа". Керенский это отличал и сделал его своим политическим секретарем. Сейчас живет под Москвой в трудовой интеллигентской коммуне. За границей он чувствовал бы себя очень хорошо и в среде нашей эмиграции может оказаться очень вредным... Характеристика дана литературной комиссией. Тов. Середа за высылку. Тт. Богданов и Семашко против".

"День нашего отъезда, - писал о последнем дне на Родине, - был ветреный, сырой и мозглый. Поезд уходил под вечер. На мокрой платформе грустно горели два тусклых керосиновых фонаря. Перед не освещенным еще вагоном второго класса уже стояли друзья и знакомые...".

Чем занимался за границей

В 1926 году получил место профессора социологии в Дрезденском техническом университете. Выступал с публичными лекциями в городах Германии, Швейцарии и Франции. Возглавил "Общество имени Вл. Соловьева" в Дрездене, ставшее одним из центров духовной жизни русских изгнанников в Европе.

В 1937 году нацисты лишили Степуна права преподавать - "за жидофильство и русофильство". В этом он видит перст Божий, пишет друзьям:

"Мы живем хорошею и внутренне сосредоточенною жизнью. Приезжавший к нам отец Иоанн Шаховской упорно подсказывал мне мысль, что это Бог послал мне времена тишины и молчания, дабы обременить меня долгом высказать то, что мне высказать надлежит, и не разбрасываться по всем направлениям в лекциях и статьях... Я затеял большую и очень сложную работу литературного порядка и очень счастлив, что живу сейчас в своем прошлом и скорее в искусстве, чем в науке". Так появилась двухтомная книга мемуаров Федора Степуна "Бывшее и несбывшееся", ставшая выдающимся памятником русской культуры XX века.

В 1947 году возглавил созданную специально для него кафедру истории русской культуры в Мюнхенском университете, где вел уникальный предмет - историю русской мысли. Лекции Степуна проходили в переполненных аудиториях. Популярность его была столь высока, что порой после лекций студенты несли Федора Августовича до дома на руках.

Был отмечен высшим знаком отличия ФРГ за вклад в развитие русской и европейской культуры. Его называли "мостом между Россией и Германией".

Дружил с Иваном Буниным, который считал, что лучшие статьи о его творчестве написаны именно Степуном.

Восьмидесятилетний юбилей Федора Степуна отмечался в Германии с фантастическим размахом. Через год он скончался, умер легко.

Астрофизик, декан физико-математического факультета МГУ, первооткрыватель звездных облаков

Чем занимался до 1922 года

В 1886 году Всеволод Стратонов окончил Одесскую гимназию с золотой медалью. Год проучился на юридическом факультете Новороссийского университета, разочаровался "многоглаголанием по вопросам, которые казались и без того ясными". Перешел на физико-математический факультет.

Видно, не случайно в его фамилии оказался корень "страто", ясно указывающий в небо...

Наставником студента стал заведующий кафедрой астрономии профессор Александр Кононович - один из первых астрофизиков в России. А стажировался Владимир в Пулковской обсерватории под руководством крупнейшего астронома академика Ф. Бредихина. В результате в 1894 году Стратонов получил назначение на должность астрофизика Ташкентской обсерватории, в которой проработал десять лет. Тут были сделаны все его важнейшие наблюдения, обработка которых займет оставшуюся жизнь.

На специально заказанной иностранной фотографической технике он сделал 400 фотографий звездного неба, Млечного пути, звездных скоплений и туманностей, переменных звезд, малой планеты Эрот в период ее сближения с Землей, солнечной поверхности. Он изучил характер вращения Солнца, связь рассеянных звездных скоплений с окружающими их туманностями, открыл звездные облака в нашей Галактике. О колоссальной его неутомимости говорит тот факт, что он определил для звездного атласа положение почти миллиона небесных тел!

В 1897 году Стратонов опубликовал "мемуар" о вращении Солнца, в котором делал вывод: не существует единого закона вращения Солнца, а каждый широтный пояс имеет свою скорость вращения. "Мемуар" был отмечен премией императора Николая II. В 1914 году за свою лучшую книгу "Солнце" Всеволод Викторович получил премию Русского астрономического общества. Тремя изданиями выходит его учебник "Космография", специально для детских гимназий и духовных семинарий Стратонов выпускает "Сокращенный курс космографии".

В 1921 году В. Стратонов входит в состав Организационного комитета и Астрофизического совещания при нем по постройке Главной Российской астрофизической обсерватории. Позже она будет преобразована в Российский астрофизический институт (РАФИ) и Стратонов станет его первым директором.

А еще он - профессор Московского университета и любимец студентов.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Отдохнув душою на пароходе, после пережитых испытаний, мы поблагодарили любезного капитана за отношение к изгнанникам адресом, в котором было сказано:

"Потерпев житейское крушение на материке, в Москве, мы нашли, наконец, тихую пристань среди волн Балтийского моря, на вашем пароходе. Мы лично нашли тихую пристань, хотя ее и не искали. И возвращение на родину для нас закрыто, под угрозою расстрела".

Причины изгнания

В феврале 1921 года обстановка в университете резко осложнилась. Новый устав вузов, принятый Наркомпросом, низкие ставки профессоров, необеспеченность лабораторий приборами вызвали волну профессорских забастовок в московских вузах. Организатором забастовки в МГУ выступил именно Стратонов. Сам он так вспоминал об этом в автобиографических записках:

"Объявить забастовку! Положение - ужасно непривычное. Прекратить по своей воле самое дорогое для профессора дело его жизни... Но мотивы - слишком веские! Математики полагали, что только подобной демонстрацией можно привлечь внимание на бедственное положение, в которое коммунистическая власть поставила ученых. Суждения факультета шли при очень серьезном настроении. Сознавалась вся тяжесть и ответственность предпринимаемого шага... Наконец, я поставил на голосование:

Объявлять забастовку или нет?

Забастовка была принята почти единогласно..."

В октябре 1922 года Стратонов был включен в число тех, кто подлежал высылке из Советского Союза "за их контрреволюционные взгляды". Астроному не простили голосование за земные права ученых:

"Один из главарей и руководителей февральской (1922 г.) забастовки в университете. При приеме студентов проводил буржуазию и белогвардейцев. Определенный антисемит. Одно время работал консультантом в академическом центре и считался своим, на самом деле является злостным противником Соввласти. Как научная величина ценности собой не представляет. Произвести обыск, арест и выслать за границу. Комиссия с участием тт. Богданова, Середы, Хинчука и Лихачева высказалась за высылку. Главпрофобр за высылку".

Чем занимался за границей

Читал лекции по астрономии в городах Чехословакии, Литвы, Латвии и Эстонии, сотрудничал с пражским Русским национальным университетом. Некоторое время работал консультантом в дирекции крупного чешского банка. Занимался обработкой результатов своих ташкентских наблюдений.

В возрасте 69 лет застрелился.

Похоронен в Праге, на Ольшанском кладбище.

Инженер-технолог, конструктор паровых турбин, профессор МВТУ

Чем занимался до 1922 года

Сведений сохранилось немного. Известно, что до Первой мировой войны Ясинский преподавал в Императорском Московском техническом училище, теперешнем МВТУ им. Баумана. В годы войны был интернирован немцами и насильно удерживался в Германии в качестве "гражданского пленного" - конструкторы паровых турбин в то время ценились как теперешние разработчики ракетных двигателей. После возвращения в Россию продолжил работать в ИМТУ, достигшем при Ясинском международной известности.

Об этом свидетельствует такой факт. Президент Массачусетского технологического института Дж. Рункль, получив сделанную специально по просьбе американцев методику для обучения инженеров по русскому методу, в восторге писал ректору ИМТУ В.К. Делла-Воссу:

"За Россией признан полный успех в решении столь важной задачи технического образования... В Америке после этого никакая иная система не будет употребляться".

После прихода к власти большевиков Ясинский был назначен председателем правления Дома ученых в Москве, членом Совета редакции журнала "Вестник инженеров". В 1921 году по приглашению А.М. Горького принимал участие в работе Всероссийского комитета помощи голодающим.

Причины изгнания

В 1922 году Главпрофобр поставил ректором в бывшее Императорское училище своего назначенца. Училище объявило забастовку. Скандал докатился до высших руководителей государства. 21 февраля 1922 года Ленин в записке Л.Б. Каменеву и И.В. Сталину требует "...уволить 20-40 профессоров обязательно. Они нас дурачат. Обдумать, подготовить и ударить сильно".

В "Списке активной антисоветской интеллигенции г. Москвы" от 31 июля 1922 года Ясинский числится под N 4. Следователь ВЧК высказывается без обиняков:

"Опрос гр[ажданина] Ясинского и просмотр материала к его делу привел меня к следующему: проф. Ясинский принадлежит, несомненно, к числу граждан, совершенно чуждых советской власти, советскому строительству, не могущий хоть в малой мере таковому сочувствовать и "нейтрализм" и аполитичность которых подвергается самым большим сомнениям".

В "списке Уншлихта", который лег на стол Ленина, Ясинский числится среди профессоров уже под N 3: "3. Ясинский Всеволод Иванович. Проживает по Большому Харитоньевскому пер., д. 1/12, кв. 28, вход в квартиру с Мышковского пер. Лидер правой части профессуры. Всегда выступает с антисоветской агитацией, как на собраниях преподавательской коллегии, так и в беседах со студентами. Бывш.[ий] член Всероссийского комитета помощи голодающим. Руководитель забастовки профессоров. Благодаря главенству в КУБУ (распределение продуктов и прочих благ профессорско-преподавательскому составу. - Авт.) держит в своих руках экономическую власть над беспартийной частью профессуры и использует это свое влияние для сведения счетов с теми, кто сочувствует Сов[етской] власти. В научном отношении ничего серьезного из себя не представляет. Произвести обыск, арест и выслать за границу. Комиссия с участием тт. Богданова, Середы, Хинчука и Лихачева высказалась за высылку. Главпрофобр за высылку".

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Те элементы, которые мы высылаем или будем высылать, сами по себе политически ничтожны. Но они - потенциальные орудия в руках наших возможных врагов. В случае новых военных осложнений все эти непримиримые и неисправимые элементы окажутся военно-политической агентурой врага. И мы будем вынуждены расстреливать их по законам войны. Вот почему мы предпочли сейчас, в спокойный период, выслать их заблаговременно.

Лев Троцкий

Чем занимался за границей

В Берлине был избран председателем, "старостой" объединенного бюро интеллигенции, высланной из России. Стал первым ректором Русского Научного института, открытие которого состоялось в Берлине 17 февраля 1923 года. На отделении духовной культуры института предусматривалось изучение русской истории (В.А. Мякотин, А.А. Кизеветтер); читались лекции и проводились семинарские занятия по русской литературе (Ю.И. Айхенвальд); истории русской философской мысли (Н.А. Бердяев).

Умер в Берлине, погребен на Тегельском православном кладбище.

Студент

Чем занимался до 1922 года

Известно только, что Рубен был из дворян Тифлисской губернии и учился на "подготовительном факультете к научной деятельности по изучению антропологии и материальных культур". Московский археологический институт, в котором учился, не закончил.

Причины изгнания

Чем мог быть неугоден Советской власти 22-летний студент?

10 августа 1922 года по инициативе Иосифа Уншлихта, одного из руководителей ГПУ, на заседании Политбюро ЦК РКП(б) был поставлен вопрос о высылке за границу вместе с "контрреволюционной интеллигенцией" и "контрреволюционных элементов студенчества". Сам Уншлихт выступил и докладчиком по вопросу "О враждебных группировках среди студенчества":

"Как студенчество, так и антисоветская профессура в высших учебных заведениях ведут контрреволюционную работу главным образом в двух направлениях: а) борьба за "автономию" высшей школы и б) за улучшение материального положения профессуры и студенчества..."

Предложение докладчика было единогласно одобрено. Постановлением заседания Коллегии ГПУ от 6 сентября 1922 года Рубен Леонович Херумян был отправлен за границу в числе еще 33 студентов из учебных заведений России.

Об общем количестве студенческой молодежи, оказавшейся за пределами страны, можно судить по такой цифре: только в Праге в 1920х - начале 30х годов обучалось около 7000 русских студентов. Это было то будущее России, которого она себя лишила.

Чем мог заниматься в России

Мы вряд ли когда-нибудь узнаем, как сложилась на чужбине судьба безвестного студента Рубена Херумяна и его одногодков. Мы можем только предположить, как могли бы они, оставшись, усилить свою Родину. О ней они думали, когда грузились на пароходы, уезжали поездами, исчезали одиночками, не возвращались из заграничных командировок.

Один из их наставников, профессор МВТУ Василий Игнатьевич Гриневецкий, не уехал, умер от сыпного тифа в 1919 году. Но успел оставить свое завещание будущим поколениям студентов:

"Выводы относительно экономического будущего представляются, однако, далеко не в столь мрачном свете, как это можно было бы заключить по современному состоянию России. Естественные природные богатства России, ее пространства, труд ее населения, быстрая исправимость культурным и духовным творчеством дефектов невежества и неорганизованности масс представляют такие реальные возможности, которые могут быстро восстановить наши производительные силы, поднять нашу экономику, а с ней постепенно и утраченную политическую мощь. Для этого нужна твердая экономическая политика, оперирующая реальными возможностями, а не социальными устремлениями, для этого с идеологических высот нужно спуститься в гущу жизни и брать ее такой, какова она есть в действительности, а не такой, какой ее желает видеть воображение. Для этого нужно дело, а не лозунги, хотя бы и очень высокого содержания.

Если русская интеллигенция сумеет взяться за дело, сумеет понять и оценить действительность, не ослабляя и не отвлекая себя в сторону мечтами, то этим она хоть отчасти искупит свой грех перед Родиной".