Народная воля. Народническая организация "Народная воля"

После раскола «Земли и воли» эта организация разделилась. Наиболее радикальные, сторонники палаческой борьбы и террора, образовали партию «Народной воли». В неё вошли Михайлов, Зунделевич, Квятковский, Фигнер, Перовская, Тихомиров, Баранников, Фроленко, Морозов, Пресняков.

Позже были приняты Желябов, Колоткевич, Ширяев и Ошанина.

У нас почти ничего не говорилось о виленском адвокате Зунделевиче, обладавшем огромными связями за границей. Он купил и перевёз в Россию две типографии: «Русскую вольную типографию» и типографию «Начала», переименованную потом в типографию «Земли и воли». С 1875 года он в своих руках держал всех евреев-контрабандистов на западной границе, по его указанию через границу переводились десятки людей, перевозились сотни пудов нелегальной литературы.

Состав «Народной воли» быстро пополнялся. Много сочувствующих ей было среди либеральных адвокатов, врачей, земских деятелей.

Александр Михайлов был сыном землемера из Путивля. Путь в революцию – обычный: учёба в технологическом институте, участие в студенческих волнениях, высылка на родину. Зимой 1875 году в Киеве он знакомится с пропагандистами, получает у них рекомендации и едет в столицу. Там он попадает под покровительство Натансона и Плеханова. Революционная романтика воспламеняет Михайлова. Он даже создаёт правила конспирации для тайной организации. Каждый революционер, чтобы не вызывать подозрений, должен быть прилично одет. Конспиративная квартира имеет 2-3 выхода, на окнах обязательно выставляются условные знаки. Михайлов составил список всех проходных дворов в Петербурге и требовал от товарищей эти дворы изучить. Ему дали кличку Дворник.

Когда народники расходятся по деревням Поволжья – волостными писарями, фельдшерами, мастеровыми, – Михайлов пытается вписаться в сектантскую раскольничью среду. Выдавая себя за мелкого приказчика, он поселился в Саратове на квартире у старообрядцев.

Потом – опять Петербург. Михайлов вначале каждый день просиживает в Публичной библиотеке, знакомясь с богословской литературой. Но скоро столичные дела поглощают его, и Михайлов забывает о своих раскольниках. Он участвует в освобождении Преснякова из полицейского участка, пытается освободить переводимого из харьковской тюрьмы Войнаральского. При покушении на Мезенцева Михайлов был сигнальщиком. Плеханов отправил его на Дон, где началось брожение казаков. Предполагалось организовать там боевые дружины.

Вернувшись в столицу, он обнаруживает полный разгром «Земли и воли». Нет ни денег, ни паспортов. Он неутомимо восстанавливает былые связи, собирает деньги, с Зунделевичем устраивает типографию. В своей комнате Михайлов повесил плакат: «Не забывай своих обязанностей!» Это он составил смертный приговор Рейнштейну, был сигнальщиком при покушении на Дрентельна.

Михайлов сумел увлечь идеями террора Николая Клеточникова, помощника делопроизводителя III Отделения.

Пензенский мещанин Клеточников слушал лекции в Московском университете, но по болезни вынужден был уехать в Крым. Там он работал кассиром, жил спокойно. Но в столицу его тянуло, и когда Клеточников приехал в Петербург подыскивать место, он случайно познакомился с Михайловым. Сначала Дворник прощупывал Клеточникова, но тот был чист и безмятежен, как дитя. Михайлов красочно рисовал ему счастье борьбы во имя свободы, обещал найти хорошую службу, помочь деньгами. Он посоветовал Клеточникову снять комнату в доме на углу Невского и Надеждинской, где жили агенты «охранки».

Клеточников очень понравился хозяйке за ежевечернюю игру в карты и тихое поведение. Она рекомендовала его своему знакомому, и тот устроил Клеточникова в агентурное отделение. Там Клеточников занимался тем, что переписывал результаты агентурных наблюдений, шифровал и расшифровывал секретные телеграммы, оформлял различную переписку. Короче, он стал посвящён во все дела сыска. Сведения Клеточников сообщал Михайлову, которого он знал как Петра Ивановича. Так продолжалось два года.

При аресте Клеточников отрицал свою принадлежность к партии, но в показаниях заявлял: «Не сделавшись социалистом, я не могу не сознаться, что начал сочувствовать некоторым их идеям и стал считать их дело своим… я руководствовался, главным образом, корыстными целями и желанием разнообразной жизни в столице, а также сочувствием к высказанным Александром Михайловым идеям о развитии и обогащении народа, к идеям, которым будто бы служат он и его сподвижники».

На судебном же разбирательстве Клеточников, видимо, решил выглядеть героем и понёс откровенную околёсицу:

«До тридцати лет я жил в глухой провинции, среди чиновников, занимавшихся дрязгами, попойками, вообще ведших самую пустую, бессодержательную жизнь… Наконец, я попал в Петербург, но и здесь нравственный уровень общества был не выше. Я стал искать причины такого нравственного упадка и нашёл, что есть одно отвратительное учреждение, которое развращает общество, заглушает все лучшие стороны человеческой натуры и вызывает к жизни все её пошлые, тёмные черты. Таким учреждением было III Отделение. Тогда я, господа судьи, решился проникнуть в это отвратительное учреждение, чтобы парализовать его деятельность…»

Михайлов повлиял не только на жизнь Клеточникова. Многим обязан ему в выборе своего пути и Желябов.

Сын бывшего дворового, Андрей Желябов окончил керченскую гимназию и поступил на юридический факультет Одесского университета. За участие в студенческих беспорядках исключён. Он определился домашним учителем в семью сахарозаводчика Яхненко, на дочери которого и женился. Может быть, Желябов так бы и прожил спокойно оставшуюся жизнь, выплёскивая свою энергию в лучшем случае в земскую деятельность, но, наезжая в Одессу, он познакомился с кружком Волховского и после долгих колебаний вошёл в него.

Но кружок скоро распался: кто ушёл в народ, кого арестовали. Желябова тоже привлекли по делу 193-х, но по суду оправдали. В тюрьме он провёл около семи месяцев.

Опять вернулся Желябов к своему хозяйству, работал в поле, выхаживал коней, играл с сыном.

Когда его казнят, вся эта жизнь развалится: тестя хватит удар, семью разорят жулики и кредиторы, и несчастная обезумевшая жена будет просить, как и родственники Каракозова, об изменении фамилии хотя бы во имя сына.

Хозяйством Желябову скоро надоело заниматься и он уехал в Подольскую губернию бахчеводом-пропагандистом.

На Липецком съезде Желябов сходится с Михайловым. Они да Лев Тихомиров составят будущий костяк «Народной воли».

Желябов даже выработал несколько свой взгляд на эволюцию общества.

Л. Тихомиров вспоминал:

«Политический агитатор рано сказался в нем. Так, например, он принимал деятельное участие в организации помощи славянам, рассчитывая, как рассказывал впоследствии, на деле возрождения славян помочь политическому воспитанию самого русского общества. Русская революция представлялась ему не исключительно в виде освобождения крестьянского или даже рабочего сословия, а в виде политического возрождения всего русского народа вообще. Его взгляды в этом случае значительно расходились со взглядами большинства современной ему революционной среды».

На деньги, данные Зунделевичем, в Сапёрном переулке организовалась типография, в которой работали Бух, Луб-кин и специально выписанный из-за границы Цукерман. Типография просуществовала полгода. В январе 1880 года её накрыла полиция. Абрам Лубкин, двадцатилетний юноша, при этом застрелился. Так он и остался лии1ь именем в революционном движении. Кем был Лубкин, откуда, почему перешёл в нелегалы, о чем думал долгие часы за типографским станком – кто знает?

С осени 1879 года все силы народовольцев сосредоточились на организации покушений на Александра И.

Было намечено несколько мест под Александровском Екатеринославской губернии, под Одессой, под Москвой. Предполагалось взорвать царский поезд, идущий из Крыма.

В Одессу переправили полтора пуда динамита. М.Фроленко устроился сторожем в железнодорожную будку в 14 верстах от города и вместе с Татьяной Лебедевой готовил взрыв. Но выяснилось, что маршрут царского поезда изменён, и сосредоточились на Александровске. Это была Лозово-Севастопольская железная дорога. Желябов, выдав себя за ярославского купца, приобрёл у местной думы кусок земли, прилегающий к железнодорожному полотну, якобы для постройки кожевенного завода. Сам он с Якимовой поселился в Александровске и занялся подготовкой к взрыву поезда. Под полотном железной дороги они заложили две мины, от которых шли провода. Окладский и Пресняков привезли гальваническую батарею. 18 ноября, глядя на проходящий царский поезд, Желябов под выкрик Складского – «Жарь!» соединил два конца провода. Но взрыва почему-то не произошло. Поезд благополучно проследовал к Петербургу.

Взрыв поезда на Московско-Курской дороге организовывал Михайлов. На третьей версте от Москвы Гартман по подложному паспорту купил дом и поселился там с Софьей Перовской. Террористы намеревались прорыть подземный ход из дома к железной дороге. Кроме хозяев, в этой затее участвовали сам Михайлов, Исаев, Морозов, Ширяев, Баранников, Гольденберг и Арончик.

Работа была адской. Пол постоянно сырой, просачивалась вода. Двигаться можно было лишь чуть поднявшись на четвереньки. Донимал холод – все же ноябрь. Тяжело было вынимать землю. Когда подкоп почти закончили, полил сильный дождь. Ход затопило. Воду выносили вёдрами, выливая ночью во дворе. Воздух в подкопе стал тяжёлым, копать приходилось в грязи. Свеча поминутно гасла. Подземный ход пролегал под дорогой, где ездили с тяжёлыми грузами. Телега или лошадь могли провалиться.

«Положение работающего походило на заживо зарытого, употребляющего последние нечеловеческие усилия в борьбе со смертью, – писал Михайлов. – Здесь я в первый раз заглянул ей в холодные очи и, к удивлению и удовольствию моему, остался спокоен».

Перовская постоянно дежурила наверху. При появлении полиции она должна была выстрелить в бутыль с нитроглицерином и тем самым взорвать дом.

Софья Перовская была дочерью бывшего с-петербургского вице-губернатора. В 16 лет она с сестрой поступила на так называемые «аларчинские» курсы при петербургской гимназии. Правительственная печать отмечала потом, что эти курсы «посещались всеми нигилистками и эмансипированными, изобиловавшими в столице». Именно курсам стоит приписать формирование антиправительственных взглядов у Перовской. Она близко сошлась с сёстрами Корниловыми, с Вильберг, Лешерн фон Герцфельд. Мать и сестра вынуждены были сопровождать больного отца за границу, и Софья провела все лето в Лесном под Петербургом со своими новыми друзьями.

Софья решает уйти из родительского дома и поселиться у Корниловых. Отец обратился к полиции, прося препроводить дочь назад. Брат Василий добился выдачи Соне отдельного вида на жительство, уговорил отца.

Через Корниловых Перовская познакомилась с Натансоном, Кравчинским, Лопатиным, Тихомировым и другими народниками. Она тоже «ходила в народ», прожила зиму в Тверской губернии. В Самарской губернии Перовская занималась оспопрививанием, работала в школе, готовившей сельских учительниц. Подражая герою романа Чернышевского, она спала на голых досках, ела самую грубую пищу. В Твери Перовская выдержала экзамен на звание народной учительницы.

В 1873 году она ведает кружковой квартирой в Петербурге, ходит в ситцевом платье, мужских сапогах, сама носит воду из Невы. Полиция узнала о подозрительной квартире, и Перовскую арестовали. Скоро её отпустили на поруки отцу. Тот отправил её вместе с матерью в своё имение в Крым. Софья поступила в Симферопольскую фельдшерскую школу, окончила её и три года работала в земской больнице.

После суда над 193-мя пропагандистами Перовскую все же назначили к высылке в Олонецкую губернию. В дороге она сбежала от сопровождавших её жандармов и приехала в Петербург. С этого Дня Перовская переходит на нелегальное положение и живёт по фальшивым паспортам. Она вызывается заняться освобождением политических заключённых из Харьковской тюрьмы.

Перовская, привезя деньги из Петербурга, передаёт в тюрьму книги, тёплые вещи, подыскивает людей. Она готова сама, одна, с револьвером в руках штурмовать тюремные ворота. Столичным революционерам не до неё, там свои проблемы. Харьковская подруга Перовской вспоминала:

«Я жила с ней в одной комнате, когда получилось известие, что в Петербурге многие из членов „Земли и воли“ арестованы. Трудно изобразить, какое горе причинило ей это известие. Как человек чрезвычайно скрытный, она ни перед кем не изливала его и казалась даже спокойной и не особенно убитой, но зато по ночам, когда она была уверена, что я сплю и никто не услышит её, давала волю своему горю. Помню, как Перовская провела первые Три ночи… Я вынуждена была притвориться спящей из боязни своим присутствием или участием только стеснить её, но как сжималось моё сердце при этих постоянно раздававшихся тихих рыданиях… С их арестом у неё явилось сомнение в возможности осуществить свой план. Расстаться с этим планом ей было невыносимо тяжело, но все же пришлось, так как за первыми арестами последовали другие, и попытка освобождения не могла состояться».

Перовская вернулась в Петербург. Оставшиеся соратники-народники советовали ей ехать за границу.

– Нет, нет, – решительно отвечала она, – я останусь здесь погибать вместе с борющимися товарищами.

Перовская стала членом террористической организации «Народная воля».

Во многом этому способствовал и Желябов, в которого Софья без памяти влюбилась. Ей шёл 26-й год, и – первая любовь. Желябов был высок, красив. Говорили, что он немного похож на Александра И. Прожили они, как муж и жена, год.

Итак, прокопали с огромным трудом 47 метров. До самых рельсов не дошли. Заряд с двумя пудами динамита уложили в трёх аршинах. Дальше земля не поддавалась. Но сила взрыва должна была быть достаточно велика. Взрыв производился при помощи спирали, помещённой в сундук с бельём на втором этаже, и гальванической батареи в сарае.

Закончив подкоп, все уехали. Остались Перовская и Ширяев. Перовская караулила поезд, а Ширяев должен был соединять провода.

Утром 19 ноября 1879 года раздался взрыв. Но он оказался слишком слабым: только разрушил полотно, остановив поезд. Царь к тому же проехал в следующем поезде.

Будущий год принесёт народовольцам много разочарований. Но они пока не знают об этом. Одна из террористок вспоминает встречу Нового года на конспиративной квартире:

«Там были многие: Фроленко, Желябов, Михайлов, Морозов, Ширяев, Лебедева, Якимова, Геся Гельфман, Перовская и другие. Присутствовавшие избегали касаться недавно всплывших тяжёлых жгучих вопросов: мы перекидывались шутками, пели, разговаривали. Особенно запала мне в память сцена приготовления жжёнки: на круглом столе посредине комнаты поставили чашу (суповую), наполненную кусками сахара, лимона и специй, облитых ромом и вином. Когда ром зажгли и потушили свечи, картина получилась волшебная: тревожное пламя, то вспыхивая, то замирая, освещало суровые лица обступивших его мужчин… Морозов вынул свой кинжал, за ним другой, третий, их положили, скрестив, на чашу и без предупреждения, по внезапному порыву, грянул могучий торжественный напев известной гайдамацкой песни: „Гей, не дивуйтесь, добрые люди, що на Вкраине повстанье!“ Когда пробило двенадцать часов, стали чокаться, кто жал соседу руку, кто обменивался товарищеским поцелуем; все пили за свободу, за родину, все желали, чтобы эта чаша была последней чашей неволи…»

В наступившем году арестовали Квятковского, Преснякова, Веру Фигнер. От чахотки умирает Ольга Натансон. В январе разгромлена типография.

Для очередного покушения Квятковский и Желябов подготовили рабочего Степана Халтурина. Он устроился под чужим именем столяром в Зимний дворец.

В феврале в Петербург в гости к царской семье приехал принц Александр Гессен-Дармштадтский с сыном. Это был любимый брат императрицы, старый боевой офицер. Рассказывали как легенду: он преследовал Шамиля и подобрал Коран, обронённый неуживчивым горцем… Теперь он жил тихо, весь отдавшись нумизматике.

Император Александр вышел ему навстречу в малый фельдмаршальский зал, и тут раздался оглушительный взрыв. Погас свет, повалил дым. С разных сторон слышались крики.

Взрыв, как оказалось, произошёл в подвальном этаже под помещением главного караула. А над караулом находилась комната, где был приготовлен стол для царского обеда. Десять солдат было убито на месте. 56 человек получили различные ранения.

Появились агенты III Отделения. Они быстро установили, что взрыв произведён из комнаты столяров. Их арестовали, но не нашли четвёртого столяра.

Несколько месяцев он носил и складывал в свою подушку динамит. От паров динамита очень болела голова. Три пуда заложил Халтурин в сундук, который и взорвал.

Сын разбогатевшего крестьянина, Степан Халтурин окончил техническое училище в Вятке и вместе с двумя социалистами решил отправиться в Америку. Однако те, украв у него немногие деньги, скрылись. С тех пор Халтурин работает на разных заводах, нигде подолгу не задерживаясь, поскольку выгоняли за пропаганду. Человек он был довольно ограниченный и самолюбивый, но много читал, умел говорить с рабочими. На покушение его, по всей видимости, толкнуло тщеславие.

Взрыв в Зимнем дворце подвинул правительство на решительные меры. Была создана Верховная распорядительная комиссия во главе с графом М.Лорис-Меликовым. Комиссия обладала чрезвычайными полномочиями.

Новый диктатор предполагал безболезненный переход самодержавия на буржуазную дорогу. Он ратовал за создание земских учреждений по всем губерниям, за городское самоуправление. При нем прекратилась огульная раздача казённых земель. Лорис-Меликов дал некоторую свободу прессе, отменил III Отделение. Либеральная интеллигенция была в восторге.

Исполком «Народной воли», начавший было готовить покушение на Лорис-Меликова, понял, что оно бы вызвало резко отрицательную оценку у общества.

Однако экзальтированный юноша Ипполит Млодец-кий, недавно приехавший из глухой провинции, решил единолично совершить покушение. В феврале 1880 года он у подъезда канцелярии Министерства внутренних дел попытался застрелить Лорис-Меликова. Стрелял Млодецкий в упор, но граф уцелел.

Уже вечером следствие о злоумышленнике, оказавшемся мещанином города Слуцка Минской губернии, Ипполите Осипове Млодецком «было окончено». Назавтра его приговорили к смертной казни.

Был Молодецкий крещёным евреем. Виленский генерал-губернатор сообщал: «Ипполит Млодецкий приготовлялся в виленском духовном братстве к восприятию святого крещения, крещён и вскоре отправился в Петербург… Затем через полгода Млодецкий явился к секретарю братства, будто бы проездом в Слуцк по случаю смерти отца, в крайней бедности, что видно было по его платью. Из сумм братства выдано ему пособие 10 рублей».

Народовольцы получили сведения, что царь из Крыма поедет в Россию через Одессу. Там в это время жила Вера Фигнер. К ней приехали Перовская и Саблин и от имени исполнительного комитета «Народной воли» предложили заняться подкопом для укладки мины. Фигнер тогда готовила другой теракт: убийство правителя канцелярии ге-нерал-губернторства. Его предполагалось заколоть кинжалом. Но приказ есть приказ, и Фигнер подключилась к новому делу. Прибыли из столицы Исаев – специалист по динамиту, второй техник в партии после Кибальчича, и Якимова. Привлекли также местных – Меркулова и Зла-топольского.

На Итальянской (ныне Пушкинская) улице Перовская с Саблиным под видом супругов сняли бакалейную лавку. Нужно было спешить: стоял апрель, а царь поедет уже в мае. Подкоп через улицу шёл трудно, почва твёрдая. Сначала землю складывали в жилых комнатах, но потом сообразили, что полиция, возможно, будет осматривать дома по пути следования царя, и стали выносить землю в корзинах, узлах…

Исаеву при работе с динамитом оторвало три пальца. Ему пришлось лечь в больницу.

Вдруг Петербург известил, что подкоп нужно бросить, что царь в Крым не поедет.

Тогда Перовская и другие предложили все же продолжать свою работу с тем, чтобы взорвать генерал-губернатора Тотлебена.

Но Тотлебен был переведён из Одессы, и бакалейная лавка на Итальянской прекратила своё существование.

Потери народовольцев в то время были значительны.

В 1879 году арестованы Гольденберг, Ширяев, Квятков-ский и Зунделевич. Гартман сбежал за границу.

Родился Лев Гартман в семье немецкого колониста. С юности отдался революционной работе, исколесил почти всю Россию с целями пропаганды, попал в Саратовскую губернию, где познакомился с Соловьёвым и Михайловым, присоединился к местному кружку Фигнер. Устроился там писарем, но после доноса вынужден был скрыться и отправиться в Петербург. Далее – жизнь эмигранта, в Париже его чуть не выдали русским властям, но французская радикальная пресса подняла шум. Гартман перебрался в Лондон, где познакомился с Марксом и даже сватался к его дочери. Потом Америка, снова Лондон, где он и умер в 1903 году.

В 1880 году арестованы С. Иванова, Пресняков, Баранников, Колоткевич и Михайлов.

В январе 1881 года взяли Златопольского, Клеточникова и Морозова.

Произошло это во многом благодаря психически неуравновешенному Гольденбергу, запутавшемуся и ставшему выдавать всех и вся. Гольденберг после убийства им князя Кропоткина и участия в подкопах, случайно был арестован в Елисаветграде, когда он перевозил динамит. Родившийся в Бердичеве, сын купца, он в свои 24 года никогда не работал. Благо, родители держали магазин в Киеве.

Гольденберг, видимо, испугался, что его повесят. Он стал давать показания.

Михайлов и Желябов тщательно собирали революционный архив, думая хранить его где-нибудь вне Петербурга, возможно, у украинского националиста МДрагомано-ва, раз за разом переправляя ему новые документы. Этот архив и стал причиной гибели осторожного Дворника. Михайлов, желая заказать снимки карточек казнённых Квятковского и Преснякова, зашёл в фотографию на Невском. Хозяин, снимая для III Отделения, узнал людей на снимках. Его жена, стоя за спиной мужа, посмотрела многозначительно на Михайлова и провела рукой по шее. Помешанному на конспирации Дворнику не приходить бы туда за фотографиями… Но он пришёл и оказался в руках полиции. Агенты «охранки» очень удивились, узнав, кто им попался. Михайлов считался вождём русского терроризма. На его квартире обнаружили динамит.

1 . революц.- народническая орг-ция нач. 80-х гг. 19 в. Образовалась в авг. 1879, когда "Земля и воля" раскололась на "Народную волю" и "Черный передел". Была наиболее крупной и важной революц. орг-цией разночинского периода освободит. движения в России. Учредителями "Н. в." были революционеры - сторонники политич. борьбы с самодержавием. Программа "Н. в." содержала требования широких демократич. преобразований: созыв Учредит. собрания, введение всеобщего избират. права и постоянного нар. представительства, свобода слова, совести, печати, сходок, широкое общинное самоуправление, замена постоянной армии нар. ополчением, передача земли народу, предоставление угнетенным народам права самоопределения. Как и предшествующие народнич. программы, она смешивала задачи демократические и социалистические, верила в возможность их одновременного осуществления в результате захвата власти революционерами и пробуждения крест. революции. Сделав шаг вперед признанием необходимости политич. борьбы с самодержавием, народовольцы оставались социалистами-утопистами, разделявшими осн. положения народнич. идеологии и прежде всего веру в возможность для России миновать капитализм, прийти к социализму через крест. революцию. Большинство их верило в возможность непосредственно слить политич. и социалистич. перевороты, уповая на социалистич. инстинкты крестьянства. Другие разделяли политич. и социальный переворот во времени, полагая, что после свержения самодержавия и установления демократич. свобод революционеры сумеют развернуть подготовительную к социалистич. революции работу. Наконец, либеральное крыло (не пользовавшееся существ. влиянием) удовлетворялось получением конституции, не помышляя о дальнейшей борьбе. Народовольцы укрепили и расширили орг. принципы "Земли и воли", создав централизованную, разветвленную, хорошо законспирированную орг-цию. Возглавил ее Исполнит. к-т, состоявший из профессион. революционеров: А. Д. Михайлов, А. А. Квятковский, А. И. Желябов, С. Л. Перовская, В. Н. Фигнер, Н. А. Морозов, M. P. Фроленко, Л. А. Тихомиров, А. И. Баранников, А. В. Якимова, M. H. Ошанина и др. Ему подчинялась сеть местных и специальных (рабочих, студенческих, военных) групп. В 1879-1883 народовольч. группы имелись почти в 50 городах, особенно много на Украине и в Поволжье. Народовольцы различали "организацию" - сплоченное строгой дисциплиной об-во революционеров, признающих программу и устав, и "партию" - широкий круг единомышленников, не связанных с орг-цией определенными обязательствами. Число членов орг-ции не превышало, по-видимому, 500 чел., число привлекавшихся к следствию доходило до 2 тыс., участников же народовольч. движения было неск. тысяч. Широко развернула "Н. в." революц. агитацию и пропаганду во всех слоях населения. Газ. "Народная воля", "Листок Народной воли", "Рабочая газета" стремились популяризировать идею политич. борьбы с самодержавием, способствовали изживанию анархистских иллюзий в революц. среде. Борьбу за захват власти революционеры развернули под девизом "Теперь или никогда!", считая благоприятной для переворота сложившуюся в кон. 70-х гг. революц. ситуацию. Наряду с этим народовольцы верили в возможность самим создать условия для переворота, что значило в их понимании дезорганизовать пр-во террором, обеспечить поддержку революционерам всех слоев населения, укрепить и усилить революц. орг-цию. В подготовке восстания, а также в его осуществлении "Н. в." гл. роль отводила революц. меньшинству, т. е. своей орг-ции. Нар. массы - гор. рабочие, крестьянство должны были играть вспомогат., второстепенную роль. В этом сказался бланкистский характер программы "Н. в.", понимавшей политич. борьбу как заговор. На практике революционерам не удалось добиться сколько-нибудь устойчивого равновесия между различными сторонами деятельности. С развитием и обострением политич. борьбы все большее значение приобретал террор. Своеобразие формы политич. борьбы "Н. в.", героизм ее деятелей и их бессилие находят объяснение не только в идеологии революционеров, но и в объективной ист. действительности нач. 80-х гг. с отсутствием в ней широкого массового движения: крестьянство еще не проснулось к политич. жизни, а в рабочем классе не было ни широкого движения, ни твердой орг-ции. Террор, к-рый программа Исполнит. к-та определяла как одно из средств борьбы с самодержавием, логикой событий стал превращаться в гл. ее средство, вытесняя все остальные. "Н. в." подготовила семь покушений на Александра II. Народовольч. террор устрашил пр-во, заставил его пойти на нек-рые уступки. Однако увидев, что за революционерами нет массовой поддержки, самодержавие перешло в наступление. В террористич. борьбе народовольцы растратили лучшие силы, обескровили орг-цию. Осуществление их гл. террористич. плана - казнь Александра II - показало несостоятельность народовольч. тактики и ее программных предпосылок. В послемартовский период "Н. в." переживала идейный и орг. кризис. Попытки выйти из него были обречены на неудачу, т. к. революционеры оставались на старых идеологич. и программных позициях, внося изменения лишь в тактику и орг. формы своей деятельности. Наиболее крупные попытки связаны с деятельностью Г. А. Лопатина (1884), П. Ф. Якубовича (1883-84), Б. Д. Оржиха, В. Г. Богораза, Л. Я. Штернберга (1885) и С. М. Гинсбург (1889). Особое место в народовольч. движении занимает самая значит. группа 80-х гг. - "Террористич. фракция ДНародной волиУ" A. И. Ульянова, стремившаяся внести в программу "Н. в." отд. марксистские положения. Народнич. орг-ции 90-х гг. (группа народовольцев в Петербурге, группа старых народовольцев в эмиграции) по сути смыкались с либеральным движением, отказавшись от многих революц. принципов "Н. в.". Начало марксистской историографии "Н. в." положили работы Г. В. Плеханова сер. 80-х гг. О "Н. в." неоднократно писал В. И. Ленин. В 20-30-е гг. "Н. в." стала предметом спец. изучения сов. историков (М. Н. Покровский, В. И. Невский, С. Н. Валк, И. А. Теодорович и др.). После долгого перерыва в условиях культа личности лишь с кон. 50-х гг. появляется ряд работ о "Н. в.", продолжающих изучение народовольч. наследства. Видное место занимает тема "Н. в." в зарубежной бурж. историографии. Источн.: Архив "Земли и воли" и "Народной воли", М., 1932; Лит-ра партии "Нар. воля", М., 1930; Календарь "Нар. воли" на 1883 г., Женева, 1883; "Нар. воля" в док-тах и воспоминаниях, (М., 1930); Народовольцы после первого мар-та 1881 г. Сб. ст. и мат-лов, М., 1928; Народовольцы 80 и 90-х гг., М., 1929; "Нар. воля" перед царским судом, в. 1-2, М., 1930; Из народовольч. автобиографич. док-тов, "КА", 1927, т. 1, Процесс шестнадцати террористов (1880), СПБ, 1906; Процесс 20-ти народовольцев в 1882, "Былое", 1906, No 1; Процесс 1 марта 1881, СПБ, 1907; Процесс 17-ти народовольцев в 1883 г., "Былое", 1906, No 10; 1 марта 1881 г., там же, 1918, No 4-5 (Спец. выпуск); К истории народовольч. движения среди военных в нач. 80-х гг., там же, 1906, No 8; Ашенбреннер M. Ю., Воен. орг-ция "Народной воли" и др. воспоминания, М., 1924; Бух Н., Первая типография "Народной воли", "КиС", 1929, No 8-9; его же, Воспоминания, М., 1928; Волков Н. (И. И. Майнов), Народовольч. пропаганда среди моск. рабочих в 1881 г., "Былое", 1906, No 2; Иванова-Борейша С., Первая типография "Народной воли", там же, 1906, No 9; Ивановская П. С., Первые типографии "Народной воли", "КиС", 1926, No 3; Иохельсон В. И., Первые дни Нар. воли, П., 1922; Морозов Н. A., Повести моей жизни, т. 1-2, М., 1965; Степняк-Кравчинский С. М., Соч., т. 1-2, М., 1958; Тихомиров Л., Воспоминания, М.-Л., 1927; Фигнер В. Н., Запечатленный труд. Воспоминания, т. 1-2, М., 1964; Фроленко М. Ф., Собр. соч., т. 1-2, М., 1932; якимова A., Из далекого прошлого, "КиС", 1924, No 1. Лит.: Ленин В. И., Что такое "друзья народа" и как они воюют против социал-демократов?, Соч., 4 изд., т. 1; его же, Что делать?, там же, т. 5; его же, Гонители земства и Аннибалы либерализма, там же, т. 5; его же, Памяти Герцена, там же, т. 18; его же, Из прошлого рабочей печати в России, там же, т. 20; Плеханов Г. В., Наши разногласия, Соч., т. 2; его же, Социализм и политич. борьба, там же; его же, Рус. рабочий в революц. движении, Соч., т. 3; его же, Предисловие к рус. изданию кн. А. Туна "История революц. движений в России", Соч., т. 24; его же, Неудачная история партии "Нар. воли", там же; Маркс, Ленин и Плеханов о народничестве и "Нар. воле". Сб. ст., М., 1931; Богучарский В. я., Из истории политич. борьбы в 70-80-х гг. 19 в., М., 1912; Левицкий B. О., Партия "Нар. воля", М.-Л., 1928; Кон Ф. я., История революц. движения в России, т. 1, X., 1929; Теодорович И. A., Историч. значение партии "Народной воли", сб. 1, М., 1930; Левин Ш. М., Обществ. движение в России в 60-70-е гг. XIX в., М., 1958; Широкова В. В., К вопросу об оценке деятельности "Нар. воли", "ВИ", 1959, No 8; Волк С. С., Программные док-ты "Народной воли" (1879-1882), в сб.: Вопросы историографии и источниковедения истории СССР, М.-Л., 1963; его же, Деятельность "Народной воли" среди рабочих в годы второй революц. ситуации (1879-1882), ИЗ, т. 74, 1963; его же, Народная воля, М.-Л., 1966; Твардовская В. A., Орг. основы "Народной воли", ИЗ, т. 67, 1960; ее же, Проблема гос-ва в идеологии народовольчества (1879-1883). ИЗ, т. 74, 1963; Venturi F., Il populismo russo, t. 1-2, (Torino), 1952; Footman D., Red prelude. The life of the Russian terrorist Zhelyabov, N. Y., 1945; Billington J., Mikhailovsky and Russian populism, Oxf., 1958; Rayne P. St. R., The terrorists, N. Y., 1957; Jarmolinskij A., Road to revolution, L., 1957. См. также лит. при статьях Народничество и об отдельных народовольцах и процессах. В. А. Твардовская. Москва. 2 . газета революц. народнической орг-ции "Народная воля" в России, социально-революц. обозрение. Первый номер газеты датирован 1 окт. 1879, последний (No 11-12) - окт. 1885. Выходила с перерывами, вызывавшимися преследованиями властей. В таких случаях ее заменял "Листок Народной воли". Печаталась в петерб. Вольной типографии (No 1-3), в типографии "Народной воли" в Петербурге (No 4-5), в Москве (NoNo 6-8, 9), Дерпте (No 10), Ростове-на-Дону (2-е изд. No 10), в Таганроге (No 11-12). Тираж - 2-3 тыс. экз. В редакцию в разное время входили Л. А. Тихомиров, Н. А. Морозов, В. С. Лебедев, П. Ф. Якубович, Г. А. Лопатин, В. Г. Богораз; в редактировании участвовали А. И. Иванчин-Писарев, С. Н. Кривенко, Н. К. Михайловский. В числе др. авторов - Н. И. Кибальчич, А. А. Квятковский, А. П. Корба и др. "Н. в." печатала программные статьи, политич. фельетоны, хронику рабочего, крест. и студенч. движений, секретные правительств. док-ты, мат-лы о преследовании революционеров и т. д. Впервые перепечатана В. Богучарским (Б. Базилевским) в 1905 в Париже ("Литература партии Народной воли", Paris, 1905; последнее изд., М., 1930). Лит.: Кузьмин Д., Народовольч. журналистика, М., 1930; Веревкин В. П., Рус. нелегальная революц. печать 70-х и 80-х гг. XIX в., М., 1960; Есин Б. И., Рус. журналистика 70-80-х гг. XIX в., М., 1963; Алексеев В. A., История рус. журналистики (1860-1880), Л., 1963. В. А. Твардовская. Москва.

Народная воля.

«Наро́дная во́ля» - революционная народническая организация, возникшая в 1879 году, после раскола партии «Земля и воля» и распада террористической группы «Свобода или смерть» , поставившая основной целью принуждение правительства к демократическим реформам, после которых можно было бы проводить борьбу за социальное преобразование общества. Одним из основных методов политической борьбы «Народной воли» стал террор. В частности, члены террористической фракции Народной волирассчитывали подтолкнуть политические изменения казнью императора Александра II. От названия организации образовано наименование ее участников - народовольцы . Наиболее известные участники организации - А. И. Желябов, А. Д. Михайлов,С. Л. Перовская, В. Н. Фигнер, Н. А. Морозов, С. Н. Халтурин, Н. И. Кибальчич, Ю. Н. Богданович, Герман Лопатин, Н. С. Тютчев,Александр Баранников, Н. В. Клеточников, Я. Л. Юделевский.

Партия «Народная воля» организовалась на Липецком съезде в июне 1879 г. В противоположность «Земле и Воле», из которой выделилась «Народная Воля», последняя подчёркивала политическую борьбу, как средство завоевания социалистического строя. Теоретическое миросозерцание революционных народников (участников «хождения в народ»), выражавшееся в журналах «Вперёд», «Начало», «Земля и Воля», было усвоено и партией Народная воля. Как и «Земля и Воля», партия «Народная воля» исходила из убеждения, что русский народ «находится в состоянии полного рабства, экономического и политического… Его облегают слои эксплуататоров, создаваемых и защищаемых государством… Государство составляет крупнейшую в стране капиталистическую силу; оно же составляет единственного политического притеснителя народа… Этот государственно-буржуазный нарост держится исключительно голым насилием… Совершенно отсутствует народная санкция этой произвольной и насильственной власти… Русский народ по своим симпатиям и идеалам является вполне социалистическим; в нём ещё живы его старые, традиционные принципы - право народа на землю, общинное и местное самоуправление, зачатки федеративного устройства, свобода совести и слова. Эти принципы получили бы широкое развитие и дали бы совершенно новое направление, в народном духе, всей нашей истории, если бы только народ получил возможность жить и устраиваться так, как хочет, сообразно со своими собственными наклонностями». Ввиду этого партия Народная воля считала своей задачей «политический переворот с целью передачи власти народу». Как орудие переворота, партия выставляла учредительное собрание, избранное свободной всеобщей подачей голосов. Обязуясь вполне подчиниться народной воле, партия тем не менее выставляла свою программу, которую должна была защищать во время избирательной агитации и в Учредительном Собрании:

1. постоянное народное представительство, имеющее полную власть во всех общегосударственных вопросах;

2. широкое областное самоуправление, обеспеченное выборностью всех должностей, самостоятельностью мира и экономической независимостью народа;

3. самостоятельность мира, как экономической и административной единицы;

4. принадлежность земли народу;

5. система мер, имеющих передать в руки рабочих все заводы и фабрики;

6. полная свобода совести, слова, печати, сходок, ассоциаций и избирательной агитации;

7. всеобщее избирательное право, без сословных и всяких имущественных ограничений;

8. замена постоянной армии территориальной;

[править]История

Все террористические акты, следовавшие за покушением Соловьёва на жизнь императора Александра II-го, исходили от партии «Народная воля». Ничтожная по своему численному составу партия, опиравшаяся на сочувствие лишь небольшой части интеллигенции и не имевшая почвы в широких массах, обнаружила такую энергию, что сама уверовала в свою силу и заставила в неё верить. Политикой графа Лорис-Меликова часть общества, ранее сочувствовавшая «Народной воле», была оттолкнута от неё. Когда партия, не смягчённая уступками, 1 марта 1881 г. убила императора Александра II, это убийство вызвало не только правительственную реакцию, но и реакцию общественную в гораздо более широких размерах, чем этого ожидала Народная воля. Тем не менее в следующие годы партия ещё продолжала свою деятельность (убийство Стрельникова, убийство Судейкина). В 1884 г. арест Лопатина и множества лиц, связанных с ним, окончательно обессилил партию.

В 1886 г. возникла новая народовольческая группа (с Ульяновым и Шевырёвым во главе), 1 марта 1887 г. намеревавшаяся произвести покушение на жизнь императора Александра III. Возникало, затем, ещё несколько народовольческих кружков, не имевших генетической связи со старой «Народной Волей»; они не имели успеха, и «Народная воля» окончательно сошла со сцены. Впоследствии она возродилась в виде партии «Народного права» с несколько изменённой программой.

Причины кризиса

Причину падения «Народной воли» распространённое мнение видит в общественной реакции, вызванной убийством Александра II. С. Кравчинский, в книге «Подпольная Россия» предлагает, однако, другое объяснение этого факта. По его мнению, «Народная воля» была очень сильна и после 1881 г., но она задалась несбыточными планами широкого государственного заговора, при посредстве которого она могла бы захватить сразу власть и устроить временное правительство; задавшись этими планами, она отказалась от покушений, которые могли бы все более расшатывать правительственную власть и питать партию Народная воля новыми силами. В числе актов, совершённых «Народной волей», необходимо отметить кражу в херсонском банке в 1879 г. посредством подкопа, не увенчавшуюся успехом, так как почти все деньги, унесённые из банка (свыше миллиона руб.), были очень скоро найдены полицией. Факт этот, имевший место ещё в эпоху расцвета сил партии, несомненно произвёл отрицательное впечатление на значительные круги общества, вредно отразясь на «Народной воле». Ещё губительнее была деятельность жандармского полковника Г. П. Судейкина, который уже в последний период истории «Народной воли» внедрил в партию своего агента С. П. Дегаева, впоследствии его же убившего.

[править]Партийные издания

Партия «Народная воля» издавала в тайных типографиях в Петербурге и в провинции одноимённую газету (вышло 11 номеров, 1879-1885) и листки «Народной Воли» (значительное их число выходило с 1880 по 1886 г.); затем отдельные листки, издаваемые различными народовольческими группами, были выпущены в 1890-92, 1896 и других годах. Кроме того, за границей издавался журнал: «Вестник Народной Воли» под ред. П. Л. Лаврова, самого видного теоретика «Народной воли»; 5 его томов вышли в 1883-86 гг. В 1883 г. выпущен в Женеве «Календарь Народной Воли». В этих литературных произведениях была развита теория «Народной воли». Социалистические идеалы постепенно отодвигались на задний план и партия получала чисто политический характер. Веря в близость революции, партия боялась, что в России найдётся своя Вандея, из которой реакционные силы начнут поход против торжествующей революции; поэтому она выдвигала централистические требования, не замечая их противоречия требованию самоуправления общин и областей. Таким образом Народная воля под конец могла считаться партией якобинской; её журналы часто напоминали «Набат» Ткачёва.

Журнал «Народная Воля», листки и некоторые прокламации партии перепечатаны в сборнике Базилевского (В. Я. Богучарский) («Литература партии Народной Воли», 2-е приложение к сборнику «Государственные преступления в России», Париж, 1905). Очень суровую критику «Народной Воли» дают с одной стороны «Наши разногласия» Плеханова (Женева, 1884), с другой - «Историческая Польша и великорусская демократия» Драгоманова (Женева, 1883; перепечатано в собрании сочинений Драгоманова, т. I, Париж, 1905). Яркую характеристику (сочувственную) Народной Воли можно найти в «Подпольной России» Степняка (СПб., 1905) и в его же романе «Андрей Кожухов», перепечатанном в Санкт-Петербурге под заглавием «Из прошлого» (1905). Много ценного материала для истории партии «Народная воля» заключается в отчётах о её процессах, напечатанных в своё время в газетах легальных и нелегальных. Из них «Дело 1 марта 1881 г.» (официальный, сокращённый и искажённый отчет) перепечатано в Санкт-Петербурге (1906), с примечаниями Льва Дейча.

Петербургская группа «Гомон», состоящая из белорусских студентов, примыкавших к «Народной воле», выпустила в 1884 году два номера гектографированного журнала «Гомон», призывая к борьбе с самодержавием в союзе с русским революционным движением, определения автономии для народов Российской империи.

Вариант 2:

Народническая организация "Народная воля".

«Народная воля», революционно-народническая организация в России начала 80-х гг. 19 в. Образовалась в августе 1879, после раскола «Земли и воли» на «Народную волю» и «Чёрный передел». Учредителями «Народной воли» были профессиональные революционеры - сторонники политической борьбы с самодержавием.
Народовольцы создали централизованную, хорошо законспирированную организацию, самую значительную для разночинского периода освободительного движения в России. Её возглавил Исполнительный комитет: А. Д. Михайлов, А. А. Квятковский, А. И. Желябов, С. Л. Перовская, В. Н. Фигнер, Н. А. Морозов, М. Ф. Фроленко, Л. А. Тихомиров, А. И. Баранников, А. В. Якимова, М. Н. Ошанина и др. Ему подчинялась сеть местных и специальных (рабочих, студенческих, военных) групп. В 1879-83 народовольческие группы имелись почти в 50 городах, особенно много их было на Украине и в Поволжье. Число членов организации не превышало 500, в движении участвовало несколько тысяч.
Программа «Народной воли» содержала требования созыва Учредительного собрания, введения всеобщего избирательного права и постоянного народного представительства, свободы слова, совести, печати, сходок; общинного самоуправления, замены постоянной армии народным ополчением, передачи земли народу, предоставления угнетённым народам права самоопределения. Как и предшествующие народнические программы, она смешивала задачи демократические и социалистические, но её выгодно отличало развёрнутое определение именно демократических задач. Признав необходимость политической борьбы с самодержавием, народовольцы сделали по сравнению с народниками 70-х гг. шаг вперёд. Однако они оставались социалистами-утопистами, разделявшими основные положения народнической идеологии и, прежде всего веру в возможность для России, минуя капитализм, прийти к социализму через крестьянскую революцию. Большинство их верило в возможность непосредственно слить политические и социалистические перевороты, уповая на социалистические инстинкты крестьянства. Другие разделяли политический и социальный переворот во времени, полагая, что после свержения самодержавия и установления демократических свобод революционеры сумеют развернуть подготовку к социалистической революции. Либеральное крыло (не пользовавшееся существенным влиянием) предполагало удовлетвориться получением от царского правительства конституции.
«Народная воля» проводила революционную агитацию и пропаганду во всех слоях населения. Газеты «Народная воля», «Рабочая газета» стремились популяризировать идею политической борьбы с самодержавием. Борьбу за захват власти революционеры развернули под девизом «Теперь или никогда!». В подготовке восстания, а также в его осуществлении «Народная воля» главная роль отводила революционному меньшинству, т. е. своей организации. Народные массы должны были играть вспомогательную роль. В этом сказался бланкистский (см. Бланкизм) характер программы «Народной воли», понимавшей политическую борьбу как заговор. С развитием и обострением политической борьбы всё большее значение приобретал террор. «Народная воля» подготовила 7 покушений на Александра II. Народовольческий террор устрашил правительство, заставил его пойти на некоторые уступки. Однако увидев, что революционеров не поддерживают массы, самодержавие перешло в наступление. В террористической борьбе народовольцы растратили лучшие силы, обескровили организацию. В 1879-83 прошло свыше 70 политических народовольческих процессов, по которым привлекалось около 2 тыс. чел.
После убийства 1 марта 1881 Александра II «Народная воля» переживала идейный и организационный кризис. Наиболее значительные попытки возрождения «Народной воли» связаны с деятельностью Г. А. Лопатина (1884), П. Ф. Якубовича (1883-84), Б. Д. Оржиха, В. Г. Богораза, Л. Я. Штернберга (1885) и С. М. Гинсбург (1889). Особое место в народовольческом движении занимает «Террористическая фракция ""Народной воли""» А. И. Ульянова (1886-87), стремившаяся внести в программу «Народной воли» отдельные марксистские положения. Народнические организации 90-х гг. (группа народовольцев Петербурга, группа старых народовольцев в эмиграции) по сути отказались от многих революционных принципов «Народной воли».
Деятельность «Народной воли» стала одним из самых важных элементов революционной ситуации 1879-80. Однако несостоятельность её программных предпосылок, ошибочность тактики политического заговора, преобладание террористического метода борьбы над др. формами неизбежно должны были кончиться крахом.

После разгрома организации «Народная воля» в 1880-х годах многие бывшие ее участники стали лидерами или идеологами разных политических сил

Официально «Народная воля» перестала существовать в 1887 году. Историк Фриче писал тогда в статье «Крушение Народной воли»: Разгром «Народной воли» был прежде всего равносилен крушению веры во всемогущество интеллигенции, в ее историческую миссию, в ее творческие силы».

Однако Фриче поспешил выдать желаемое за действительное. «Народная воля» образовалась после раскола народнической «Земли и воли» на «Черный передел» и «Народную волю». Чернопередельцы делали ставку на пропаганду социалистических идей в крестьянстве и среди городских рабочих. А «Народная воля» быстро встала на более радикальные позиции, считая, что революцию можно подтолкнуть террором. Именно народовольцы 1 марта 1881 года убивают царя Александра II. Реакция общества оказывается совсем не такой, на которую рассчитывали радикальные революционеры. Царское правительство вскоре смогло разгромить оставшуюся в изоляции организацию.

«Народная воля» не умерла бесследно, а дала жизнь новым политическим, общественным и даже научным движениям в России. Активные народовольцы породили марксистские движения, еврейскую организацию БУНД, «цивилизованный монархизм» и русский национализм. По сути почти все российские политические силы того времени выросли из «Народной Воли».

Степан Халтурин: классический народоволец

3 апреля (22 марта) в Одессе был казнен соучастник убийства прокурора города Василия Стрельникова. За четыре дня до этого ненавидимый революционерами прокурор был застрелен на Приморском бульваре из револьвера в затылок. Террористы пытались скрыться, но были задержаны прохожими.

Степан Халтурин.

На допросе они представились вымышленными именами, уже через три дня в Одессу пришел приказ царя Александра III «судить убийц военно-полевым законом, и чтобы в 24 часа они были повешены без всяких отговорок».

На следующее утро двух террористов казнят, их имена станут известны позже. Непосредственным убийцей Стрельникова был Николай Желваков, а его помощником - Степан Халтурин. Именно Халтурин за два года до этого организовал взрыв в царском Зимнем дворце. После убийства царя 1 марта 1881 года партия «Народная воля» была практически разгромлена, но Халтурин избегает ареста и два года ведет агитацию на юге страны, до убийства Стрельникова.

Будущий революционер родился в семье зажиточных крестьян, рано увлекается народовольческой литературой. Из Вятской земской учительской семинарии его исключают в 1875 году за плохую успеваемость. К этому времени с группой единомышленников он решает уехать в Америку и основать коммуну. Но попутчики украли паспорт Халтурина и уезжают с ним из Петербурга. Оставшийся без документов и средств к существованию Халтурин берется за самые разные временные работы, пока не устраивается столяром в железнодорожные мастерские. Он быстро знакомится с петербургскими народниками, в частности с Георгием Плехановым. Во время раскола народнической «Земли и воли» Халтурин поддерживает сторонников террора.

К 1879 году революционер под именем Степана Батышкова попадает на работу на императорскую яхту. Царскому чиновнику нравится его работа, и осенью его нанимают для столярных работ в Зимнем дворце. Халтурина селят в подвальное помещение, сюда он небольшими порциями приносит динамит, всего около двух пудов (более 30 кг). Целью народовольцев к тому времени было убийство царя, Халтурин планировал взорвать Александра II во время обеда. Помещение народовольца-столяра располагалось двумя этажами ниже столовой. По случайности царь во время взрыва был далеко, он встречал опаздывающего брата императрицы. К тому же перекрытия между этажами оказались надежными, никто из царской семьи не пострадал. Погибли 11 солдат из караульного помещения, располагавшегося между комнатой Халтурина и столовой, еще 56 человек были ранены. Халтурин так и не был арестован, по распоряжению «Народной воли» он уехал в Москву, а уже потом на юг.

В советское время Халтурин был одним из самых почитаемых народовольцев, в том числе из-за большой симпатии к нему лидера большевиков Владимира Ленина. Создатель советского государства неоднократно упоминал рабочего-народовольца в своих работах, а кабинет вождя в Кремле был украшен горельефами Маркса и Халтурина.

БУНД

К осени 1881 года из 28 членов исполнительного комитета «Народной Воли» на свободе остались всего восемь человек (остальные были либо казнены, либо осуждены). К власти в НВ пришли молодые народовольцы, среди которых выделялся 26-летний еврей Савелий Златопольский. Одновременно вместе с ним в исполнительный комитет были приняты шесть новых членов, что примечательно - все не евреи. Лидерами этой нееврейской части стали Лебедев и Романенко.

В этот же 1881 год в связи с убийством царя Александра II по России прокатилась волна еврейских погромов. «Народная воля» не могла оставаться в стороне от таких событий и напечатала прокламацию. Эта бумага поразила большую часть российской интеллигенции, и особенно - евреев: НВ выступила в поддержку еврейских погромов!

«Все внимание обороняющегося народа сосредоточено теперь на купцах, шинкарях, ростовщиках, словом, на евреях, этой местной «буржуазии», поспешно и страстно, как нигде, обирающей рабочий люд».

Савелий Златопольский

Еврей и фактический руководитель НВ в то время Савелий Златопольский был полон возмущения и приказал уничтожить оставшуюся часть журнала с антисемитской статьей. Но внутреннюю фракцию антисемитов (себя она называла «рабочая фракция») в «Народной воле» уже было не остановить. Русская часть организации брала верх, евреи стали выдавливаться из НВ, но чаще - уходить сами. Более того, некоторая часть народовольцев сама участвует в погромах, оправдывая это тем, что они «экспроприируют деньги у жидов на революцию».

Через два года в «Приложении» к «Листку Народной воли», вышедшем в июле 1883 года, появилась новая статья «По поводу еврейских беспорядков» (ее написал Лебедев). Она окончательно оформила «новый курс» НВ. В ней еврейские погромы истолковывались как начало всенародного движения, «но не против евреев как евреев, а против «жидов», то есть народных эксплуататоров. «Народ отлично понимает, что и начальство поддерживает их вовсе не как евреев, не как угнетенный народ и тем более не как интеллектуальную силу, которую оно жестоко преследует, а только как жидов, то есть людей, помогающих держать народ в кабале, и как людей, делящихся с ним, дающих ему взятки», - говорилось в статье.

К концу статьи автор счел нужным напомнить, что и Великая французская революция началась с избиения евреев, и сослался на Карла Маркса, «который когда-то прекрасно объяснил, что евреи воспроизводят, как зеркало (и даже не в обыкновенном, а удлиненном виде), все пороки окружающей среды, все язвы общественного строя, так что, когда начинаются антиеврейские движения, то можно быть уверенным, что в них таится протест против всего порядка и начинается движение гораздо более глубокое».

Народоволец Дейч по поводу нового, антисемитского курса «Народной воли» писал Аксельроду: «Еврейский вопрос теперь действительно, на практике почти неразрешим для революционера. Ну что им, например, теперь делать в Балте, где бьют евреев? Заступиться за них, это значит вызвать ненависть против революционеров, «которые не только убили царя, но и жидов поддерживают». И приходится им быть между двумя противоречиями. Это просто безвыходное противоречие как для евреев, так и для революционеров, на практике и в действии».

Неудивительно, что те же Дейч и Аксельрод стали склоняться к марксизму, который в то время только проникал в Россию. «Народная воля» не только для них, но и для других евреев, состоявших в этой организации, стала враждебной.

Вторым движением, после марксизма, куда вынуждены были направиться евреи-народовольцы, стали сионистские организации. Первые чисто еврейские рабочие кружки появились в Минске уже в 1883 году. Основателем их был Хаим Хургин, впоследствии видный сионист. А в 1884-1885 годах сионизм стал завоевывать другие города запада Российской империи.

Но настоящий «взрыв» ожидал еврейские социалистические организации. В начале 1890-х группа еврейских социалистов организовала «Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России» - на идише аббревиатура БУНД. В числе отцов-основателей этой организации было немало бывших народовольцев. К примеру, один из них, Исай Айзенштадт, уже будучи в эмиграции в Германии, в 1920-е вспоминал процесс организации БУНДА: «Мы процентов на восемьдесят заимствовали программу «Народной воли» периода ее расцвета - народный социализм. А остальные двадцать процентов - это уже еврейская повестка».

В конечном итоге именно на основе БУНДа выросла и РСДРП (и большевиков, и меньшевиков - после их разделения).

Монархисты

Несколько видных народовольцев положили начало и «цивилизованному» (как они сами его называли) монархизму. Переход от радикального, террористического социализма к сытому, бюргерскому варианту «Православия, самодержавия и народности» совершили Иван Петров, Лев Тихомиров и еще около десяти бывших народников. Самой заметной фигурой среди них стал Лев Тихомиров.

Лев Тихомиров.

Тихомиров застал период расцвета движения. В 1873 году он был арестован, четыре года затем провел в тюрьме – в Петропавловской крепости. В 1877 году народник оказывается на свободе, уже, как он говорил сам, в качестве «авторитетного революционера».

Лев Тихомиров стал членом Исполнительного комитета, Распорядительной комиссии и редакции «Народной воли». Но главное - он признанный главный теоретик и идеолог организации.

После убийства Александра II, с наступлением в стране реакции Тихомиров бежит за границу. В 1882 году в Женеве он предлагает еще одному видному народовольцу, впоследствии основателю русского марксистского движения, Георгию Плеханову создать Заграничный центр НВ. Тот не верит в перспективы народовольчества и советует Тихомирову изучать анархизм или марксизм - именно они, как говорит Плеханов, в будущем поднимут Россию на дыбы.

Тихомиров впадает в депрессию. Он переезжает в Париж и там еще по инерции редактирует несколько лет «Вестник “Народной воли”». Психосоматические заболевания приводят Тихомирова к православному фанатизму. Глубокой верой он отличался еще в годы руководства «Народной волей». Вера Фигнер вспоминала российский период его увлечения религией:

«Лев Тихомиров - наш признанный идейный представитель, теоретик и лучший писатель, уже в 1881 году отличавшийся некоторыми странностями и, быть может, носивший в душе зачатки психологического переворота, который привел его к полному изменению прежней идеологии и сделал из революционера и республиканца - монархиста, из атеиста - религиозного ханжу, а из социалиста - единомышленника Каткова и Грингмута.

Еще в мартовские дни (1881 года. - РП) в Петербурге он изумлял нас. Так, после 1 марта он явился к нам с траурной повязкой на рукаве, какую носили военные и чиновники по случаю смерти Александра II. В другой раз он сообщил, что ходил в церковь и принес присягу новому императору. Мы не знали, чем объяснить эту комедию, но, по словам Тихомирова, это было необходимо, чтобы легализировать его в глазах дворника, который так любознателен, что забирается в квартиру, когда хозяев нет дома. Шпиономания, по-видимому, овладела им. Так, в Москве, живя в меблированных комнатах, он вообразил, что соседи сделали отверстие в стене и подслушивают разговоры в его помещении. Тотчас он оставил эту квартиру и отправился на богомолье в Троицко-Сергиевскую лавру».

В Париже Тихомиров изнуряет себя многочасовыми молитвами и постами. Его жена вспоминала, что шпиономания не покидала Льва и там: «Он никогда не ходил прямым путем, а только кружным. Он искал в квартире отверстия, через которые русская полиция подсматривает за ним и подслушивает».

В мае 1888 года Тихомиров закончил свою книгу «Почему я перестал быть революционером». В августе книга вышла небольшим тиражом в Париже. Он присылает экземпляр книги товарищу министра (заместителю министра. - РП) внутренних дел Плеве вместе с прошением о возвращении на Родину. В октябре 1888 года Лев Тихомиров обращается с Александру III с письмом о помиловании. Он получает ответ: амнистия и пять лет гласного надзора.

В январе 1889 года Тихомиров уезжает из Парижа, вскоре за ним возвращается в Россию и его семья. Министерству внутренних дел был выгоден «раскаявшийся революционер», и оно, что называется, ведет Тихомирова по жизни. Его устраивают редактором в «Московские ведомости» по повышенной ставке - 180 рублей в месяц (из них 100 рублей платит МВД). Столько же в то время получал армейский полковник.

В июле 1890 года по высочайшему повелению с Тихомирова был снят полицейский надзор. Вместе с философом Константином Леонтьевым он создает тайную общественную организацию для противодействия революционному движению - снова под патронажем МВД (охранка за эту деятельность еще доплачивает Тихомирову - 100 рублей в месяц).

Когда жизнь становится хорошо обеспеченной стараниями МВД, Лев Тихомиров получает возможность для работы над книгами. Главной из них становится капитальный труд «Монархическая государственность». В ней он отстаивает идею о синтезе самодержавия и народного представительства (тот самый «цивилизованный монархизм»). Тихомиров пишет, что необходимо бороться не только с революционным движением в стране. «Главный враг России - либерализм. Он - главный виновник революционизирования русского общества». Тихомиров предлагает монархии (через работу МВД, как это было в его случае) привлекать «способных интеллигентов к государственности. А кто не согласен - то пусть пеняют на себя». Именно Тихомиров разработал основы взаимодействия власти и интеллигенции, которые затем станут основополагающими для всех российских режимов (вплоть до сегодняшнего).

На волне успеха его идей во власти Тихомирова вновь настигает психосоматическое расстройство. Только теперь ему кажется, что за ним шпионит не охранка, а евреи и либералы. Он вместе с семьей ищет спасения в Сергиевом Посаде, где каждодневно молится в церквях.

В 1919 году он публично раскаивается в своей монархической и провокаторской деятельности. Большевики, помня его заслуги во время периода народничества, прощают Тихомирова. Он умирает своей смертью 16 октября 1923 года в Загорске.

Русский национализм

Впервые идею русского национализма в России стал разрабатывать тоже бывший народоводец - наполовину немец и дворянин Иосиф Каблиц.

В народническом движении Каблиц основал кружок, а потом и течение «вспышкопускателей». Основатели кружка разделяли концепцию анархиста Бакунина о готовности русского крестьянства к немедленному восстанию, пропагандировали идею организации отдельных крестьянских выступлений («вспышек», отсюда название кружка) с целью революционного воспитания народа.

После разгрома «Народной воли» в 1881 году Каблиц уходит из революционного движения в академическую работу. Он перекрещивается из лютеранства в старообрядчество (семейского согласия) и начинает заниматься проблемами русского народа.

Каблиц разделяет российское общество на две большие группы - европейскую аристократию (царский двор, высшие дворяне, немцы и т.д.) и собственно русский народ, «еще не пробудившийся». Необходимость свержения самодержавия он обосновывает именно из такого разделения общества: «Россией правит чуждая, почти колониальная элита. Русские должны скинуть ее».

Положительным примером решения национального вопроса для Каблица выступала Франция с ее унитаризмом. «Русский народ в своих отношениях к чужим племенам, вошедшим в состав его политического тела, способен отнестись беспристрастно и справедливо к их этнографическим требованиям», - писал Каблиц. Российское государство должно было оставаться преимущественно русским, при безусловном доминировании русского этнического, языкового и культурного элемента, которое, впрочем, обеспечивалось не юридическим закреплением преимуществ русских, а преобладанием численности и развитой культурой. Политическая автономия национальных регионов исключалась, допускалась автономия этнографическая, то есть культурно-национальная.

Иосиф Каблиц умер молодым, в 1893 году, прожив всего 45 лет. Позднее на основе его наследия усилиями белоэмигрантов будет развиваться «русский фашизм».

Польский национализм

Глава получившей независимость после Первой мировой войны Польши Юзеф Пилсудский был в юности народовольцем. Со своим старшим братом Брониславом он еще в 15 лет кружок самообразования для чтения книг на польском языке.

Юзеф Пилсудский.

Братья были выходцами из знатного шлехетского рода, их отец во время польского восстания 1863 года был комиссаром национального правительства. Закончив гимназию в Вильно, Юзеф Пилсудский поступает в Харьковский университет на медицинский факультет. Здесь он примыкает к народовольцам. В 1886 году Пилсудский просит о переводе в Дерптский (современный Тарту. - РП) университет в Эстонии, но, не получив ответа, возвращается в Вильно и вступает в кружок к местным социалистам. Учившийся в Петербурге Бронислав Пилсудский тем временем входит в состав группы народовольцев во главе с Александром Ульяновым, планировавших покушение на Александра III. Сам Юзеф, хотя, видимо, и сочувствовал народовольцам, непосредственно в заговор посвящен не был. Тем не менее после раскрытия террористической ячейки будущий основатель независимой Польши получает пять лет административной ссылки с Восточную Сибиль, хотя на процессе народовольцев и выступает как свидетель. Дело в том, что в Вильно Юзеф Пилсудский несколько раз помогал с размещением народовольцам из террористической группы, суд это расценил как соучастие в антиправительственной деятельности. Наказание для Бронислава Пилсудского было куда строже: сначала его приговаривают к смертной казни, которая в дальнейшем была заменена на 15 лет каторжных работ на Сахалине.

Возвратившись в 1892 году из Сибири, Юзеф Пилсудский в Польскую социалистическую партию, вскоре становится одним из ее лидеров. В 1900 году он вновь арестован, но имитирует психическое заболевание и бежит из психиатрической больницы. К этому времени Пилсудский убежденный польский националист, во время русско-японской войны он едет в Японию и предлагает создавать польский легион из пленных, которые сражались бы против царской армии. Между двумя революциями Пилсудский руководит военизированными группировками, занимавшимися, в том числе экспроприациями. Именно он в 1918 году возглавляет независимое польское государство.

Ctrl Enter

Заметили ошЫ бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter