С самого начала принятия как государственной сложились два церковных центра: Византия и Рим.

Положение константинопольского патриарха и римского папы было неодинаковым. Восточная Римская империя сохраняла свою независимость еще на протяжении тысячелетия после разделения Римской империи, а Западная прекратила свое существование уже в конце V в. Патриарх — глава Восточной церкви — был надежно защищен государственной властью от внешних врагов, однако он полностью зависел от императора. Глава Западной церкви — папа был сравнительно свободен от прямого воздействия со стороны светской власти, но ему приходилось постоянно лавировать между властителями варварских государств, которые образовались на территории бывшей Западной Римской империи. С середины VIII в. папа получает в дар земли и становится одновременно светским государем. Для управления хозяйственными делами церковь создала мощный административный аппарат. Таково объективное положение дел, обусловившее противостояние Восточной и Западной церквей.

На протяжении нескольких веков между этими ветвями церкви шла борьба с переменным успехом, однако, пока стороны нуждались в поддержке друг друга, полного разрыва не происходило. В середине IX в. произошел между папством и патриархией, положивший начало окончательному расколу. Прежде всего он касался назначения на патриарший престол Фотия , который был неугоден папе Николаю I. Стороны не хотели идти на компромисс еще и потому, что это было связано с территориальными претензиями в Болгарии и Сицилии. Болгария недавно была крещена, и стороны спорили по поводу того, в чью юрисдикцию она должна была перейти.

Разгорелись споры и по поводу культовых вопросов. Римская церковь распространяла принятый на соборе Символ веры с дополнительным словомfilioque (и Сына), что означало признание исхождения Святого Духа не только от Бога-Отца, но и от Бога-Сына. Это было серьезное отклонение от первоначального понимания. Кроме того, римская церковь допускала пост по субботам, разрешала употребление сыра и молока во время Великого поста и другие вольности. Но в этот раз до полного разрыва дело не дошло, так как стороны еще недостаточно окрепли.

В середине XI в. кризис в отношении двух церквей принял непримиримую форму и привел к окончательному разрыву. Папа усилил свое влияние в Сицилии, где до этого господствующее положение занимала патриархия. В ответ на это патриарх Михаил Кируларий распорядился, чтобы в латинских церквах Константинополя было введено богослужение по греческому образцу. Патриарх и папа обменивались грозными посланиями. В конце концов в 1054 г. папа послал в Константинополь своих послов во главе с кардиналом Гумбертом. Патриарх Михаил отказался вступать с ними в переговоры. В результате папа и патриарх обменялись анафемами в адрес друг друга, что ознаменовало окончательный раскол христианских церквей и возникновение основных направлений —

IX век

В IX веке произошел раскол между константинопольской патриархией и папством , который длился с 863 по 867 год. Константинопольскую патриархию в это время возглавлял патриарх Фотий (858-867, 877-886), во главе Римской курии был Николай I (858-867). Считается, что хотя формальным поводом к расколу стал вопрос о законности избрания Фотия на патриарший престол, глубинная причина раскола лежала в желании папы распространить своё влияние на епархии Балканского полуострова , что встретило сопротивление со стороны Византийской империи . Также с течением времени усиливался личный конфликт между двумя иерархами.

X век

В X веке острота конфликта снизилась, споры сменяли длительные периоды сотрудничества. В наставлении X века содержится формула обращения византийского императора к Папе:

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, нашего одного-единственного Бога. От [имя] и [имя], императоров римлян, верных Богу, [имя] святейшему Папе Римскому и нашему духовному отцу.

Подобным же образом устанавливались почтительные формы обращения к императору для послов из Рима .

XI век

В начале XI века началось проникновение западноевропейских завоевателей на территории, находившиеся до того под контролем Восточной Римской империи . Политическое противостояние вскоре привело к противостоянию Западной и Восточной церквей .

Конфликт в Южной Италии

Конец XI века ознаменовался началом активной экспансии выходцев из Нормандского герцогства в Южной Италии . Вначале нормандцы поступали наёмниками на службу византийцам и лангобардам , но со временем они стали создавать независимые владения. Хотя основная борьба нормандцев велась против мусульман сицилийского эмирата , вскоре завоевания северян привели к столкновениям с Византией .

Борьба Церквей

Борьба за влияние в Италии вскоре привела к конфликту константинопольского патриарха и римского папы . Приходы в Южной Италии исторически относились к юрисдикции Константинополя, однако по мере завоевания земель нормандцами ситуация стала меняться . В 1053 году патриарх Михаил Керуларий узнал, что греческий обряд на нормандских землях вытесняется латинским. В ответ Керуларий закрыл все храмы латинского обряда в Константинополе и поручил архиепископу болгарскому Льву Охридскому составить послание против латинян, в котором порицались бы различные элементы латинского обряда: служение литургии на хлебе из пресного теста; пост в субботу во время Великого поста ; отсутствие пения «Аллилуйя » во время Великого поста; употребление в пищу удавленины и другое. Послание было отправлено в Апулию и было адресовано епископу Иоанну Транийскому, а через него - всем епископам франков и «самому почтеннейшему папе». Гумберт Сильва-Кандидский написал сочинение «Диалог», в котором защищал латинские обряды и порицал греческие. В ответ Никита Стифат пишет трактат «Антидиалог», или «Слово об опресноках, субботнем посте и браке иереев» против сочинения Гумберта.

1054 год

В 1054 году папа Лев направил Керуларию послание, которое в обоснование папских притязаний на полноту власти в Церкви содержало пространные извлечения из поддельного документа, известного как Дарственная Константина , настаивая на его подлинности . Патриарх отверг притязания Папы на верховенство, после чего Лев послал в том же году легатов в Константинополь для улаживания спора. Главной политической задачей папского посольства было стремление получить от византийского императора военную помощь в борьбе с норманнами .

16 июля 1054 года, уже после смерти самого Папы Льва IX, три папских легата вошли в собор Святой Софии и положили на алтарь отлучительную грамоту, предающую анафеме патриарха и двух его помощников . В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме легатов. Ни Римская церковь Константинополем, ни византийская церковь легатами анафематствованы не были.

Закрепление раскола

События 1054 года ещё не означали полного разрыва между восточной и западной Церквями, Первый крестовый поход вначале сблизил церкви, но при продвижении к Иерусалиму обострились разногласия. Когда предводитель крестоносцев Боэмунд захватил бывший византийский город Антиохию (1098 год), он изгнал греческого патриарха и заменил его латинским; захватив Иерусалим в 1099 году , крестоносцы также поставили во главе местной Церкви латинского патриарха. Византийский император Алексей , в свою очередь, назначил собственных патриархов обоих городов, но проживали они в Константинополе. Существование параллельных иерархий означало, что восточная и западная церкви фактически пребывали в состоянии раскола. Этот раскол имел важные политические последствия. Когда в 1107 году Боэмунд пошёл походом на Византию в отместку за попытки Алексея отбить Антиохию, он заявил Папе, что это вполне оправданно, так как византийцы - раскольники. Таким образом он создал опасный прецедент для будущей агрессии против Византии со стороны западноевропейцев . Папа Пасхалий II приложил усилия, чтобы преодолеть раскол между православной и католической церквами, но это не удалось, поскольку папа продолжал настаивать на том, чтобы Константинопольский патриарх признал примат Папы над «всеми церквями Божьими по всему миру».

Первый крестовый поход

Отношения церквей заметно улучшились накануне и во время Первого крестового похода . Новая политика была связана с борьбой новоизбранного папы Урбана II за влияние на церковь с «антипапой » Климентом III и его покровителем Генрихом IV . Урбан II осознавал, что его позиции на Западе слабы и в качестве альтернативной поддержки стал искать путей примирения с Византией. Вскоре после своего избрания Урбан II отправил в Константинополь делегацию для обсуждения вопросов, спровоцировавших раскол за тридцать лет до этого. Эти меры создали почву для возобновления диалога с Римом и заложили основу для перестройки Византийской империи в преддверии Первого крестового похода. Высокопоставленному византийскому священнослужителю Феофилакту Гефаисту было поручено подготовить документ, который осторожно преуменьшал важность различий между греческими и латинскими обрядами, чтобы успокоить опасения византийских священнослужителей. Эти различия в большинстве своем - пустяковые, писал Феофилакт. Целью этого осторожного изменения позиции было ликвидировать раскол между Константинополем и Римом и заложить основу для политического и даже военного союза .

XII век

Другим событием, усилившим раскол, стал погром латинского квартала в Константинополе при императоре Андронике I (1182 год). Доказательств того, что погром латинян был санкционирован сверху нет, однако репутации Византии на христианском Западе был нанесён серьёзный урон .

XIII век

Лионская уния

Действия Михаила встретили сопротивление греческих националистов в Византии. Среди протестующих против унии была, среди прочих, сестра Михаила Евлогия, которая заявила: «Пусть лучше будет погублена империя моего брата, чем чистота православной веры », за что была заключена в тюрьму. Афонские монахи единодушно объявили унию впадением в ересь, несмотря на жестокие наказания со стороны императора: одному особенно непокорному монаху отрезали язык .

Историки связывают протесты против унии с развитием греческого национализма в Византии. Религиозная принадлежность связывалась с этнической идентичностью. Тех, кто поддержал политику императора, поносили не потому, что они стали католиками, а потому, что их воспринимали как предателей своего народа .

Возврат православия

После смерти Михаила в декабре 1282 года на престол взошел его сын Андроник II (правил в 1282-1328 годах). Новый император полагал, что после поражения Карла Анжуйского в Сицилии опасность с Запада миновала и, соответственно, исчезла практическая необходимость в унии. Уже через несколько дней после смерти отца Андроник выпустил из тюрем всех заключенных противников унии и низложил патриарха Константинопольского Иоанна XI , которого Михаил назначил, чтобы тот выполнил условия соглашения с Папой. В следующем году были низложены и заменены все епископы, которые поддерживали унию. На улицах Константинополя освобождение заключенных приветствовали ликующие толпы. Православие в Византии было восстановлено .
За отказ от Лионской унии Папа отлучил Андроника II от церкви, однако к концу своего правления Андроник возобновил контакты с папской курией и стал обсуждать возможность преодоления раскола .

XIV век

В середине XIV века существованию Византии стали угрожать турки-османы . Император Иоанн V решил обратиться за помощью к христианским странам Европы, однако Папа дал понять, что помощь возможна только в случае объединения Церквей . В октябре 1369 года Иоанн отправился в Рим, где принял участие в богослужении в соборе Святого Петра и объявил себя католиком, принимающим папскую власть и признающим филиокве . Чтобы избежать волнений на родине, Иоанн перешел в католичество лично, не давая никаких обещаний от имени своих подданных. Тем не менее, Папа объявил, что византийский император теперь заслуживает поддержки, и призвал католические державы прийти к нему на помощь в борьбе против османов. Однако призыв Папы не имел результата: помощь оказана не была, и вскоре Иоанн стал вассалом османского эмира Мурада I .

XV век

Несмотря на разрыв Лионской унии, православные (кроме Руси и некоторых районов Ближнего Востока) продолжали придерживаться троеперстия , а римский папа по-прежнему признавался первым по чести среди равных православных патриархов. Положение изменилось только после Ферраро-Флорентийского собора, когда настойчивость Запада в принятии его догматов вынудила православных признать римского папу еретиком, а западную церковь - еретической, и создать параллельную признавшим собор - униатам - новую православную иерархию. После захвата Константинополя (1453), турецкий султан Мехмед II принял меры к тому, чтобы сохранить раскол между православными и католиками и тем самым лишить византийцев надежды на то, что христиане-католики придут к ним на помощь. Униатский патриарх и его духовенство были изгнаны из Константинополя. На момент завоевания Константинополя место православного патриарха было свободно, и султан лично проследил за тем, чтобы через несколько месяцев его занял человек, известный непримиримым отношением к католикам. Константинопольский патриарх продолжал оставаться главой православной церкви, и его власть признавали в Сербии, Болгарии, дунайских княжествах и на Руси .

Обоснования раскола

Существует альтернативная точка зрения, согласно которой действительной причиной раскола стали притязания Рима на политическое влияние и денежные сборы на территориях, подконтрольных Константинополю. Однако в качестве публичного обоснования конфликта обе стороны называли богословские разногласия .

Доводы Рима

1. Михаила неправо называют патриархом .
2. Подобно симонианам , они продают дар Божий.
3. Подобно валезианам , оскопляют пришельцев, и делают их не только клириками, но и епископами.
4. Подобно арианам , перекрещивают крещёных во имя Святой Троицы, в особенности латинян.
5. Подобно донатистам , утверждают, что во всём мире, за исключением церкви Греческой, погибли и церковь Христова, и истинная Евхаристия , и крещение .
6. Подобно николаитам , позволяют браки служителям алтаря.
7. Подобно севирианам , злословят закон Моисеев.
8. Подобно духоборцам отсекают в символе веры исхождение Духа Святого и от Сына (филиокве).
9. Подобно манихеям , считают квасное одушевлённым.
10. Подобно назореям , наблюдают телесные очищения иудейские, новорождённых детей не крестят ранее восьми дней по рождении, родительниц не удостаивают причащения, и, если они язычницы, отказывают им в крещении.

Что касается взгляда на роль Римской церкви, то, по мнению католических авторов , свидетельства учения о безусловном первенстве и вселенской юрисдикции Римского епископа как преемника святого Петра существуют с I века (Климент Римский) и далее встречаются повсеместно как на Западе, так и на Востоке (свв. Игнатий Богоносец , Ириней , Киприан Карфагенский , Иоанн Златоуст , Лев Великий , Гормизд , Максим Исповедник , Феодор Студит и др.), поэтому попытки приписать Риму только некое «первенство чести» необоснованны.

До половины V века эта теория носила характер незаконченных, разрозненных мыслей, и лишь папа Лев Великий выразил их систематически и изложил в своих церковных проповедях, произносимых им в день его хиротонии перед собранием итальянских епископов.

Главные пункты этой системы сводятся, во-первых, к тому, что святой апостол Пётр есть princeps всего чина апостолов, превосходящий всех других и по власти, он есть primas всех епископов, ему вверено попечение о всех овцах, на него возложены заботы о всех пастырях Церкви.

Во-вторых, все дары и прерогативы апостольства, священства и пастырства даны вполне и прежде всего апостолу Петру и уже через него и не иначе, как через его посредство, подаются Христом и всем другим апостолам и пастырям.

В-третьих, primatus апостола Петра есть учреждение не временное, а постоянное.

В-четвертых, общение римских епископов с верховным апостолом весьма близко: каждый новый епископ принимает апостола Петра на кафедре Петровой, а отсюда дарованная апостолу Петру благодатная сила переливается и на его преемников.

Из этого практически для папы Льва вытекает:
1) так как вся Церковь основана на твёрдости Петровой, то удаляющиеся от этой твердыни ставят себя вне таинственного тела Христовой Церкви;
2) кто посягает на авторитет римского епископа и отказывает в повиновении апостольскому престолу, тот не хочет подчиняться блаженному апостолу Петру;
3) кто отвергает власть и первенство апостола Петра, тот ничуть не может уменьшить его достоинства, но надменный духом гордости низвергает самого себя в преисподнюю.

Несмотря на ходатайство папы Льва I о созыве IV Вселенского собора в Италии, что поддерживалось царскими особами западной половины империи, IV Вселенский Собор был созван императором Маркианом на Востоке, в Никее и затем в Халкидоне, а не на Западе. В соборных дискуссиях Отцы Собора относились весьма сдержанно к выступлениям легатов римского папы, детально изложивших и развивавших эту теорию, к оглашённой ими декларации Римского папы.

На Халкидонском соборе теория не была осуждена, так как несмотря на резкую форму в отношении всех восточных епископов выступления легатов по содержанию, например, в отношении патриарха Диоскора Александрийского, отвечали настроению и направлению всего Собора. Но тем не менее собор отказался осудить Диоскора только за то, что Диоскор совершал преступления против дисциплины, не исполняя поручения первого по чести среди патриархов и особенно за то, что Диоскор сам дерзнул провести отлучение папы Льва.

В папской декларации нигде не было указано о преступлениях Диоскора против веры. Заканчивается декларация также примечательно, в духе папистской теории: «Посему светлейший и блаженнейший архиепископ великого и старейшего Рима Лев, через нас и через настоящий святейший собор, вместе с преблаженнейшим и всехвальным апостолом Петром, который есть камень и утверждение кафолической Церкви и основание православной веры, лишает его епископства и отчуждает от всякого священного сана».

Декларация была Отцами Собора тактично, но отвергнута, и Диоскор был лишён патриаршества и сана за преследование семьи Кирилла Александрийского, хотя вспоминали ему и поддержку еретика Евтихия, неуважение к епископам, Разбойничий собор и т. д., но никак не за выступление александрийского папы против папы римского, и ничего из декларации папы Льва Собором, так возносившим томос папы Льва , одобрено не было. Принятое на Халкидонском соборе 28 правило о предоставлении чести как второму после римского папы архиепископу Нового Рима как епископу царствующего града второго после Рима вызвало бурю негодования. Святитель Лев папа Римский не признал действительности этого канона, прервал общение с архиепископом Анатолием Константинопольским и угрожал ему отлучением .

Доводы Константинополя

После того как легат Римского папы кардинал Гумберт положил на алтарь храма святой Софии писание с анафемой константинопольскому патриарху, патриарх Михаил собрал синод, на котором выдвинута ответная анафема:

С анафемой затем самому нечестивому писанию, а также тем, кто его предъявил, писал и каким-либо одобрением или волей участвовал в его творении .

Ответные обвинения против латинян были следующие на соборе:

В разных архиерейских посланиях и соборных постановлениях православные также ставили в вину католикам:

1. Служение литургии на опресноках .
2. Пост в субботу.
3. Допущение женитьбы мужчины на сестре его умершей жены.
4. Ношение католическими епископами перстней на пальцах рук.
5. Хождение католических епископов и священников на войну и осквернение своих рук кровью убитых.
6. Наличие у католических епископов жён и наличие наложниц у католических священников.
7. Ядение в субботы и в воскресения Великим постом яиц, сыра и молока и несоблюдение Великого поста .
8. Ядение удавленины , мертвячины, мяса с кровью.
9. Ядение католическими монахами свиного сала.
10. Совершения Крещения в одно, а не в три погружения.
11. Изображение Креста Господня и изображение святых на мраморных плитах в церквах и хождение католиками по ним ногами.

Реакция патриарха на вызывающий поступок кардиналов была достаточно осторожной и в целом миролюбивой. Достаточно сказать, что с целью успокоения волнений было официально заявлено, что греческие переводчики извратили смысл латинской грамоты. Далее, на последовавшем Соборе 20 июля за недостойное поведение в храме были отлучены от Церкви все три члена папской делегации, однако Римская Церковь в решении собора специально не упоминалась. Было сделано всё, чтобы свести конфликт к самодеятельности нескольких римских представителей, что, собственно, и имело место. Патриарх отлучил от Церкви лишь легатов и только за дисциплинарные нарушения, а не за вероучительные вопросы. На Западную церковь или на римского епископа эти анафемы никак не распространялись.

Даже когда один из отлучённых легатов стал папой (Стефан IX), этот раскол не считался окончательным и особо важным, а папа направил посольство в Константинополь извиниться за резкость Гумберта. Событие это стало оцениваться как нечто чрезвычайно важное лишь через пару десятков лет на Западе, когда к власти пришёл папа Григорий VII , который в своё время был протеже умершего уже кардинала Гумберта. Его усилиями эта история и получила необычайное значение. Потом, уже в новое время, она рикошетом из западной историографии вернулась на Восток и стала считаться датой разделения Церквей .

Восприятие раскола на Руси

Проверить информацию.

Покинув Константинополь, папские легаты отправились в Рим окружным путём, чтобы оповестить об отлучении Михаила Керулария его противника Илариона , которого Константинопольская церковь не хотела признавать митрополитом, и получить военную помощь Руси в борьбе папского престола с норманнами . Они посетили Киев , где с подобающими почестями были приняты великим князем Изяславом Ярославичем и духовенством , которому должно было понравиться отделение Рима от Константинополя. Возможно, странное на первый взгляд поведение легатов римского папы, сопроводивших анафемой византийской церкви свою просьбу о военной помощи Византии Риму, должно было расположить в их пользу русских князя и митрополита с получением от Руси значительно большей помощи, чем можно было ожидать от Византии.

История одного раскола. Православие и Католицизм

В этом году весь христианский мир одновременно отмечает главный праздник Церкви - Воскресение Христово. Это вновь напоминает об общем корне, от которого ведут происхождение основные христианские конфессии, о существовавшем некогда единстве всех христиан. Однако уже почти тысячу лет между восточным и западным христианством это единство нарушено. Если многим знакома дата 1054 года как официально признанный историками год разделения Православной и Католической Церквей, то, возможно, не всем известно, что ей предшествовал длительный процесс постепенного расхождения.

В данной публикации читателю предлагается сокращенный вариант статьи архимандрита Плакиды (Дезея) «История одного раскола». Это краткое исследование причин и истории разрыва между западным и восточным христианством. Не рассматривая детально догматических тонкостей, останавливаясь только на истоках богословских разногласий в учении блаженного Августина Иппонийского, отец Плакида приводит историко-культурный обзор событий, предшествовавших упомянутой дате 1054 года и последовавших после нее. Он показывает, что разделение произошло не в единочасье и не внезапно, а явилось следствием «длительного исторического процесса, на который повлияли как вероучительные разногласия, так и политические и культурные факторы».

Основная работа по переводу с французского оригинала была выполнена студентами Сретенской Духовной семинарии под руководством Т.А. Шутовой. Редакторская правка и подготовка текста осуществлена В.Г. Массалитиной. Полный текст статьи опубликован на сайте «Православная Франция. Взгляд из России» .

Предвестники раскола

Учение епископов и церковных писателей, чьи произведения были написаны на латинском языке, - святителей Илария Пиктавийского (315–367), Амвросия Медиоланского (340–397), преподобного Иоанна Кассиана Римлянина (360–435) и многих других - было полностью созвучно с учением греческих святых отцов: святителей Василия Великого (329–379), Григория Богослова (330–390), Иоанна Златоуста (344–407) и других. Западные отцы отличались от восточных подчас лишь тем, что делали акцент более на нравоучительной составляющей, нежели на глубоком богословском анализе.

Первое покушение на эту вероучительную гармонию произошло с появлением учения блаженного Августина, епископа Иппонийского (354–430). Здесь мы встречаемся с одной из самых волнующих загадок христианской истории. В блаженном Августине, которому в наивысшей степени было присуще чувство единства Церкви и любовь к нему, не было ничего от ересиарха. И тем не менее по многим направлениям Августин открыл христианской мысли новые пути, оставившие глубокий отпечаток в истории Запада, но в то же время оказавшиеся почти полностью чуждыми не-латинским Церквям.

С одной стороны, Августин, самый «философствующий» из отцов Церкви, склонен к превозношению способностей человеческого разума в области богопознания. Он разработал богословское учение о Святой Троице, которое легло в основу латинской доктрины об исхождении Святого Духа от Отца и Сына (на латыни - Filioque ). Согласно более древней традиции, Святой Дух берет Свое начало, так же как и Сын, только от Отца. Восточные отцы всегда придерживались этой формулы, содержащейся в Священном Писании Нового Завета (см.: Ин. 15, 26), и видели в Filioque искажение апостольской веры. Они отмечали, что в результате этого учения в Западной Церкви произошло некое принижение Самой Ипостаси и роли Святого Духа, что, по их мнению, привело к определенному усилению институциональных и юридических аспектов в жизни Церкви. С V века Filioque повсеместно допускалось на Западе, практически без ведома не-латинских Церквей, но в Символ веры оно было добавлено позже.

В том, что касается внутренней жизни, Августин настолько подчеркивал человеческую немощь и всемогущество Божественной благодати, что получалось, будто он умалял человеческую свободу перед лицом Божественного предопределения.

Гениальная и в высшей степени привлекательная личность Августина еще при его жизни вызывала восхищение на Западе, где его вскоре стали считать величайшим из отцов Церкви и почти полностью сосредоточились только на его школе. В значительной степени римский католицизм и отколовшиеся от него янсенизм и протестантизм будут отличаться от Православия тем, чем они обязаны святому Августину. Средневековые конфликты между священством и империей, введение схоластического метода в средневековых университетах, клерикализм и антиклерикализм в западном обществе являются в различной степени и в разных формах либо наследием, либо последствиями августинизма.

В IV–V вв. появляется еще одно разногласие между Римом и другими Церквями. Для всех Церквей Востока и Запада первенство, признанное за Римской Церковью, проистекало, с одной стороны, из того, что она была Церковью бывшей столицы империи, а с другой - из того, что она была прославлена проповедью и мученичеством двух первоверховных апостолов Петра и Павла. Но это первенство inter pares («между равными») не означало, что Римская Церковь является резиденцией централизованного управления Вселенской Церковью.

Однако, начиная со второй половины IV века, в Риме зарождается иное понимание. Римская Церковь и ее епископ требуют себе главенствующей власти, которая делала бы ее руководящим органом правления Вселенской Церковью. Согласно римской доктрине, это первенство основано на ясно выраженной воле Христа, Который, по их мнению, наделил этой властью Петра, сказав ему: «Ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» (Мф. 16, 18). Папа Римский считал себя уже не просто преемником Петра, признаваемого с тех пор первым епископом Рима, но и его викарием, в котором как бы продолжает жить первоверховный апостол и через него править Вселенской Церковью.

Несмотря на некоторое сопротивление, это положение о первенстве было мало-помалу принято всем Западом. Остальные Церкви в целом придерживались древнего понимания первенства, нередко допуская некую двусмысленность в своих отношениях с Римским престолом.

Кризис в Позднем Средневековье

VII в. стал свидетелем рождения ислама, который начал распространяться с молниеносной скоростью, чему способствовал джихад - священная война, позволившая арабам покорить Персидскую империю, долгое время бывшую грозным соперником империи Римской, а также территории патриархатов Александрии, Антиохии и Иерусалима. Начиная с этого периода, патриархи упомянутых городов часто были вынуждены поручать управление оставшейся христианской паствой своим представителям, которые пребывали на местах, в то время как сами они должны были жить в Константинополе. В результате этого произошло относительное уменьшение значимости этих патриархов, а патриарх столицы империи, кафедра которого уже во время Халкидонского собора (451) была поставлена на второе место после Рима, таким образом стал, в какой-то степени, высшим судьей Церквей Востока.

С появлением Исаврийской династии (717) разразился иконоборческий кризис (726). Императоры Лев III (717–741), Константин V (741–775) и их преемники запретили изображать Христа и святых и почитать иконы. Противников императорской доктрины, в основном монахов, бросали в тюрьмы, подвергали пыткам, умерщвляли, как во времена языческих императоров.

Римские папы поддержали противников иконоборчества и прервали общение с императорами-иконоборцами. А те в ответ на это присоединили к Константинопольскому Патриархату Калабрию, Сицилию и Иллирию (западную часть Балкан и север Греции), которые до того времени находились под юрисдикцией папы Римского.

Одновременно с этим, для того чтобы успешнее противостоять наступлению арабов, императоры-иконоборцы провозгласили себя приверженцами греческого патриотизма, очень далекого от господствовавшей до этого универсалистской «римской» идеи, и потеряли интерес к негреческим областям империи, в частности, к северной и центральной Италии, на которые притязали лангобарды.

Законность почитания икон была восстановлена на VII Вселенском соборе в Никее (787). После нового витка иконоборчества, начавшегося в 813 г., православное учение окончательно восторжествовало в Константинополе в 843 г.

Общение между Римом и империей было тем самым восстановлено. Но то, что императоры-иконоборцы ограничили свои внешнеполитические интересы греческой частью империи, привело к тому, что Римские папы стали искать для себя других покровителей. Ранее папы, не имевшие территориального суверенитета, были лояльными поданными империи. Теперь, уязвленные присоединением Иллирии к Константинополю и оставленные без защиты перед лицом нашествия лангобардов, они обратились к франкам и в ущерб Меровингам, которые всегда поддерживали отношения с Константинополем, стали способствовать приходу новой династии Каролингов, носителей иных амбиций.

В 739 г. папа Григорий III, стремясь помешать лангобардскому королю Луитпранду объединить Италию под своей властью, обратился к майордому Карлу Мартелу, который пытался использовать смерть Теодориха IV для того, чтобы устранить Меровингов. В обмен на его помощь он пообещал отказаться от всякой лояльности константинопольскому императору и воспользоваться покровительством исключительно короля франков. Григорий III был последним папой, который просил у императора утверждения своего избрания. Его преемники уже будут утверждаться франкским двором.

Карл Мартел не смог оправдать надежд Григория III. Однако в 754 г. папа Стефан II самолично отправляется во Францию, чтобы встретиться с Пипином Коротким . Тот в 756 г. отвоевал Равенну у лангобардов, но вместо того, чтобы вернуть Константинополю, передал ее папе, положив основание образованной вскоре Папской области, которая превратила пап в независимых светских правителей. Для того чтобы дать правовое обоснование сложившемуся положению, в Риме была разработана знаменитая подделка - «Константинов дар», согласно которой император Константин якобы передал папе Сильвестру (314–335) императорские полномочия над Западом.

25 сентября 800 г. папа Лев III без всякого участия Константинополя возложил на голову Карла Великого императорскую корону и нарек его императором. Ни Карл Великий, ни позже другие германские императоры, которые в какой-то степени восстанавливали созданную им империю, не стали соправителями константинопольского императора, в соответствии с уложением, принятым вскоре после смерти императора Феодосия (395). Константинополь неоднократно предлагал компромиссное решение подобного рода, что сохранило бы единство Романии . Но каролингская империя желала быть единственной законной христианской империей и стремилась занять место империи константинопольской, считая ее отжившей. Вот почему богословы из окружения Карла Великого позволили себе осудить постановления VII Вселенского собора о почитании икон как запятнанные идолопоклонством и ввести Filioque в Никео-Цареградский Символ веры. Однако папы трезво воспротивились этим неосторожным мерам, направленным на принижение греческой веры.

Тем не менее, политический разрыв между франкским миром и папством с одной стороны и древней Римской империей Константинополя с другой был предрешен. А такой разрыв не мог не привести и к собственно религиозному расколу, если принять во внимание то особое богословское значение, какое христианская мысль придавала единству империи, рассматривая его как выражение единства народа Божия.

Во второй половине IX в. антагонизм между Римом и Константинополем проявился на новой почве: встал вопрос, к какой юрисдикции отнести славянские народы, вступавшие в то время на путь христианства. Этот новый конфликт также оставил глубокий след в истории Европы.

В то время папой стал Николай I (858–867), человек энергичный, стремившийся установить римскую концепцию господства папы во Вселенской Церкви, ограничить вмешательства светских властей в церковные дела, а также боровшийся против центробежных тенденций, проявлявшихся у части западного епископата. Свои действия он подкреплял получившими хождение незадолго до этого поддельными декреталиями, якобы выпущенными предыдущими папами.

В Константинополе же патриархом стал Фотий (858–867 и 877–886). Как убедительно установили современные историки , личность святителя Фотия и события времени его правления были сильно очернены его противниками. Это был очень образованный человек, глубоко преданный православной вере, ревностный служитель Церкви. Он хорошо понимал, какое большое значение имеет просвещение славян. Именно по его инициативе святые Кирилл и Мефодий отправились просвещать велико-моравские земли. Их миссия в Моравии была, в конечном счете, задушена и вытеснена происками германских проповедников. Тем не менее они успели перевести на славянский язык богослужебные и наиболее важные библейские тексты, создав для этого алфавит, и таким образом заложили фундамент культуры славянских земель. Фотий занимался также просвещением народов Балкан и Руси. В 864 г. он крестил Бориса, князя Болгарского.

Но Борис, разочарованный тем, что не получил от Константинополя автономную церковную иерархию для своего народа, повернулся на некоторое время к Риму, принимая латинских миссионеров. Фотию стало известно, что те проповедуют латинское учение об исхождении Святого Духа и, похоже, используют Символ веры с добавлением Filioque .

Тогда же папа Николай I вмешался во внутренние дела Константинопольского Патриархата, добиваясь смещения Фотия, чтобы с помощью церковных интриг восстановить на кафедре бывшего патриарха Игнатия, низложенного в 861 г. В ответ на это император Михаил III и святитель Фотий созвали в Константинополе собор (867), постановления которого впоследствии были уничтожены. Этот собор, по-видимому, признал учение о Filioque еретическим, объявил неправомерным вмешательство папы в дела Константинопольской Церкви и разорвал с ним литургическое общение. А так как от западных епископов в Константинополь поступили жалобы на «тиранию» Николая I, то собор предложил императору Людовику Германскому низложить папу.

В результате дворцового переворота Фотий был низложен, а новый собор (869–870), созванный в Константинополе, осудил его. Этот собор до сих пор считается на Западе VIII Вселенским собором. Затем при императоре Василии I святитель Фотий был возвращен из опалы. В 879 г. в Константинополе снова был созван собор, который в присутствии легатов нового папы Иоанна VIII (872–882) восстановил Фотия на кафедре. Тогда же были сделаны уступки в отношении Болгарии, которая возвратилась в юрисдикцию Рима, сохранив при этом греческое духовенство. Впрочем, Болгария вскоре добилась церковной независимости и осталась в орбите интересов Константинополя. Папа Иоанн VIII написал патриарху Фотию письмо, осуждавшее добавление Filioque в Символ веры, не осуждая при этом само учение. Фотий, вероятно не заметив этой тонкости, решил, что одержал победу. Вопреки устойчивым ложным представлениям можно утверждать, что никакой так называемой второй Фотиевой схизмы не было, а литургическое общение между Римом и Константинополем сохранялось еще более века.

Разрыв в XI веке

XI в. для Византийской империи был поистине «золотым». Мощь арабов окончательно подорвана, Антиохия вернулась в состав империи, еще немного - и был бы освобожден Иерусалим. Разгромлен болгарский царь Симеон (893–927), пытавшийся создать выгодную для него романо-болгарскую империю, та же участь постигла Самуила, поднявшего восстание с целью образования македонского государства, после чего Болгария вернулась в империю. Киевская Русь, приняв христианство, быстро становилась частью византийской цивилизации. Стремительный культурный и духовный подъем, начавшийся сразу после торжества Православия в 843 г., сопровождался политическим и экономическим расцветом империи.

Как ни странно, но победы Византии, в том числе над исламом, были выгодны и Западу, создав благоприятные условия для зарождения Западной Европы в том виде, в каком она будет существовать в течение многих веков. А точкой отсчета этого процесса можно считать образование в 962 г. Священной Римской империи германской нации и в 987 г. - Франции Капетингов. Тем не менее, именно в XI в., казавшимся столь многообещающим, между новым западным миром и Римской империей Константинополя произошел духовный разрыв, непоправимый раскол, последствия которого были для Европы трагичными.

С начала XI в. имя папы больше не поминалось в константинопольских диптихах, а это означало, что общение с ним прервано. Это завершение длительного процесса, изучаемого нами. Точно не известно, что послужило непосредственной причиной этого разрыва. Возможно, поводом стало включение Filioque в исповедание веры, отправленное папой Сергием IV в Константинополь в 1009 г. вместе с извещением о его вступлении на Римский престол. Как бы то ни было, но во время коронации германского императора Генриха II (1014) Символ веры пелся в Риме с Filioque .

Кроме введения Filioque был еще целый ряд латинских обычаев, возмущавших византийцев и увеличивавших поводы для разногласий. Среди них особенно серьезным было использование пресного хлеба для совершения Евхаристии. Если в первые века повсюду использовался квасной хлеб, то с VII–VIII веков Евхаристия стала совершаться на Западе с использованием облаток из пресного хлеба, то есть без закваски, как это делали древние евреи на свою пасху. Символическому языку в то время придавалось огромное значение, вот почему греками использование пресного хлеба воспринималось как возвращение к иудаизму. Они видели в этом отрицание той новизны и того духовного характера жертвы Спасителя, которые были предложены Им взамен ветхозаветных обрядов. В их глазах использование «мертвого» хлеба означало, что Спаситель в воплощении принял лишь человеческое тело, но не душу…

В XI в. с большей силой продолжалось укрепление папской власти, которое началось еще во времена папы Николая I. Дело в том, что в X в. власть папства была как никогда ранее ослаблена, будучи жертвой действий различных группировок римской аристократии или испытывая давление германских императоров. В Римской Церкви распространились различные злоупотребления: продажа церковных должностей и пожалование их мирянами, браки или сожительства в среде священства… Но во время понтификата Льва XI (1047–1054) началась настоящая реформа Западной Церкви. Новый папа окружил себя достойными людьми, в основном уроженцами Лотарингии, среди которых выделялся кардинал Гумберт, епископ Белой Сильвы. Реформаторы не видели иного средства для исправления бедственного состояния латинского христианства, кроме усиления власти и авторитета папы. В их представлении папская власть, так как они ее понимали, должна распространяться на Вселенскую Церковь, как латинскую, так и греческую.

В 1054 г. произошло событие, которое могло остаться незначительным, однако послужило поводом для драматического столкновения между церковной традицией Константинополя и западным реформаторским течением.

Стремясь получить помощь папы перед угрозой норманнов, покушавшихся на византийские владения юга Италии, император Константин Мономах по наущению латинянина Аргира, назначенного им правителем этих владений, занял примирительную по отношению к Риму позицию и пожелал восстановить единство, прерванное, как мы видели, в начале века. Но действия латинских реформаторов на юге Италии, ущемлявшие византийские религиозные обычаи, обеспокоили Константинопольского патриарха Михаила Кирулария. Папские легаты, среди которых был и непреклонный епископ Белой Сильвы кардинал Гумберт, прибывшие в Константинополь для переговоров об объединении, замыслили руками императора сместить несговорчивого патриарха. Дело кончилось тем, что легаты возложили на престол Святой Софии буллу об отлучении Михаила Кирулария и его сторонников. А через несколько дней в ответ на это патриарх и созванный им собор отлучили от Церкви самих легатов.

Два обстоятельства придали поспешному и необдуманному поступку легатов значение, которые не могли оценить в то время. Во-первых, они снова затронули вопрос о Filioque , неправомочно упрекая греков в том, что те исключили его из Символа веры, хотя не-латинское христианство всегда рассматривало это учение как противоречащее апостольской традиции. Кроме того, византийцам стали ясны замыслы реформаторов распространить абсолютную и прямую власть папы на всех епископов и верующих даже и в самом Константинополе. Представленная в таком виде экклезиология казалась им совершенно новой и также не могла в их глазах не противоречить апостольской традиции. Ознакомившись с ситуацией, остальные восточные патриархи присоединились к позиции Константинополя.

1054 г. следовало бы рассматривать не столько как дату раскола, сколько как год первой неудавшейся попытки воссоединения. Никто тогда и представить себе не мог, что разделение, которое произошло между теми Церквями, которые вскоре назовут Православной и Римско-Католической, будет длиться веками.

После раскола

В основе раскола лежали главным образом вероучительные факторы, касающиеся различных представлений о тайне Святой Троицы и о структуре Церкви. К ним добавились также расхождения в менее важных вопросах, относящихся к церковным обычаям и обрядам.

В течение Средних веков латинский Запад продолжал развитие в направлении, которое еще более удалило его от православного мира и его духа.

С другой стороны, произошли серьезные события, которые еще больше затруднили понимание между православными народами и латинским Западом. Вероятно, самым трагичным из них был IV крестовый поход, отклонившийся от основного пути и завершившийся разорением Константинополя, провозглашением латинского императора и установлением господства франкских сеньоров, которые по своему произволу кроили земельные владения бывшей Римской империи. Многие православные монахи были изгнаны из своих монастырей и заменены монахами латинскими. Все это, вероятно, происходило непреднамеренно, тем не менее такой поворот событий был логическим следствием создания западной империи и эволюции латинской Церкви с начала Средневековья.

Архимандрит Плакида (Дезей) родился во Франции в 1926 г. в католической семье. В 1942 г., шестнадцати лет, поступил в цистерцианское аббатство Бельфонтэн. В 1966 г. в поисках подлинных корней христианства и монашества основал вместе с монахами-единомышленниками монастырь византийского обряда в Обазине (департамент Коррэз). В 1977 г. монахи монастыря решили принять Православие. Переход состоялся 19 июня 1977 г.; в феврале следующего года они стали монахами афонского монастыря Симонопетра. Вернувшись через некоторое время во Францию, о. Плакида вместе с перешедшей в Православие братией основал четыре подворья монастыря Симонопетра , главным из которых стал монастырь преподобного Антония Великого в Сен-Лоран-ан-Руайан (департамент Дром), в горном массиве Веркор. Архимандрит Плакида - доцент патрологии в в Париже. Он основатель серии «Spiritualité orientale» («Восточная духовность»), выпускаемой с 1966 г. издательством аббатства Бельфонтэн. Автор и переводчик многих книг по православной духовности и монашеству, важнейшими из которых являются: «Дух пахомиевского монашества» (1968), «Видехом свет истинный: Монашеская жизнь, ее дух и основополагающие тексты» (1990), «“Добротолюбие” и православная духовность» (1997), «Евангелие в пустыне» (1999), «Пещь вавилонская: Духовный путеводитель» (2001), «Основы катехизиса» (в 2-х т. 2001), «Уверенность в невидимом» (2002), «Тело - душа - дух в православном понимании» (2004). В 2006 г. в издательстве Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета впервые увидел свет перевод книги «Добротолюбие» и православная духовность» . Желающим ближе познакомиться с биографией о. Плакиды рекомендуем обратиться к приложению в этой книге - автобиографической заметке «Этапы духовного странствия». (Прим. пер.) Он же. Византия и римский примат. (Колл. «Unam Sanctam». № 49). Париж, 1964. С. 93–110.

11 / 04 / 2007

Раскол церкви (православной, католической, великая схизма)

Официальный раскол (великая схизма) церкви на католическую на Западе с центром в Риме и православную на Востоке с центром в Константинополе произошел в 1054 году. Историки до сих пор не могут прийти к единству во мнении относительно его причин. Одни считают главной предпосылкой разрыва претензии Константинопольского патриарха на главенство в христианской церкви. Другие - стремление Папы подчинить своей власти церкви Южной Италии.

Исторические же предпосылки схизмы восходят своими корнями к IV веку, когда у Римcкой империи, государственной религией которой стало христианство, появилась вторая столица – Константинополь (ныне Стамбул). Географическая отдаленность друг от друга двух политических и духовных центров – Константинополя и Рима – привели к появлению обрядовых и догматических различий между церквями запада и востока империи, которые со временем не могли не привести к поиску истины и борьбе за лидерство.

Разрыв был закреплен военными действиями, когда в 1204 году в 4-м крестовом походе папства крестоносцами был разгромлен Константинополь. Раскол не преодолён до сих пор, хотя в 1965 году взаимные проклятия были сняты.

Второй сопоставимый по масштабу раскол начался в церкви, когда верующие стали переводить на родные языки Библию и возвращаться к первоапостольским истокам, отказываясь от доктрин государственных церквей, противоречащих Священному Писанию и дополненных к нему. Необходимо отметить, что долгое время в значительной части церквей использовался лишь латинский текст Библии. А в 1231 году Папа Григорий IX своей буллой запретил мирянам западной церкви чтение Священного Писания на любом языке, что было официально отменено лишь Вторым Ватиканским собором 1962-1965 гг. Несмотря на запрет, в более прогрессивной Европе перевод Библии на родные понятные простым людям языки начался в XVI веке.

В 1526 г. Шпейерский рейхстаг по требованию немецких князей принял постановление о праве каждого немецкого князя выбирать религию для себя и своих подданных. Однако 2-й Шпейерский рейхстаг в 1529 г. отменил это постановление. В ответ от пяти князей имперских городов Германии последовал протест, от чего и произошел термин «протестантизм» (лат. protestans, род. п. protestantis - публично доказывающий). Так, новые церкви, вышедшие из лона господствующих конфессий, получили название – протестантские. Теперь протестантизм является одним из трех, наряду с католицизмом и православием, главных направлений христианства.

Внутри протестантства много конфессий, которые в основном расходятся в толковании каких-либо текстов Библии, не затрагивающих основного принципа спасения во Христе. В целом же значительная часть этих церквей дружны между собой и едины в главном – не признают главенства папы и верховных патриархов. Многие протестантские церкви руководствуются принципом «Sola Scriptura» (лат. «только Писание»).

Что касается России, то русская православная церковь не допускала перевода Библии на понятный простым людям язык вплоть до XIX века. Синодальный перевод Священного Писания с церковнославянского на русский был осуществлен на Руси лишь в 1876 году. До сих пор им пользуются русскоговорящие верующие большинства христианских конфессий.

По сведениям агентства «Операция мир», по всему миру насчитывается около 943 миллионов католиков, 720 миллионов протестантов и 211 миллионов православных («Операция мир», 2001 г.).

Существуют страны, в которых преобладают те или иные конфессии. На сайте , специализирующемся на статистических данных о религиях мира, приводятся следующие данные. Более 50% населения католики составляют в Италии, Франции, Испании, Ирландии, Мексике, Польше, Канаде, Аргентине, Португалии, Австрии, Ватикане, Бельгии, Боливии, Колумбии, на Кубе; православные – в России, Армении, Беларуси, Болгарии, Грузии, Греции, Македонии, Молдове, Румынии, Сербии и Черногории, Украине, на Кипре; протестанты – в США, Великобритании, Дании, Финляндии, Гренландии, Исландии, Норвегии, Швеции, Новой Зеландии, Самоа, Намибии, ЮАР, на Ямайке, Таити.

Однако все эти цифры не совсем корректно отображают действительность. На самом деле, протестантов может оказаться даже больше, чем вместе православных и католиков. Ведь число верующих, реально исповедующих в своей повседневной жизни православие и католицизм, намного меньше, чем число тех, кто заявляет о принадлежности к этим конфессиям. Я имею в виду, что значительная часть протестантов знают во что верят. Они могут объяснить, почему они протестанты и принадлежат к той или иной церкви. Они читают Библию, посещают богослужения. А большинство католиков и православных в церковь заглядывают изредка, при этом вообще не знают Библию и даже не понимают, чем доктринально отличается католицизм, православие и протестантизм. Такие верующие просто считают себя католиками или православными по церкви, где были крещены, то есть по месту проживания или по вере родителей. Они не могут заявить, что стали католиками или православными, потому что знают, полностью разделяют и принимают доктрины их церкви. Они не могут сказать, что прочитали Библию и уверены в соответствии догматов их церкви учению Священного Писания.

Таким образом, большинство католиков и православных не являются ими, так как не знают доктрин своих церквей и не воплощают их в жизни. Это подтверждается результатами многих социологических опросов. Так по данным Всероссийского Центра Изучения Общественного Мнения (ВЦИОМ), полученным весной 2009 года, только 4% из респондентов, относящих себя к православию, принимают таинства, 3% молятся так, как предписывает церковь. Результаты исследования ВЦИОМ, проведенного весной 2008 года, показали, что лишь 3% православных полностью соблюдают Великий пост. Опрос населения, проведенный Фондом «Общественное мнение» (ФОМ) весной 2008 года, показал, что только 10% православных не реже раза в месяц ходят в храм. По данным, полученным в 2006 году сектором социологии религии Института социально-политических исследований Российской академии наук (ИСПИ РАН), 72% россиян, относящих себя к православным христианам, Евангелие вообще не брали в руки или читали когда-то давно!

К сожалению, в настоящее время в России, Украине, Беларуси и других странах бывшего СССР по отношению к протестантским конфессиям зачастую преднамеренно формируется имидж тоталитарных сект. Между тем протестантство – это огромнейшие церкви с многовековой историей и многомиллионной паствой, красивые молитвенные дома и храмы, зрелищное богослужение, внушительный труд на миссионерском и социальном поле и т.д. Как было сказано выше, к странам с преобладанием протестантизма относятся Швеция, США, Великобритания, Дания, Финляндия, Гренландия, Исландия, Норвегия..., то есть, наиболее развитые в экономическом и социальном отношении государства. Меньше половины, но больше 20% населения, протестанты составляют в Германии, Латвии, Эстонии, Венгрии, Шотландии, Швейцарии, Австралии, Канаде, Гватемале и других странах.

В 325 году на Первом Никейском вселенском Соборе было осуждено арианство - учение, провозглашавшее земную, а не божественную, природу Иисуса Христа. Собор ввел в Символ веры формулу о "единосущности" (тождественности) Бога Отца и Бога Сына. В 451 году на Халкидонском соборе было осуждено монофизитство (Евтихианство), которое постулировало лишь Божественную природу (естество) Иисуса Христа и отвергало Его совершенное человечество. Так как человеческая природа Христа, воспринятая Им от Матери, растворилась в природе Божества, как капля меда в океане и потеряла свое бытие.

Великий раскол христианской
церкви - 1054 год.

Исторические предпосылки Великого Раскола – это различия между западными (латино – католическими) и восточными (греко-православными) церковными и культурными традициями; имущественные претензии. Раскол делится на два этапа.
Первый этап относится к 867 году, когда проявились различия, вылившиеся во взаимные претензии между папой Николаем I и константинопольским патриархом Фотием. Основа претензий – вопросы догматизма и главенство над христианской церковью Болгарии.
Второй этап относится к 1054 году. Отношения между папством и патриархией настолько ухудшились, что были преданы взаимной анафеме римский легат Гумберт и патриарх константинопольский Кируларий. Основная причина – стремление папства подчинить своей власти церкви Южной Италии, входивших в состав Византии. Так же не последнюю роль сыграли претензии константинопольского патриарха на главенство над всей христианской церковью.
Русская церковь вплоть до монголо-татарского нашествия не занимала однозначной позиции в поддержку одной из конфликтующих сторон.
Окончательный разрыв был закреплен в 1204 году завоеванием крестоносцами Константинополя.
Снятие взаимных анафем произошло в 1965 году, когда была подписана Совместная Декларация – "Жест справедливости и взаимного прощения". Декларация не имеет канонического значения, так как с католической точки зрения сохраняется первенство Римского Папы в Христианском Мире и сохраняется непогрешимость суждений Папы в вопросах нравственности и веры.